Каролайн Пекхам – Час расплаты (страница 67)

Я кипела от злости. Я хотела вырвать глазные яблоки Ориона и Дариуса за это. Обычно я не была внешне дерзким близнецом, но сегодня явно была на тропе войны.

Я подняла свой Атлас, чтобы прочитать гороскоп, как и планировала, пытаясь замедлить дыхание.

Доброе утро, Близнецы.

Звезды рассказали о вашем дне!

Марс твердо поддерживает вас сегодня, так что, если вам захочется вступить в бой, это может быть связано с его присутствием. Сейчас самое подходящее время встретиться лицом к лицу со своими проблемами. До тех пор, пока вы верите в руководство красной планеты, вы выиграете любой спор, который затеете. Но будьте осторожны, сегодня вы столкнетесь с Весами, у которых в карте также есть Марс. Если столкновение будет слишком сильным, результаты могут оказаться катастрофическими.

— Хорошо, я представляю себе эту катастрофу, — пробормотала я как раз в тот момент, когда появилось еще одно сообщение от Ориона.

Лэнс:

Это из-за твоей сестры?

Я закатила глаза, выключая Атлас, чтобы даже не поддаться искушению ответить. И потащила свою задницу в ванную принять душ, который длился почти полчаса, пытаясь избавиться от этой бешеной энергии. Но это явно никуда не вело. Так что к тому времени, как я натянула рваные узкие джинсы, облегающий черный свитер и накрасила лицо, а затем заплела волосы в косу викингов с посылом «на войну», я была готова сразиться со всей чертовой школой.

Я схватила свою сумку на выходе из двери, перекинув ее через плечо. И направилась к лестничной клетке, когда краем глаза заметила Сета, бегущего ко мне. Я ускорила шаг, но он обошел кругом, остановив меня и нескольких других студентов в процессе.

— Уйди, — потребовала я, пытаясь следовать за другими студентами, когда он пропускал их.

Его брови взлетели вверх.

— Черт, детка, какие звезды плюнули тебе в хлопья этим утром?

— Все они, — фыркнула я. — Теперь уйди.

— Это что, вызов? — Его глаза сверкнули, и я поджала губы.

Я выпустила воздух из своей ладони, которая врезалась ему в плечо и оттолкнула его в сторону. Но он не промахнулся, резко повернувшись и обняв меня за талию. Мне даже не хотелось сбивать его с толку, я просто продолжала идти в своем быстром темпе и надеялась, что он отстанет.

— Думаю, мне нравится эта твоя сердитая сторона, ты хочешь выместить это на мне? — прошептал Сет мне на ухо, когда мы вышли из двери на дорожку.

Моя интуиция прыгнула с парашютом, когда я обнаружила, что Орион стоит снаружи, снимая очки со студентов за различные правонарушения. И я попыталась уйти, но его глаза остановились на мне, как молния, перемещаясь между мной и Сетом.

— Эй, профессор, — позвал Сет. — Что заставило вас встать с постели до полудня?

Орион бросился на него так быстро, что я чуть не упала, когда он оттащил Сета от меня. Он вышвырнул его обратно в дверь, проревев:

— Десять очков от Эир!

Мое сердце подпрыгнуло, когда я сбежала, войдя в толпу и попыталась слиться с ней. «Будьте прокляты мои красивые волосы».

Орион был передо мной как в тумане, двигаясь так быстро, что я врезалась прямо ему в грудь.

— Что за черт? — потребовала я. — Убирайся с моей дороги, придурок.

Вокруг меня раздались испуганные вздохи, и по какой-то неизвестной причине рот Ориона изогнулся в торжествующей улыбке.

— Мой кабинет. Сейчас. Мисс Вега.

— Нет! — Я ахнула, осознав, что ему удалось сделать. Придумал себе чертов предлог, чтобы утащить меня, как непослушную студентку.

Я попыталась проскользнуть мимо него, но он поймал меня за руку. Студенты вокруг нас разошлись, и я посмотрела на него снизу вверх, из моих глаз лился яд.

— Отпусти меня, — сказала я ледяным тоном.

— Заставь меня, — выплюнул он, таща меня со свирепой скоростью. Я знала, что он просто перекинет меня через плечо и понесет по тропинке, если еще раз буду протестовать, и я не собиралась мириться с этим унижением.

Он повел меня в Юпитер-холл, как будто я была военнопленным, которого вот-вот бросят на линию огня. Мое сердце отскочило от стенок груди, когда мы подошли к его кабинету, и он отпер дверь, втолкнув меня внутрь.

Я глубоко вздохнула, когда он вошел вслед за мной и захлопнул дверь за собой. Я боролась с дрожью, которую, как я знала, он ожидал, сжав челюсти и уставившись на него.

Он поднял руку, создавая заглушающий пузырь, и я бросилась вперед, схватив его за запястье, чтобы попытаться остановить. Было уже слишком поздно, а это означало, что мы сейчас ведем этот разговор, нравится мне это или нет.

— Пошел ты, — прошипела я. — Ты не имел права…

— Я имею на это полное право, — прорычал он, подходя ближе и посылая дрожь, пробежавшую по моему позвоночнику. — Я твой учитель.

— Как удобно, — сухо рассмеялась я. — Прошлой ночью вы вели себя совсем не так, сэр.

Он прижал меня к своему столу, положив ладони по обе стороны, так что я была окутана его ароматом и вкусом кофе в его дыхании.

— Это касается твоей сестры, — повторил он свое предыдущее сообщение. — Не так ли? — Его клыки были выставлены на показ, и я старалась не обращать на них внимания, но это было трудно, когда он был так близко.

— Конечно, это так, — прорычала я, собираясь с мыслями и готовясь к спору, к которому меня явно собирались принудить на его условиях. — Ты удерживал меня, пока этот ублюдок причинял ей боль. Ты хоть представляешь, каково это? Как бы ты себя почувствовал, если бы кто-то причинил боль твоей сестре прямо у тебя на глазах?

Он отпрянул, как будто я его отругала, повернулся ко мне спиной и провел рукой по шее.

Мое сердце колотилось не в такт, а разум кружился, когда я задавалась вопросом, действительно ли такое могло случиться с ним однажды.

— Так ты знаешь, каково это, — мрачно сказала я, отходя от стола с сердцем в горле.

Он утвердительно хмыкнул, все еще не глядя на меня.

— Но ты не можешь вмешиваться в спор между двумя фейри, — сказал он в объяснение. — Ты уже должна была это знать.

— Она моя семья, — сказала я, не веря своим ушам. — Мне все равно, что я должна делать, Лэнс. Я всегда буду присматривать за ней, чего бы мне это ни стоило.

Орион кивнул, провел рукой по лицу, затем пересел за свой стол. Он открыл нижний ящик стола и достал предсказуемую бутылку бурбона. Слезы внезапно защипали мне глаза. Рыдание ярости, но в основном от печали, что он нуждался в этом. Что он думал, что это поможет, независимо от того, что он пытался не чувствовать.

Я рванулась вперед, схватив ее со стола, прежде чем он успел налить стакан.

— Справься со своими эмоциями. — Я направила на него бутылку. — Потопление их в алкоголе не заставит их уйти.

Он уставился на меня так, как будто никто никогда раньше не указывал на его пристрастие к выпивке (особенно с бутылкой в руках). И как будто никто никогда не говорил ему остановиться.

Что ж, я говорила сейчас, и он, черт возьми, будет слушать.

Я бросилась к окну, распахнула его и, держа бутылку за горлышко, уставилась на него с угрозой в глазах. Он поднялся со своего места, выражение его лица исказилось смесью замешательства, гнева и недоверия.

— Голубок, — прошептал он, но я не знала, о чем он меня просил. Уронить бутылку или не ронять ее.

Я ахнула, когда он подбежал ко мне, мое сердце упало, от осознания, что алкоголь так много значил для него. Он схватил меня за руку и вырвал бутылку из моих пальцев, уронив ее сам. Удар донесся до моих ушей, но я этого не заметила, потому что он притянул меня к себе, его рот врезался в мой с жаром вулкана.

Я все еще была зла, чертовски зла, но не могла перестать целовать его. Я вцепилась в его руки, затем обхватила рукой его галстук и потянула достаточно сильно, чтобы задушить. Он оттащил меня от окна, вместо этого прижав к двери, каждая часть нас столкнулась. Наши тела, зубы, души. Это было небрежно, отчаянно и все такое.

Я застонала, все еще пытаясь причинить ему боль, когда впилась ногтями в его предплечья, и он прикусил мою губу в ответ. Внезапно он схватил меня за подбородок, повернул голову набок и впился зубами в мою шею. Моя магия оказалась обездвижена, но мне это было не нужно. Мне хотелось вцепиться в него ногтям, пока я не прорвусь прямо к его сердцу и не заставлю его почувствовать то же, что и я, когда увидела, как Дариус причинил боль моей сестре.

Его возбуждение прижалось к моей ноге, но, черт возьми, не было ни малейшего шанса, что мы пойдем на это прямо сейчас. Я все еще была в ярости и хотела как следует получить извинения.

Когда его рука повернула на юг, я хлопнула ладонью по его груди, и он вытащил свои клыки из моего горла, испустив разочарованный вздох. Его зрачки были расширены, и я могла видеть возбуждение, горящее под ними, когда он наклонил голову для еще одного поцелуя.

Я прижала руку к его рту, качая головой, когда гнев все глубже укоренялся во мне.

— Нет.

Его брови сошлись вместе, и он осторожно убрал мою руку, поцеловав тыльную сторону.

— Я был слишком груб?

— Нет. — Я боролась с румянцем, но он прожег меня насквозь.

— Недостаточно груб? — поддразнил он, и я подавила усмешку, отказываясь встречаться с его голодными глазами.

— Я все еще злюсь на тебя, — сказала я, складывая руки и желая избавиться от жгучей потребности между моих бедер. Но я не собиралась игнорировать все свои принципы и позволять ему завладеть мной. Я столько раз представляла себе это в этом кабинете, но не так. Не с ямой ярости в груди, которая все расширялась и расширялась.