Карла Валентайн – Рецепт убийства. Криминалистика Агаты Кристи глазами судмедэксперта (страница 1)

Карла Валентайн

Рецепт убийства. Криминалистика Агаты Кристи глазами судмедэксперта

Carla Valentine

MURDER ISN’T EASY

Copyright © Carla Valentine 2021

© О. А. Ляшенко, перевод на русский язык, 2022

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Посвящается моему брату Райану, которого я люблю всем сердцем

Введение

Место преступления

– На самом деле тут все очень просто, – заметил Томас.

– Почему просто?

– Оставаться вне подозрений можно, – доктор снова улыбнулся своей обаятельной мальчишечьей улыбкой [1].

Меня, как ассистента патологоанатома[2], работающего в морге, часто спрашивают: «Как ты вообще начала работать с мертвыми?» Ответ, что я с детства об этом мечтала, редко кого удовлетворяет. Однако причина моего детского восхищения весьма проста: я влюбилась в криминалистику, открыв для себя книги Агаты Кристи. Я начала брать их в библиотеке с восьми лет. По случайному совпадению образ 12-летней Пиппы, представленный Агатой Кристи в пьесе «Паутина» 1954 года, – это вылитая я. Когда Джереми Уоррендер, гость Клариссы Холлшейм-Браун, спрашивает падчерицу Клариссы, Пиппу, какой у нее любимый предмет, девочка с восторгом отвечает: «Биология. Блеск! Вчера мы препарировали лягушачью лапу»[3]. Применение биологии в криминалистике можно обобщенно назвать судебной медициной, и, как ни странно, она манила меня с самого детства.

Разумеется, сама Кристи не говорила о криминалистике[4], поскольку это относительно новый термин. Тем не менее каждое ее произведение – словно искусный гобелен, сотканный из наблюдательности и находчивости, а также пронизанный молодыми науками и детективными методами того времени. Именно ее внимание к деталям так впечатлило меня в детстве. В репертуаре писательницы есть упоминания о сравнении отпечатков пальцев, экспертизе документов, анализе брызг крови, уликах и огнестрельном оружии. В книгах Агаты Кристи часто упоминаются яды (возможно, это орудие убийства больше всего ассоциируется с ее работами), поскольку она работала фармацевтом во время обеих мировых войн и успешно вкрапляла свои знания в литературные произведения. Кроме того, в каждом детективе Кристи фигурирует хотя бы одно – а как правило, несколько – мертвое тело. Для любознательного ребенка, увлеченного биологией и патологической анатомией, эти книги и упоминаемые в них тела были идеальными головоломками.

Краткое содержание жизни самой Агаты Кристи не менее интригующе, чем ее детективные романы. Агата Миллер родилась в 1890 году в Девоне, Великобритания. Ее книги стали чуть ли не самыми публикуемыми в мире, уступив место лишь Библии и Шекспиру. В 1952 году Агата Кристи написала пьесу «Мышеловка», которая побила все рекорды по максимальному числу и непрерывности постановок (пандемия коронавируса 2020 года стала единственным, что смогло прервать постановки «Мышеловки» спустя 67 лет). В 1971 году писательницу удостоили звания Дамы-командора Британской империи. Однако до своего невероятного литературного успеха она, как и все остальные жители Великобритании, трудилась на благо своей страны во время Первой, а затем и Второй мировой войны.

АГАТА РАБОТАЛА МЕДСЕСТРОЙ, ФАРМАЦЕВТОМ, И ЭТИ ПРОФЕССИИ ВПОСЛЕДСТВИИ НЕОДНОКРАТНО ФИГУРИРОВАЛИ В ЕЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯХ.

Некоторым людям известно о том, как драматично завершился ее первый брак с Арчи Кристи в 1926 году[5], и о последующем исчезновении Агаты. Когда писательницу, вероятно пережившую кратковременный эпизод потери памяти, спустя 11 дней наконец нашли в гостинице в Харрогите, эта новость облетела заголовки газет по всему миру. Как бы то ни было, инцидент остается загадкой, и Агата не упоминает о нем в автобиографии. К счастью, ее второй брак с археологом Максом Мэллоуэном оказался гораздо счастливее и продлился до самой смерти Агаты в 1976 году. В писательнице даже пробудился интерес к археологии, также отразившийся впоследствии в ее литературных работах. По совету Макса Кристи посещала уроки рисования, чтобы научиться графически документировать для потомков предметы, найденные при раскопках. Она тщательно очищала артефакты, создавала эскизы и со временем стала почетным членом археологической команды.

Хотя Агата Кристи создала таких знаменитых сыщиков, как Эркюль Пуаро и мисс Марпл, она писала не только детективы. Кристи опубликовала шесть психологических романов[6] под псевдонимом Мэри Вестмакотт (он оставался в секрете почти 20 лет), несколько нехудожественных произведений, включая автобиографию (опубликована посмертно в 1977 году), а также множество рассказов и пьес.

Однако очевидно, что лучше всего Кристи удавались детективы. За свою 45-летнюю карьеру она написала 66 полноценных детективных романов, а также ряд рассказов. Кристи стала первой писательницей, получившей премию «Грандмастер» от организации «Детективные писатели Америки»[7]. В 1930 году она стала одним из основателей и председателей «Детективного клуба»[8], общества писателей детективной прозы, которые должны были следовать строгим жанровым правилам[9] и давать клятву верности человеческому черепу по имени Эрик в ходе шутливой церемонии.

Меня интересует захватывающая история криминалистики, и я обожаю читать детективы, поэтому книги Агаты Кристи – это идеальная комбинация вышеупомянутого.

Стремление писательницы к точному воспроизведению процедуры расследования, а также отражение в ее произведениях хода развития криминалистики и судебной медицины позволяют нам получить представление о том, как криминалистика превратилась в ту науку, которой она стала сегодня.

Слово «криминалистика», столь привычное для нас сегодня, появилось позднее, чем термин «судебная медицина» и тем более устаревшее наименование «медицинская юриспруденция», хотя они имеют отношение к одной сфере[10]. Определение «судебно-медицинский» означает «включающий медицинский и юридический аспекты», поэтому оно относится к медицинским наукам. Криминалистика – это «применение научных методов и техник при расследовании преступлений». Английское слово forensic, «судебный», происходит от латинского forensis, «перед форумом». В Древнем Риме человек, обвиняемый в совершении преступления, должен был выступить перед группой людей на форуме, который был аналогом современного зала судебных заседаний. Кажется, в последнее время термин «криминалистическая экспертиза» стал синонимом к словосочетаниям «тщательное расследование» и «глубокий анализ» и начал использоваться в гораздо более широком контексте. Мне приходят на ум следующие заголовки: «Криминалистическая экспертиза регбийного матча между Уэльсом и Англией» или «Криминалистическая экспертиза египетской мумии». Часто техники, о которых идет речь, можно просто описать как скрупулезные, аналитические или научные. Ни регбийным командам, ни египетской мумии, разумеется, никаких обвинений не предъявляли.

Термин «судебная медицина» был предпочтительным до того, как криминалистика стала самостоятельной наукой и оставила след в популярной культуре. Я изучала криминалистику в университете, когда она еще только зарождалась как учебная дисциплина, а затем 10 лет ассистировала судмедэкспертам во время проведения судебно-медицинских экспертиз. После этого я занялась реставрацией исторических экспонатов – частей тела – в музее, что требовало такой же сосредоточенности, как и проведение вскрытия. Благодаря этому я получила представление как о древних, так и современных криминалистических практиках.

В настоящий момент я работаю куратором Патолого-анатомического музея Бартса[11] в Лондоне и занимаюсь сохранением более пяти тысяч экспонатов. Подгруппа экспонатов, называемая коллекцией медицинской юриспруденции, представляет собой образцы человеческих тканей, иллюстрирующих отравление, огнестрельные ранения и повешения. Самый старый экспонат относится к 1831 году. Однако аналогичные образцы из той же подгруппы экспонатов, но полученные после 1966 года, называются судебно-медицинской коллекцией – альтернативное наименование, созданное на основе современного термина.

Сложно сказать, в какой момент один термин вышел из обихода, а другой, напротив, стал общеупотребительным, потому что, безусловно, они пересекались. Тем не менее мы можем взглянуть на временную шкалу развития криминалистики и понять, как развивалась эта дисциплина (ее зачатки прослеживались уже в XIII веке!) независимо от используемых названий.

Возможно, имя доктора Эдмона Локара – одно из самых известных в современной криминалистике. Он был французским криминалистом, основавшим первую полицейскую лабораторию в Лионе в 1910 году – незадолго до начала блестящей писательской карьеры Кристи. Важно провести границу между словами «криминалист» и «криминолог», которые часто встречаются в произведениях Агаты. Криминалист близок к современным судебно-медицинским экспертам, в то время как криминолог – это человек, изучающий психологию и социологию преступлений и преступников, и его можно назвать судебным психологом. (В книгах Кристи Эркюль Пуаро – кто-то между криминалистом и криминологом.) В детстве Локар, как и Агата Кристи, был большим поклонником книг о Шерлоке Холмсе Артура Конана Дойла, и позднее даже сам написал книгу «Детективы в романах и детективы в лаборатории». Он сформулировал то, что стало известно как «локаровский принцип обмена»: «Каждый контакт оставляет след». Эта простая фраза означает, что преступник неизбежно оставит что-то, будь то брызги, пятна или мазки, на месте преступления. Он также унесет что-то с собой, сам того не осознавая, и все это может быть использовано в качестве улик. Кристи прекрасно знала о локаровском принципе, поскольку понимала, как улики связывают убийц с жертвами и местом преступления.