Карл Рейнгольд – Письма о кантовской философии. Том 1 (страница 1)
Письма о кантовской философии. Том 1
Исторический контекст.
Революция в философии, произведенная Иммануилом Кантом в конце 1780-х годов с публикацией «Критики чистого разума», столкнулась с проблемой: работа была чрезвычайно сложна для понимания. Ключевую роль в её преодолении сыграл Карл Леонгард Рейнгольд, профессор из Йены, ставший одним из самых влиятельных популяризаторов и интерпретаторов кантианства.
Первый этап (1790 г.): Рейнгольд опубликовал серию из восьми писем в ведущем литературно-философском журнале того времени «Der Teutsche Merkur» (с августа 1786 по сентябрь 1787 года, но известность они приобрели именно в 1790-м). Эти письма были сенсацией. Они представили идеи Канта не как сухую академическую систему, а как живое учение, имеющее огромное значение для решения фундаментальных проблем морали, религии и человеческой свободы. Именно эти 8 писем стали классическими и вошли в историю как первоначальный, самый влиятельный вариант работы.
Второй этап (1792 г.): Успех писем был так велик, что Рейнгольд решил издать их отдельной книгой. Однако он не просто перепечатал старые тексты. Он:
Переработал и расширил оригинальные 8 писем.
Добавил четыре новых письма, в которых развивал идеи дальше и отвечал на возникшие критические замечания.
Таким образом, когда мы говорим о книге Рейнгольда «Письма о кантовской философии» (издание 1792 года), она состоит из 12 писем.
Есть несколько причин:
Историческое первенство и влияние: Именно первоначальная публикация в «Teutsche Merkur» сыграла ключевую роль в популяризации кантианства. Это был момент прорыва. Историки философии, говоря о первоначальном воздействии идей Рейнгольда, ссылаются именно на эту, первую версию.
Фокус на популяризации: Первые 8 писем были в большей степени ориентированы на объяснение самого Канта. Последующие 4 письма уже содержат элементы собственного философского развития Рейнгольда, его попыток усовершенствовать и обосновать философию Канта (что в итоге привело его к созданию его собственной «Теории элементарного сознания» – Elementarphilosophie). Поэтому, когда хотят подчеркнуть роль Рейнгольда как интерпретатора Канта, акцент ставится на первых 8 письмах.
Цитирование по первоисточнику: Ученые часто предпочитают ссылаться на первоначальную журнальную публикацию как на ключевой исторический документ.
О новой редакции.
Работа над переводом «Писем о кантовской философии» Карла Рейнгольда была уникальным и сложным вызовом, поскольку это был первый опыт перевода этого фундаментального труда на русский язык. Следует отметить, что существующие переводы этого произведения на другие иностранные языки также крайне малочисленны, что лишь подчеркивало сложность и новизну задачи.
Объемный и сложный текст первого тома «Писем» (1790 года) требовал не просто механического перевода, но глубокой редакторской работы, сверки с немецким оригиналом и филигранной работы со смыслами. Цель состояла не в полном переписывании текста, а в том, чтобы, сохранив стиль и интеллектуальную строгость автора, сделать перевод точным и читаемым.
Были исправлены явные опечатки и грубые искажения (например, «в шатре» → «во времени», «маскирующийся субъект» → «мыслящий субъект»), а также улучшена общая связность и ясность изложения. Особое внимание уделялось терминологической точности: ключевые понятия, такие как «Vorstellungsvermögen» («способность представления»), «Ding an sich» («вещь в себе»), «Anschauung» («созерцание»), «moralischer Glaube» («моральная вера») и другие, были приведены в соответствие с устоявшейся традицией перевода философской литературы Канта и его школы.
Кроме того, многие длинные и сложные периоды оригинала, характерные для философской прозы XVIII века, были аккуратно адаптированы для современного русского читателя – без упрощения смысла, но с сохранением логики и риторической силы аргументации Рейнгольда.
В результате была проведена комплексная работа, нацеленная на то, чтобы новая редакция моего первого русскоязычного варианта этого важного текста не только точно передавал содержание, но и отвечал требованиям академической добросовестности, терминологической ясности и стилистической целостности.
Аннотация.
Карл Леонард Рейнгольд (26 октября 1757 – 10 апреля 1823) – австрийский философ, сыгравший ключевую роль в популяризации и развитии философии Иммануила Канта в конце XVIII века. Считаясь пионером восприятия критической трансцендентальной философии в немецкоязычном мире, Рейнгольд не просто объяснял идеи Канта, но и стремился систематизировать и реформировать их, положив начало движению к немецкому идеализму.
Его знаменитые «Письма о кантовской философии» (1786–1787) получили широкое признание за ясное и доступное изложение мыслей Канта, которые в оригинале были затруднены для понимания из-за сложного языка философа. Стремясь превратить критическую философию в строгую «науку» или «элементарную философию» (Elementarphilosophie), Рейнгольд в таких центральных работах, как «Опыт новой теории человеческой способности представления» (1789), «Вклад в исправление прежних заблуждений философов» (том 1, 1790) и «Об основании философского знания» (1791), пытался вывести разум и чувственность из единого основополагающего принципа – «способности представления».
Несмотря на его историческое влияние, многие сочинения Рейнгольда долгое время оставались недоступны для англоязычной и русскоязычной аудитории. Ситуация начала меняться лишь недавно. Помимо превосходного перевода первой серии (8) «Писем о кантианской философии» (под редакцией Карла Америкса в серии «Кембриджские тексты по истории философии», 2005), стали появляться и другие переводы:
Отрывки из «Основы философского знания» (Джордж ди Джованни).
Фрагменты работы «Über das Fundament des philosophischen Wissens» (Сабина Рор).
Выдержки из «Beyträge II» и «Vermischte Schriften 2», относящиеся к посткантовским дебатам о свободе воли (Йорг Ноллер и Джон Уолш).
В настоящее время ведется работа по переводу на английский язык второго тома «Писем».
Растущий международный интерес к наследию Рейнгольда подтверждается серией посвященных ему конференций: первая прошла в Бад-Хомбурге (Германия, 1998), последующие – в Люцерне (Швейцария, 2002), Риме (Италия, 2004), Монреале (Канада, 2007), Зигене (Германия, 2010) и Киле (Германия, 2017).
Данный перевод «Писем о кантианской философии» выполнен с немецкого оригинала на русский язык с изданий:
Важное примечание: На момент создания данного перевода полный перевод второго тома «Писем» на какой-либо язык, кроме немецкого, отсутствует, что делает эту работу первой в своем роде.
Предисловие
Намерение писем, собранных в настоящем томе, состояло уже не в том, чтобы пригласить моего друга к изучению философии Канта, но в том, чтобы облегчить ему эту задачу – в отношении той её части, которая представляет для него самый непосредственный интерес, которую он считает наилучше понятой и которая, тем не менее, как мне показалось, требует наибольшего обсуждения именно для него.
«Критика практического разума» нашла в его сердце толкователя столь же безошибочного, сколь и готового, которого, однако, можно было бы понять превратно, если бы он остался наедине с простыми утверждениями там, где следовало искать их основания. То, как мой друг начал использовать некоторые выражения и формулы из этого важного труда, не оставляло у меня сомнений в том, что в его новых убеждениях нравственное чувство нередко опережало философский разум. Я видел, как он применял утверждения, которые, по замыслу кёнигсбергского философа, должны были служить лишь предварительными разъяснениями, в качестве объяснений и принципов, и тем самым ставил себя перед необходимостью находить ту самую систему, которая в целом удовлетворяла его сверх всяких ожиданий, противоречивой в некоторых отдельных частях.
Убедившись, что я не могу никаким иным способом рассеять возникающие из-за этого недоразумения, я решил попытаться показать ему всё здание новой моральной философии с такой точки зрения, которая полностью отличалась бы от точки зрения Канта, и с помощью которой он был бы вынужден внимательнее вглядеться в те её части, что до сих пор были слишком близки для его взора, и в те, что он, казалось, едва замечал в тёмной дали.
При этом я избрал следующий путь. Некоторые довольно распространённые и глубоко укоренённые предрассудки против философии Канта вообще, на которые обратил моё внимание мой друг, послужили мне поводом подготовить его к ходу и методу моих будущих размышлений в первом письме.
Предварительные знания, развивая которые я затем берусь осветить новое философское понятие о нравственности, распадаются на внешние и внутренние.
Первые предшествуют подробному изложению этой концепции и определяемых ею принципов морали и естественного права, что составляет содержание шестого письма; вторые – пятого. Здесь, обсуждая конфликт между различными философскими концепциями долга и права, а также разногласия между принципами морального и гражданского права, а также науками естественного и позитивного права, я стремлюсь сделать очевидной необходимость определённого понятия морального закона и показать, что недоразумения, которые особенно вызывали и поддерживали эти разногласия, устраняются концепцией, установленной Кантом.