Карл Эшмор – Золотое Руно (страница 36)
– Ты и не могла, – ответил дядя Перси. – Извиняться нужно мне. Я правда виноват… – Лицо у него снова стало суровым. – Виноват, что не открыл тебе всей правды. Ты ведь и об этом хотела со мной поговорить?
– Да, хотела… – взволнованно произнесла она.
– Тогда спрашивай. Постараюсь быть честным.
– Это об отце.
– Я знаю.
Бекки почувствовала, что дрожит.
– Он ведь тоже был путешественником во времени?
– Да. – Дядя Перси сделал паузу. – Одним из лучших.
26
Вид с высоты птичьего полёта
Получив подтверждение того, что отец был путешественником, Бекки не удивилась. Это стало понятно с того момента, как Эдгар узнал смарагд Сумана.
– Ты знал, что он владеет камнем?
– Нет, – честно ответил дядя Перси. – Не забывай, что после ссоры мы с ним долго не общались.
– Как по-твоему, он знал, что это за камень, когда подарил его мне?
– Конечно же не знал, – уверенно ответил дядя Перси. – Скорее всего, принял за интересную побрякушку.
– А как он к нему попал?
– На этот вопрос у меня нет ответа.
Тут Бекки в голову пришла ещё одна мысль, от которой её бросило в холод.
– А мама знала, что он путешественник?
– Не думаю, – сказал дядя Перси. – Уверен, что нет. Когда твой отец познакомился с твоей мамой, он был очень счастлив. И ему было так хорошо в своём собственном времени, что путешествия стали реже. Ему хотелось всё время быть рядом с ней. И да, хотя он был очень смелым человеком, но тогда – впервые в жизни – начал бояться.
– Почему?
– Полюбив её, он нашёл то, чего не мог найти в путешествиях. И боялся это потерять. В какой-то момент он совсем перестал путешествовать, решив, что не имеет права так рисковать. И продолжил только спустя несколько лет после женитьбы.
– А почему продолжил? – спросила Бекки.
– Сложно сказать.
– Это было связано с золотым руном?
– Правда, не знаю.
– А от кого он в первый раз услышал о путешествиях во времени? От тебя?
– Нет, – ответил дядя Перси. – От Бернарда Престона. Поэтому ты и слышала раньше его имя. Бернард был его куратором в университете. Твой отец стал его самым талантливым учеником и тоже не мыслил жизни без археологии. Узнав о путешествиях, он очень ими увлёкся. Но лично мне кажется, что он не был для этого создан.
– Почему?
– Слишком уж был горячим. Помню, я думал, как бы уберечь его от беды хотя бы ещё на несколько лет.
Бекки понимающе кивнула. Но вопросы у неё ещё не кончились.
– А как другие могли узнать о моём талисмане?
Дядя Перси в задумчивости забарабанил пальцами по подбородку.
– Это, конечно, интересный вопрос. Отвечаю честно: не знаю. Но если тот путешественник был осведомлён о талисмане и о том, что им владел твой отец, он мог вернуться в прошлое – в тот момент, когда твой отец подарил его тебе. Предположение, не больше.
– Если так, значит, я могла его видеть, – с тревогой в голосе произнесла Бекки.
– Не исключено. Но он мог узнать это тысячью других способов.
Бекки задумалась.
– Есть ещё один вопрос.
– Спрашивай.
– Что представляла собой папина машина времени?
Тут за спиной у Бекки раздался запыхавшийся голос Джо.
– О чём это вы тут шушукаетесь? – Лицо у него было влажное от пота. – Бек, иди повиси у Эдгара на рогах, пока он тренируется. Знаешь, как здорово!
Бекки усмехнулась. Джо умел появляться в самый неподходящий момент.
– Ладно, сейчас. – Она сделала пару шагов в сторону Эдгара и оглянулась на дядю Перси. Тот что-то произнёс одними губами – всего пару слов, – и она их почти услышала: фургон мороженого.
У Бекки ёкнуло сердце. Фургон мороженого – она же его помнила! Это было её самое первое воспоминание детства: она сидит на газоне и отрывает ноги своей самой нелюбимой кукле, и тут подъезжает отец на этом задрипанном розовом фургоне. Ему понадобилось несколько месяцев, чтобы привести его в порядок. Мама не могла этого понять. Потом фургон исчез так же неожиданно, как появился… Но лучше этой машины Бекки до сих пор ничего не могла себе представить.
Ещё минут двадцать Бекки и Джо провели с Эдгаром: тот крутился на месте, как огромный заведенный волчок, а они болтались у него на рогах. Дядя Перси всё это время находился на носу и разглядывал небо в свой амнокль.
Бекки тоже посмотрела вверх, но не увидела ничего, кроме маленького движущегося пятнышка. Потом она заметила, как дядя Перси опустил амнокль и что-то шепнул на ухо Уиллу.
– Что там такое? – спросила она.
– Пока не уверен… Но видишь вон ту птицу?
Она прищурилась и посмотрела снова.
– Вроде да.
– Она уже довольно давно следует за нами…
– И?
– И, мне кажется, я видел её раньше.
– Раньше – это когда? – уточнила Бекки.
– По-моему, в Бауэн-холле, в ту ночь, когда был убит Бернард.
Дядя Перси кивнул Уиллу, и тот прицелился в небо из своего лука.
– Что ты делаешь?! – в ужасе завопила Бекки.
– Давай, Уилл, – произнёс дядя Перси.
– Нет! – крикнула Бекки, но было уже поздно. Стрела попала птице прямо в шею, и та с громким плеском рухнула в воду, подняв большой фонтан воды.
Бекки была в ярости.
– Убийца! – крикнула она Уиллу.
Дядя Перси поплыл за птицей, но та уже исчезла под водой. Он сделал глубокий вдох и нырнул, ухватив её за ноги. Через несколько секунд Бекки увидела, как он плывёт обратно со своей увесистой добычей.
Уилл бросил ему канат. Дядя Перси ухватился за него и не без труда забрался на борт.
– Бекки, Джо. – Он откинул с лица мокрые волосы. – Мне понятно ваше возмущение, но смотрите сами. – Он выпустил птицу из рук, и она тяжело брякнулась о палубу.
– Ничего тебе не понятно! Ты думаешь, можно просто так взять и убить живое существо?