Karla Vitelle – Нити судьбы: Венец предательства (страница 4)
– Ага, звезда, пойдем в клуб после закрытия выставки отмечать? – сама не верю, что предложила такое. Это же сколько интроверту нужно храбрости набраться, чтобы переступить порог людного элитного заведения?
– Я не уверена, – перешла на шёпот.
– Почему? Из-за мужчины за рулем? – давлю, люблю загонять её в угол и наблюдать, как она стесняется.
– Ты всё видишь, – смеётся.
– Чтобы вытащить его чувства из панциря, нужно разозлить. А что может быть лучше, чем клуб, набитый парнями? – разглядываю свои ногти с красным маникюром, который уже приелся. Точно нужно сменить на более холодные оттенки, может быть белый – да неплохо.
– Ты всё знаешь, – смущается. – Да, Амиран, иду, – отвечает. Так вот кто там смеётся на заднем плане – её брат.
– Ладно, принцесса, сказочных снов, – начинаю проваливаться в сон.
– Сказочных, Вольная.
Обе целуем трубки с причмокиванием.
Амиран… кто такой этот Амиран? Пытаюсь вспомнить всех братьев Ди. В голове крутится образ худого высокого парня с синяком на скуле. Наверное, он тот, что однажды влетел на маленькую кухню, когда мы обедали у семьи Тваури. Картинки из прошлого мелькают перед глазами, пока я не проваливаюсь окончательно в сон от усталости.
Глава 1.2
– Как ты долетела в этот раз? – осматриваю красивую женщину напротив себя.
– Спасибо, Амиран, отлично. Саша хорошо пилотирует, – улыбается.
Правильно взяла бокал за ножку и отпила маленькими глотками. Промочила губы салфеткой – идеально. Чёртовски идеальна! Это определённо возбуждает. Она как породистый, дорогой арабский скакун, которых я никогда не покупал. Да и скачками я не интересовался. Но среди женщин она та самая породистая лошадь.
Невозможно было найти партию лучше, чем она. Лия – прекрасная, красивая женщина, на пару лет младше меня. Высокая, ухоженная, правильная, занимается благотворительностью, увлекается искусством. В Милане у неё есть галерея. У нас будут прекрасные дети. Она – лучшая кандидатка в жены. К тому же её отец владеет сетью клиник и не последний человек в городе. Вроде бы всё хорошо, как ты и хотел, Амиран.
Хм… Чёрт. Но в груди что-то сжимается от мысли, что я женюсь на ней, и это вовсе не приятная легкость или волнение. Что такое приятное волнение я знаю, я испытываю его каждый раз, когда оппонент подписывает контракт на моих условиях.
– Да, Саша – лучший пилот, – выдаю на автомате.
Меня как током ударило. Понял, чего мне не хватает в ней – жизни. Её вечная улыбка иногда пугает, кажется, эта женщина не умеет обижаться или злиться. Она скована, неподвижна. И как меня это не напрягло в сексе? Мне показалось, что это романтика?
Сегодня она в прекрасном зеленом платье с узкой юбкой и закрытым верхом, на шее и ушах поблёскивают брилианты, которые дарил я в Милане. Умеет подстраиваться и делать приятно, как и все вокруг, как и все. И это всё скорее меня расстраивает. Обманчивый, безэмоциональный, приторно сладкий мир.
– Амиран, ты пойдёшь со мной на благотворительный вечер в честь нашего фонда? – вежливо, улыбается, снова промакивая большие губы салфеткой.
– Когда он? Мне обязательно там быть? – стал ловить себя на мысли, что мне даже нравится такое ведение дел. Приятные вечера на двоих в ресторане, её правильные манеры. Но есть то, чего я не мог уловить, понять. Почему? Потому что мне казалось, что романтично – это так. Но разве это чопорно? Улыбаюсь мысленно себе, пробуя это понятие “романтично”.
Не сказать, что я заморочен на сексе. Секс для меня – это интересная приятная игра, которая начинается задолго до кровати. Я пресыщен сексом, в моей жизни его было много и совершенно разного, чтобы обращать сейчас на это внимание. Тем более секс с этой женщиной вполне хорош. Стараюсь отогнать от себя эти мысли и сосредоточиться на разговоре.
– В следующую субботу, – объявила она, не забыв сказать официанту “спасибо”, когда тот забирал наши тарелки.
– Да, тебе желательно уже погружаться в открытое пожертвование и финансирование. Плюс – это отличный повод, чтобы заявить прессе о том, что мы помолвлены и назначили дату свадьбы, – гордо подняла узкий подбородок.
– Да, ты права, – фальшивая улыбка сама натягивается на лицо. – Отправишь мне время?
– Мой ассистент свяжется с твоей помощницей, – парировала она.
Восхищён. Да, у этой девочки есть хватка! Как она всегда ловко обходит мои дела и разговоры о них стороной. Мне это нравится.
– Мне нравится твой подход, – открыто хвалю, подмечая про себя, что в очередной раз не ошибся с выбором. А как же, присматриваться почти десять лет.
– Амиран, может, пройдёмся, обсудим церемонию, медовый месяц, – устроила подбородок на сложенных руках и смотрит на меня большими карими глазами.
– Ты же знаешь, что в этом я полностью доверяю тебе? – взял её руку. – Ты прекрасно руководила ремонтом и сделала именно то, что я хотел! Лия, ты угадываешь любое моё желание, – легко говорю абсолютную правду. Правду, которая меня иногда пугает. Наверное, потому что я знаю, из какой она семьи и что скрывается за всей этой скромностью. А не это ли меня привлекло? Очередные возможности.
– Хорошо, – заморгала и опустила глаза.
– Лия, я буду согласен на всё, по охране я решу вопрос, утвержу список гостей, куплю себе костюм, – мы вместе рассмеялись. – Но во всём остальном ты лучше меня знаешь. А медовый месяц хочешь на островах?
– Да, давай на Мальдивах, – глаза загорелись. – Я уже даже подобрала пару вилл.
– Давай прогуляемся, у меня свободный вечер, – оплатил счёт.
– Да, – прекрасные глаза блестели.
Влюблённая женщина – это настоящий пожар.
Помог ей надеть её шубу, надел пальто, и мы вышли на улицу, пройтись по брусчатке под руку, совсем как в Милане. Стараюсь увлечённо слушать о её фондах, о вечерах, о том, как лучше поступить для прессы. Лия на каблуках почти догоняет меня, и мне от этого комфортно, люблю высоких женщин и их длинные ноги. Мы вспомнили походы в театр и оперу в Риме, нашу короткую жизнь в новой квартире. И даже как я пару раз летал к ней в Лондон в студенческие годы.
Нашу прогулку прервал телефонный звонок.
– Амир…
Серьёзный тон Руслана заставил меня напрячься. Что-то случилось.
– Слушаю, – напрягся.
– Да, ничего серьёзного, привёз тебе фотографию, а тебя, по-видимому, нет дома. Не в шкафу ж ты прячешься, – хрустит яблоком. – Может, в клуб её отвезти?
– Нет, подожди, сейчас буду, – кладу трубку, выдыхая.
Лия что-то печатает в своём телефоне.
– Я написала водителю, он подъезжает, мы можем тебя довезти, – спокойно, словно её не задевает, что наше сегодняшнее свидание не закончится в постели. Сдержана, держит обеими руками свою сумочку.
– Я благодарен тебе, – обнял её и поцеловал в щеку.
– Нам точно лучше жить в разных квартирах до свадьбы? – подмигиваю.
– Амир, точно. Я у отца живу, – положила ладонь на мою щеку и смотрит в глаза, закрывая свои.
Я был бы настоящим дураком, если бы не понял, что это призыв к поцелую. Это, скорее, поцелуй благодарности: мягкий, нежный, осторожный. Мои руки так и продолжают сжимать телефон, как и её оставались на том же месте. Она не открывает глаза, пока я не разорвал наш поцелуй.
– Едь, спасибо за вечер, – она махнула в сторону ждущего её авто.
– Тебе спасибо, – открыл перед ней дверь и захлопнул её, смотря, как она уезжает.
Еду домой, разгоняя Бентли до 120. Не терпится увидеть своё приобретение. Забываю напрочь о вечере, о неудобствах, о женщине, о свадьбе. Да, я забываю обо всём, словно дома ждёт меня новый раритет на колесах. Как мальчишка, несусь к новой игрушке. Последний раз так себя чувствовал, когда за свои деньги купил первый 911.
***
– Признаться честно, есть талант у парня, – подметил Руслан, рассматривая огромное фото полуобнажённой девушки. Картина почти в его рост, а он у нас не маленький – 1.80 как-никак.
– Есть, кто ж спорит, – разглядываю модель, давясь слюной.
Её голубые глаза и эти высокие румяные скулы! А пухлые губы бантиком чего стоят? Она вызывает во мне бурю противоречивых эмоций – от желания до ненависти. Хочу её, словно она новая машина из любимой серии Mercedes. Улыбнулся, пытаясь прогнать это чувство – чувство, которое заставляет ощущать себя живым, разгоняя кровь по венам с бешеной скоростью. Такого со мной ещё не было. Я готов признаться, что до этой секунды я не дышал, я не знал, что такое воздух, я не понимал его вкус, его запах, его необходимость.
– Амиран Бесарионович, вот кого вы пытаетесь надуть? – рассмеялся друг. – Ты уже минут десять глаз не сводишь с этой Ми-ро-сла-вы, – читает по слогам её имя на стикере, – а фамилия-то какая? Вольная, хм, – корчит удивлённое лицо.
– Я успел воды выпить и яблоко съесть, а ты всё подбородок потираешь. А это, мы помним, знак недобрый, значит, ты думаешь. А это, в свою очередь, значит, что на ушах мы все стоять будем, – жестикулирует руками со знанием дела.
– Русик, – оскалился, знаю ведь, что друг не любит, когда его так называют, – вот что ты несёшь? Досье на неё? А? Которое ещё вчера должно было быть у меня, – потер переносицу пальцем.
Надо с него обязанности снять, а то и так загонял его как лошадь. Присмотр за Ди с него и сниму; хватит ему её охранять, давно уже моя правая рука, пусть полноправно вступает в должность. Иначе с объединением семей после свадьбы я точно свихнусь, пока всё утрясу.