Карл Хаусхофер – О геополитике. Работы разных лет (страница 56)
Стало быть, из статьи Банзе о возможности и географической обоснованности обособления в некоторых панобразованиях можно узнать многое. К сожалению, политическая география восприняла импульс весьма апатично и вместе с классификацией частей Света, предложенной Зейфертом, сползла в русло, где совершенно нет места геополитике, потому что это механическое решение явно континентальные части, такие, как Декан, Западная Аравия, Кхмерское плато, Внутренняя Аргентина, бывшие государства буров (Трансвааль и Свободное Оранжевое государство), отнесло от главной части (остова) к периферийным частям, а периферийные присоединило к остову, совершив над всеми политическое насилие. С гениальной меткостью импровизации, которую после южноафриканской [т. е. англо-бурской] войны подсказал англосаксам Бернард Холланд в, казалось бы, несопоставимой конфликтной ситуации «impenum
Здесь, следовательно, «субконтинент» прямо представлен в качестве основы существования частичного образования пан-идеи Азии – паниндийской, или великоиндийской, именно теми, кто, с одной стороны, вытеснял ее и боролся против нее, а с другой – с помощью централистского объединения делал ее прежде всего жизнеспособной по духу.
Вероятно, впервые в англо-индийской истории выделяется и британский интерес, заключающийся в том, что лучше трансформировать субконтинент Индии в жизне– и торговоспособный, чем позволить ему прозябать в расширяющемся паназиатском тигле в роли нынешнего монопольного владения (из которого, по данным лорда Ротермира[789], каждый британец получал пятую часть своих доходов).
Похоже, что из массы британского [колониального] наследства выделяется еще один «субконтинент», о чем намекнул южноафриканский премьер-министр одному бельгийцу в государстве Конго, сказав, что по меньшей мере по всей Южной Африке поймут идиому – Plait der Wasserkante[790] (на языках африкаанс[791], фламандском): это была бы «Негрития» Банзе – только со слишком тонким верхним слоем белых. «Амазония» соответствует мечтам бразильцев о будущем. Иными словами, «субконтинент» следовало бы иметь в виду как вид понятия (Formbegnff).
Однако способности к обособленности частей Света или континентов в старом стиле и их пригодности как основы воплощенных панидей более всего угрожает не существование внутриконтинентальных обособленных образований со много большей разделяющей силой, какой обладают, например, Урал и Манычская впадина, Северо-Каспийская степь, Геллеспонт [Дарданеллы], Эгейское море, Суэцкий перешеек, Красное и Антильское моря, а быстро растущее превосходство связывающей народы власти моря над его некогда разделявшей их силой (которая более действенна лишь при очень больших расстояниях) К тому же ведется прогрессирующее строительство посадочных полос на окраинных землях для авиалиний, а именно от мандатных территорий[792] Ближнего Востока в направлении Индонезии и Австралии, а также через Аляску и Курилы, затем через североазиатскую анэйкумену и вдоль американского восточного побережья. Насколько большее панамериканское значение приобрели по сравнению с преобладавшим в 1900 г. американским проектом трансконтинентальной железной дороги зигзагообразная петля единого морского грузового сообщения от Нью-Йорка через Панамский канал в направлении тихоокеанской Южной Америки, а также трансконтинентальный восточный авиамаршрут, быстро становящийся транспортной связью из Нью-Йорка через Флориду—Антильские острова—Рио—Буэнос-Айрес—Мар-дель-Плата! Как действительно панафриканской становится также восточноафриканская меридиональная транспортная линия: вначале как смешанное железнодорожно-речное предприятие, а затем как воздушная трасса из Египта через район озер вдоль западного побережья британского меридионального владения в Южную Африку; сколь серьезно она будет противостоять попыткам отделить Судан от Египта[793] по широте, но к сожалению, и различной трактовке ландшафта Кении и Танганьики (мандат на Германскую Восточную Африку)!
Панамериканские коммуникации и их пробелы
Schiffahrt. Stärke der Streifen entspricht der Häuёgkeit der Schiffreisen – судоходство. Интенсивность линий соответствует частоте рейсов кораблей.
Überlandbahnen – линии между населенными пунктами.
Projektierte Bahnen – проектируемые линии
Панафриканское мышление в сфере коммуникаций и препятствия
Erweiterungen der vormaligen deutsch. Kolonien zu einem Mittelafrica – встройка бывших немецких колоний в Центральную Африку.
Englischer Besitz – английские владения.
Die geplante Kap-Kairo Bahn – запланированная трасса Кап—Каир
Итак, именно развитие коммуникаций показывает все же постоянную переоценку таких кажущихся долговременными в своем значении запечатленных географических факторов благодаря динамическому моменту в политической географии и антропогеографии и оправданность стремления это подверженное благодаря людям непрерывным изменениям значение – при заблуждениях или слишком упорной точке зрения могущих стать пагубными для целых государств и народов – также относить главным образом на счет людей, оценивать геополитически и признавать их примат во время огромных трансформаций человеческих образований.
Уже было показано, какое решающее значение для облегчения континентального панобразования имеют убедительные соображения и работа по установлению мощной или (прямой) транзитной связи (Groß-oder Durchgangsverkehr). На содействие панамериканскому мышлению указывалось в связи с проектом железной дороги вдоль тихоокеанского побережья (примерно параллельно мощному, непрерывному формообразующему хребту Кордильеров—Андов), а панафриканскому – в связи с трассой и идеей Кап[794] – Каир (Сесил Родс!)[795]. Для Евразии – пан-Азии без обиняков проливает свет превосходство связи по линии Запад—Восток в противовес направлению Север—Юг из-за благосклонности природы по отношению к трассе, по которой шло переселение скифов и сарматов, а ныне проходит Сибирская магистраль, как прежде пролегал Сибирский тракт, но также превосходство древнего Шелкового пути через перевал Юмон. Характерно, что на излюбленном пути индо-серийской культуры (Гандхара, Турфан), зачастую петляющем, на естественно обусловленном маршруте Юго-Запад—Северо-Восток вновь и вновь встречаются прогоны в направлении Восток—Запад.
Несомненно, не только англо-русское соперничество и подозрительность в отношении прокладки железной дороги с Севера на Юг, но и мощный физико-географический, впоследствии – геополитический мотив создали здесь препятствия: не только между Ферганой—Мервом—Балкхом и Пешаваром—Кандагаром—Кветтой, но и между Кашгаром и Читралом, между Тибетом и Непалом, Сиккимом и Бутаном, между Бамо и Талифу. Это – проверенные историей препятствия, которые принимались в расчет еще во время похода Александра Македонского путем осуществления особо предусмотрительных мероприятий для их преодоления (Аорн)[796], как – в противовес сквозной Юньнаньской дороге – запутанная связь Бирма—Сычуань, трасса Дарджилинг—Лхаса и еще в недавнем прошлом обычный объезд Кинчинджинга. Когда-нибудь произойдет соединение через Персию или Афганистан, как были недавно преодолены помехи на трассе авиалинии вдоль персидского побережья благодаря островным опорным пунктам (и здесь континентально-океанский антагонизм!). Однако более мощный процесс панобразований есть и остается на линии Запад—Восток; поэтому особое образование, наиболее вероятное среди частичных образований паназиатской идеи – паниндийское.
Для многочисленных геополитических и ставших историческими отклонений, которые противятся формированию пан-Европы, как и для «незавершенного» процесса (Колин Росс), который упорно навязывается Австралии, характерно, что и пан-Европе, и пан-Австралии в равной мере недостает убедительных панидей в сфере коммуникаций. Можно было бы сослаться на Монт-Сениз, затем на намерения относительно железной дороги через Сен-Готард, – которые в транспортно-географической литературе своего времени, хотя и в скромных масштабах, казалось, имели схожее значение для панмышления своей части Света, как первая железная дорога через перевал Земмеринг[797] – или же на проекты фон Листа относительно системы германских государственных железных дорог.
Однако на линии Монт-Сениз—Сен-Готард тотчас же обнаруживается пробуждающий соперничество (Eifersucht) инерционный поворотный момент, которвый выступает западнее рубежа Юра—Вогезы на линии связи Париж—Лион—Средиземное море, восточнее идущих с Севера на Юг основных транспортных магистралей Рейнской долины. Но для связей частей Света по линии Запад—Восток разделение 1919 г.[798] означало отбрасывание к катастрофе, на что, между прочим, обратил внимание Герман фон Виссман[799]. Это разделение прямо привело к нарушению и разрыву существовавшего железнодорожного сообщения Запад—Восток, например в районе Вильно, в Мариенвердере, как и плана Гамбург– Берлин—Константинополь—Багдад[800], который при всем том был крупно-пространственной геополитической идеей в сфере коммуникаций.