Карл Май – Том 9. По дикому Курдистану. Капитан Кайман (страница 150)
В те дни всеобщее внимание привлекали к себе последние новости войны и политики. Счастье, до сей поры неизменно остававшееся на стороне хлопковых баронов-рабовладельцев, казалось, окончательно от них отвернулось. Каждый успех на театре военных действий с ликованием воспринимался теми, в чьих душах находила горячий отклик деятельная и глубоко человечная политика президента Авраама Линкольна.
Открылась входная дверь, и на пороге появились несколько моряков, явно находившихся в состоянии приятного возбуждения.
— Привет, парни, хотите знать свежую новость? — воскликнул один из них, одновременно, для привлечения внимания, с такой силой ударив кулаком по столу, что тот затрещал.
— Что? Что такое? Что происходит? Давай, рассказывай! — раздалось со всех сторон.
— Что происходит или, лучше сказать, что произошло? Ну а что же иное, как не морская битва, сражение, равного которому так просто и не найдешь!
— Морская битва?.. Сражение?.. Где?.. Как?.. Когда?.. Между кем?..
— Где?.. На широте Чарльстона. Как?.. Блестяще, великолепно! Когда?.. Конкретный день мне, к сожалению неизвестен, во всяком случае, это было очень недавно. А вот между кем и кем — попробуйте отгадать.
— Между нами и мятежниками! — воскликнул один.
Раздался взрыв смеха. Вошедший ухмыльнулся и сказал:
— Гляди-ка, какой ты у нас умный парнишка, это же надо — сразу до такого додуматься! Ты бы еще нам сообщил, что в море вода соленая. Что драка произошла между нами и Югом — это само собой понятно, а вот какие корабли в ней приняли участие, этого твоей мудрой башке так просто не определить!
— Что за корабли? Назови имена и скажи, кто победил!
— Что собой представляет монитор «Флорида»…
— Так там была «Флорида»? — перебила его матушка Додд, своими полными руками расчищая себе путь сквозь скопление гостей: она хотела подобраться поближе к говорившему. — «Флорида» — это новейшее, самое большое и самое мощное судно у южан, а этот его чертов таран делает его и вовсе непобедимым. У него полностью железный корпус. Кто отважился сразиться с этим Левиафаном?[109]
— Хм, кто? Маленький лейтенант на небольшом корабле, и этот корабль — клипер, только что обогнувший мыс Горн. Я имею в виду «Своллоу» и лейтенанта Уолпола.
— «Своллоу»… Лейтенант Уолпол?.. Не может быть! С «Флоридой»[110] не сможет справиться десяток линейных кораблей! Как могло взбрести в голову командиру какого-то клипера атаковать такое чудовище…
— Стоп! — прервала говорившего матушка Додд. — Потише с клипером, о котором тебе ровно ничего не известно! Я знакома со «Своллоу», а также и с Уолполом, который один стоит больше, чем все твои десять линкоров. Но ведь «Своллоу» сейчас должен быть у побережья Калифорнии?
— Был… Был, но получил приказ обогнуть мыс Горн и следовать в Нью-Йорк. Это непростое судно. Все вы слышали историю об «Оррибле», угнанном капитаном Кайманом с рейда Сан-Франциско. Его вернул Уолпол, с блеском перехитрив пиратов. Оба, «Своллоу» и «Оррибль», пошли вместе с юга вдоль Бразильского побережья до широты Чарльстона, где и наткнулись на «Флориду», которая тотчас же начала на них охотиться. Уолпол, взяв на себя общее командование обоими парусниками, приказал «Орриблю» броситься в мнимое бегство в открытое море, снял со «Своллоу» реи и часть рангоута, создав таким образом видимость, что его сильно пострадавший от шторма корабль будет легкой добычей для моряков «Флориды».
— Да, а этот Уолпол — чертовски хитрый парень! — заметила матушка Додд. — Но дальше, дальше!
— Монитор действительно дал себя обмануть и последовал за «Своллоу» вплоть до прибрежных вод недалеко от Блэкфула, где сел на мель. И тогда Уолпол снова поднял все реи, прибавил парусов, вызвал «Оррибль» и приступил к бомбардировке беспомощного неподвижного колосса. Они сильно повредили ему руль, а потом пошли на абордаж. Тогда пролилось много крови. Теперь «Флорида» лежит на грунте, а оба парусника спешат в Нью-Йорк и могут в любую минуту бросить якорь здесь, в порту.
— Невероятно! Где ты все это слышал?
— Слышал в Адмиралтействе, им наверняка все было бы известно раньше, не окажись телеграф поврежден мятежниками.
— В Адмиралтействе? Ну, тогда все это чистая правда, и я от всей души желаю бедному Дженнеру с «Оррибля», чтобы ему удалось таким образом загладить свою вину из-за истории с капитаном Кайманом.
— Да, это известие радует сердце и согревает душу, — сказала хозяйка. — Слушайте, парни, я ставлю бочонок пива, пейте за процветание Соединенных Штатов, за здоровье нашего президента, за «Своллоу» и… и… и…
— И за здоровье матушки Додд! — воскликнул один из гостей, поднимая кружку.
— Ура, виват, матушка Додд! — закричали из всех углов.
— Ура матушке Додд, виват, старая шлюпка! — подхватил чей-то грохочущий бас из открывшейся двери.
Все повернулись к человеку, обладавшему столь луженой глоткой. Хозяйка, ахнув, бросилась к нему с криком радостного изумления:
— Петер, Петер Польтер, тысячу раз добро пожаловать в Хобокен! Откуда ты прибыл, старый юнга? С Запада?
— Да, тысячу раз добро пожаловать в Хобокен! — отозвался он. — Ну, иди же ко мне, дай мне сначала заключить тебя в объятия! Поцелуй меня! Halte-la, heigh-day, эй, ребята, дайте-ка мне пройти! Приди ко мне на грудь, mon bijou![111]
Раскидав как солому стоявших на его пути людей, он обхватил руками обширную талию хозяйки и, легко, несмотря на ее изрядный вес, подняв ее в воздух, запечатлел на ее губах долгий поцелуй.
Несмотря на множество свидетелей, она восприняла эту ласку спокойно и с достоинством, будто это было нечто вполне обыденное и само собой разумеющееся, после чего повторила свой вопрос.
— Откуда? — переспросил Петер Польтер. — Ну откуда же еще, кроме как из Сан-Франциско, на «Своллоу» вокруг мыса Горн!
— На «Своллоу»? — Все удивленно ахнули.
— Да, ребята; нравится вам это или нет, но это так.
— Значит, участвовали в деле с «Флоридой»?
— Само собой! Или вы полагаете, что Петер Польтер из Лангедорфа стушевался перед какой-то «Флоридой»?
— Расскажите, мастер, расскажите! Кто вы на судне? Оно уже здесь или…
— Стоп! Из вас вопросы сыплются, как вопли изо рта юнги, когда ему дают розог. Не беспокойтесь, я вытравлю вам канат по всей форме! Я, Петер Польтер из Лангедорфа, бывший старший боцман на военном корабле ее королевского величества «Нельсон», затем штурман на американском клипере «Своллоу», потом лейтенант немецкой полиции в прериях, потом опять штурман, на сей раз par honneur на «Своллоу», а сейчас…
— Хватит, хватит, Петер, — вставила матушка Додд, — у тебя еще будет время обо всем рассказать, но сначала ответь на мой вопрос, он не терпит отлагательства. Как обстоят дела с теми людьми, что были вместе с тобой? Где они сейчас? Что случилось с Тиме, с Генрихом Мертенсом и Петером Вольфом? Что с «Орриблем» и с капитаном Кайманом? Я думала, что вы разыскиваете его на Западе, и вдруг слышу, что «Своллоу» поймал его в море! Удалось ли вам встретить Дедли-Гана, или как его там зовут, и оказался ли он настоящим дядей? А как дела у сыщика? И в каких делах вы, собственно…
— Подожди, дорогая, — не выдержав, воскликнул штурман, — или у тебя в легких столько воздуха, что ты можешь тараторить так еще пару часов? Дай-ка сюда полную кружку! Пока она не окажется у меня в руках, ты не услышишь ни слова! Но сначала я хочу рассказать этим джентльменам историю с «Флоридой». Остальное не для всех, это мы обсудим в другом помещении.
— Ты не получишь ни капли, пока я не узнаю хотя бы кое-что из того, что хочу знать!
— Ну и любопытная же ты! Ну хорошо, спрашивай, но только кратко и по частям!
— Тиме? Где он?
— На «Своллоу».
— Полицейский?
— На «Своллоу».
— Капитан Кайман?
— На «Своллоу», заперт в трюме.
— Ядовитый Марк?
— Там же.
— Дядя Дедли-Ган?
— На том же корабле.
— Лейтенант Уолпол?
— Там же, ранен.
— Ранен? Боже праведный, надеюсь, что…
— Пустяки! Пара шрамов, ничего больше. Ему придется взять отпуск на некоторое время. На «Флориде» было немного жарко, но нам доводилось испытывать и не такое в этих проклятых прериях. К примеру, мой проказник конь, сущий демон, ну прямо змей из какой-нибудь волшебной сказки, чуть было не вытряс из меня всю душу, и я никак не могу прийти в себя от удивления, что кости мои до сих пор еще целы. Но, впрочем, спрашивай дальше!
— Где сейчас «Своллоу»?
— Лавирует против ветра в прибрежных водах; за штурвалом — Форстер. Мы вдвоем с капитаном сошли на берег; он должен доложить о своем прибытии, а я жду его здесь.
— Ты ждешь его? У меня? Он обещал прийти сюда?
— Само собой! Бравый моряк, став на якорь в порту Нью-Йорка, просто обязан засвидетельствовать свое почтение матушке Додд. А через час «Своллоу» должен уже быть в гавани, и тогда сюда придут остальные. Пит Холберс…
— Пит Холб…
— Дик Хаммердал.
— Дик Хаммер…
— Полковник Дедли-Ган…
— Полковник Дедли-Ган…