Каролайн Пекхам – Бессердечное небо (страница 16)

— М-миледи Гвендалина, — заикаясь, произнес Джим, склонив голову, как собака, которой он и был. — Я уверен, что вам очень неприятно находиться в присутствии вашего обидчика. Мы можем выдворить его из Берроуза. Это совсем не сложно.

— Я задала тебе вопрос, — прорычала она, глядя на него исподлобья, и, клянусь, я тут же получил от нее полунамек.

— Я назвал его ничтожеством, — выдавил Джим.

— Он большее, чем когда-либо будешь ты, — прошипела она. — И если ты еще раз заговоришь с ним в таком тоне, я прикажу изгнать тебя из Берроуза, ты меня понял?

— Д-да, леди Гвендалина.

— Меня зовут Дарси, — прорычала она, затем схватила меня за руку и перешагнула через него, оттаскивая меня от них, пока сама смотрела на нее с учащенным пульсом.

— Ты не можешь пойти со мной, — внезапно заявил я, понимая, что Габриэль, видимо, послал ее сюда. — Тебе небезопасно покидать это место так скоро. Лайонел объявит за тобой охоту по всему миру.

Она обернулась ко мне с горящим взглядом.

— Прозвучало как приказ.

— Может, так оно и есть, — ответил я, в моем голосе появились нотки недовольства.

— Ты не можешь принимать за меня решения, — сказала она, вздернув подбородок, когда я уставился на нее, и пространство между нами ожило от напряжения.

Я вздохнул, и мы пошли дальше, направляясь по равнине за пределами фермы, пока не пересекли магическую границу, окружающую Берроуз.

— Я просто пытаюсь защитить тебя. Я никогда не перестану так поступать. — Я остановил ее, когда она достала из кармана мешочек со звездной пылью.

— Габриэль сказал, что ты не можешь уйти отсюда без одобрения одной из истинных королев. — Она выгнула бровь, поддразнивая меня, и рычание пронеслось в моем горле. Гребаный Габриэль.

Она отвернулась от меня, откинув волосы.

— Полагаю, мы увидимся, когда я вернусь.

— Ты напрашиваешься на неприятности, — предупредил я, мой член дернулся в штанах от ее поведения. Я жажду преодолеть это напряжение между нами и овладеть ею, но я не уверен, есть ли у меня на это право. Возможно, мы и любим друг друга, но существует еще слишком много причин, по которым мы не можем быть вместе, и не в последнюю очередь то, что я лишен своего статуса и никогда не смогу предложить ей то, что она заслуживает.

— Возможно, да, — согласилась она, в ее глазах светилась смелость. Она встала на цыпочки, так близко, что ее дыхание коснулось моего рта, и из меня вырвался голодный звук, когда я наклонился вперед, стремясь преодолеть разделявшее нас расстояние.

Я готов вырвать свое сердце, лишь бы завладеть этими губами.

— Подумай о Пустой Горе, — прошептала она, пока я не успел украсть поцелуй, и образ этой горы возник в моей голове за секунду до того, как она осыпала нас щепоткой звездной пыли.

Мы унеслись в ткань между мирами, кружась в прекрасном море звезд, после чего мои ноги снова коснулись твердой земли, и Дарси легко приземлилась рядом со мной, в ее движениях не было и намека на шатание. Я несколько соскучился по своей неуклюжей маленькой принцессе, но когда она шагнула вперед на неровную гальку у основания горы, ее нога соскользнула, и мое желание исполнилось.

— Каменные ублюдки, — выругалась она.

Я бросился вперед, подхватил ее с ухмылкой и снова поднял ее на ноги, а она посмотрела на меня с розоватым оттенком на щеках.

— Ну, кто же кладет гальку у подножия чертовой горы? — усмехнулась она.

— Давай свалим вину на звезды. — В ответ ухмыльнулся я, и ее губы растянулись в улыбке, когда она кивнула.

Мы простояли так еще полсекунды, все еще касаясь друг друга и продолжая хранить непроизнесенные слова между нами, которые начали доводить меня до безумия. Затем Дарси повернулась, взглянув на вид, ожидающий нас, и понял, что сейчас не время затрагивать эту тему. Мне потребовалось еще немного времени, прежде чем я отвел от нее взгляд, вглядываясь в возвышающуюся над нами гору, которую, как предполагается, давным-давно благословил принц Вега.

— Так где же трава ротиум? — спросила она, идя к участку зелени рядом со следами животных.

— Она может быть где угодно на этой горе, — хмуро ответил я. — Не эта. Она розовая.

— О, — Она выпрямилась, затем указала на след животного. — Тогда, наверное, нам лучше заняться поисками.

Она свернула на маленькую тропинку, и мне пришлось практически нагнуться, чтобы пробраться по заросшей дорожке, где колючие кустарники возвышались над ростом того существа, которое создало эту дорожку. Но когда Дарси поняла, что я цепляюсь за каждый куст терновника, мимо которого мы проходили, она с помощью магии земли раздвинула всю листву вокруг нас, отодвинув ее назад, чтобы я смог идти, не задевая ни одного из них.

Мы двинулись вверх по извилистой дорожке, выискивая траву, но мой взгляд время от времени останавливался на попке Дарси, и мне приходилось заставлять себя сосредотачиваться. Но она отвлекает.

Мы обыскали каждый камень и травянистый бугорок, но нигде нет и следа той разноцветной травы, которую мы ищем.

— Держу пари, она прямо на вершине, — рассмеялась Дарси, оглядывая невероятный вид, когда мы поднялись на высокий выступ.

— По крайней мере, я проведу с тобой целый день на этой горе, — пробормотал я.

— Что? — откликнулась она, оглядываясь через плечо, и свет разлился по ее плечам в великолепной дымке. Она так чертовски красива, словно звезды выдернули ее из моих самых смелых фантазий.

Я открыл рот, намереваясь ответить, но вдруг где-то справа от меня раздался скрежещущий, сосущий хрип, и я оцепенел. Я посмотрел в глаза Дарси и вытащил меч Феникса из бедра, мои мышцы напряглись, готовясь к атаке.

Нимфы.

Дарси

Я подняла руки, огонь Феникса лизал кончики моих пальцев, пока я прислушивалась к существам, прячущихся в густых кустах, сбегающих вниз по склону горы.

Орион приготовился к атаке, его голова склонилась на одну сторону, он тоже прислушался к их движениям.

Я опустила на нас заглушающий пузырь, плотно затянув его, чтобы нас не было слышно, пока мы отходим под прикрытие деревьев.

— Сколько их? — спросила я, чувствуя, как адреналин бурлит в моих венах.

— Трое, — сказал он, его глаза потемнели до ночного оттенка.

— Мы справлялись и с большим, — сказала я, часть меня была взволнована предстоящим боем. Часть, которая начинала ощущаться такой же врожденной, как дыхание, и уверена — это связано с тем, что я приняла свою внутреннюю сущность Фейри. Мы рождены для испытаний и захватывающей битвы, и я буду противостоять нашим врагам сейчас так же уверенно, как мы противостояли им на той арене. Ничто и никогда так не ужаснёт, как стоять на коленях и быть уверенной, что увижу, как умирает человек, которого я люблю. Теперь я могу справиться с любым противником, знаю до мозга костей. Возможно, даже с Лайонелом, мать его, Акруксом, если он решит заявиться к моей двери.

— Тебе следует использовать свою скорость, чтобы обойти их сзади, — предложила я, и Орион нахмурился, глядя на меня, когда еще один скрежет пронесся по воздуху, и я почувствовала, как он отрезает меня от моей магии.

— Я не оставлю тебя, — спокойно заявил он, подняв меч и устремив взгляд на кусты впереди.

Я стиснула зубы от его упрямства, увидев в глазах первобытную защиту, которая заставляет его вести себя как пещерного человека.

— Сколько раз я должна повторять тебе, что не нуждаюсь в защите? — прошипела я.

— И сколько раз я должен объяснять тебе, что я буду защищать тебя вопреки всему? — бросил он в ответ своим суровым профессорским тоном, который только еще больше разозлил меня.

— Ты выводишь меня из себя, — надулась я.

— А ты милая, когда злишься. Ну что, Голубок, расскажем больше фактов друг о друге или же пойдем и убьем несколько Нимф? — Он одарил меня дьявольской ухмылкой, и я провела языком по зубам.

Милая? Я покажу ему милую.

Я подняла руки и разнесла кусты перед нами красным и синим огнём Феникса, явив трёх Нимф, которые бежали к нам по холму в своих изменённых формах, их голодные красные глаза смотрели на нас, а щупы тянулись к нам, приближаясь. Они были похожи на ожившие деревья, их кожа состояла из толстой корявой брони, которую трудно пробить, но, конечно, не невозможно.

Я побежала им навстречу, в моих жилах бушует адский огонь, готовый вот-вот вырваться наружу.

— Это Вега! — крикнула одна из Нимф голосом, похожим на скрежет дерева о металл. — Не убивайте ее, доставьте ее к королю.

— Не раньше, чем я попробую эту магию, — гаркнула другая, и я выпустила огненный поток, который принял форму крыльев, скользнул к ним и опрокинул двух из них на спину. Другая, более быстрая, бросилась к нам, и Орион пронесся мимо меня, взмахнув мечом, и пламя вспыхнуло по всей его длине, а затем он вонзил его прямо в грудь Нимфы. Она с воплем умерла, рассыпавшись в пепел, а я со всех ног побежала вниз по склону к остальным Нимфам, которые пытались встать на ноги.

Их хрипы заполнили мои уши, и внезапно когтистое чувство тьмы, казалось, закралось в глубину моего сознания. Во мне поднялся гнев, подобного которому я никогда не испытывала, и покрыла свои руки пламенем, бросаясь на ближайшую Нимфу, нанося ей удар за ударом в дикой, неистовой ярости. Ее щупы пронзили мою спину, и крик боли вырвался из меня за мгновение до того, как я метнула огненный шар прямо в ее грудь, заставляя его увеличиться под ребрами, и наблюдала, как на моих глазах тварь превращается в пепел. Я почувствовала нездоровое удовлетворение, когда огонь запылал в моих ладонях, а сила забурлила в моих венах.