Карисса Бродбент – Пепел и проклятый звездой король (страница 109)
Упоминание имени Саймона вызывало в памяти яркие образы — его чудовищный облик, нависший над Райном, нависший надо мной, искаженная вещь из стали и зубов, вбитых в его грудь.
Матерь, его взгляд…
Я лучше других знала, что вампиры могут быть чудовищными существами. Я была свидетелем самых страшных приступов жажды крови, которые превращали их не более чем в животных. Но то, во что превратился Саймон, было далеко от обычной вампирской жестокости. Он превратил себя в то, что вообще не должно было существовать.
Точнее, я подозревала, что Септимус превратил его в такое существо.
И у меня возникло ужасное чувство, что то, чему мы с Райном были свидетелями — сила, повергающая в стыд обе наши магии Наследников — было лишь малой частью того, на что он был способен.
В наступившей тишине я поняла, что мы с Райном думаем об одном и том же.
Наконец, он сказал:
— Вот. Давай я надену это на тебя.
Он взял браслет с моей раскрытой ладони и аккуратно закрепил его на правом запястье — на той же руке, где было старое кольцо моей матери. Когда он закончил, я перевернула ладонь и посмотрела на них.
— Идеальная пара, — сказал Райн. — Ты собрала весь комплект.
Они действительно хорошо смотрелись вместе. Но, кроме того, мне было приятно ощутить еще одну связь с прошлым, которое у меня отняли.
— Спасибо…
Внезапное потрясение пронзило меня. Я задохнулась, резко поднялась на ноги и прижала руку к груди.
Моя рука… Моя грудь…
— Что? — Райн уже наполовину встал, одной рукой держа меня за руку, готовый позвать Алю. — Что случилось?
Я не знала, как ответить на этот вопрос. Я чувствовала себя…
Я отдернула руку от горла, расправила ее, стараясь не дрожать.
Мы с Райном уставились на него.
— Вот черт, — прошептал он.
И правда,
На тыльной стороне руки, в треугольнике, образованном между кольцом и браслетом, была нарисована карта.
Глава
62
Все это время я отчаянно пыталась разгадать прошлое моего отца, его секреты, чтобы найти силу, которая мне нужна для восстановления моего королевства.
Как уместно, что в конце концов ответ дала мне моя мать.
Мы с Райном поспешно установили зеркало, капнули в него моей крови и к нашему крайнему облегчению связались с Джесмин. К ней присоединились Вейл, Мише и Кетура, мы позвали в комнату и Алю, показав ей карту на моей коже.
Когда первоначальное потрясение прошло, Аля, поняв, на что она смотрит, стала в равной степени гордиться и печалиться. Это было заклинание, пояснила она, вписанное в металле украшений, которое активировалось только после того, как все три украшения были надеты на их владельца вместе.
— Магия моей сестры, — мягко сказала она. — Я бы узнала ее где угодно.
Она прикоснулась к браслету ласковым прикосновением.
— Слишком умная для собственного блага, — прошептала она. — Она всегда была такой.
— Разве Винсент не узнал бы, если бы кольцо было заколдовано? — спросила я. — Он ведь тоже был сильным магом.
— В Магии Ниаксии — да. Но у него не было достаточного опыта работы с магией Акаэджи, чтобы знать, что искать.
В горле встал комок, и я провела большим пальцем по маленькому черному кольцу. Единственный знак, который он позволил мне сохранить от прежней жизни. Мало ли что он знал.
На карте на тыльной стороне моей руки был изображен Дом Ночи, или, по крайней мере, небольшая его часть — Вартана в левом нижнем углу, Сивринаж в правом верхнем, и маленькая звездочка, отмеченная в центре, прямо над моей костяшкой пальца. Никаких городов там не было. Это было прямо посреди пустыни, ничего, кроме руин.
Руины, которые при этом оказались в неудобной, опасной близости от Сивринажа.
— У тебя есть идеи, что это может быть? — спросила я Алю.
Я знала, чего
Аля наклонила голову, и задумалась.
— В конце концов, она испугалась, — сказала она. — Испугалась всего, чем она помогала ему заниматься. Я помню это. Она никогда не рассказывала мне подробности, но я знаю свою сестру. Я думаю… я думаю, что она начала бояться того, что такая власть может сделать в руках такого недоверчивого мужчины, особенно если только он имеет к ней доступ. Возможно, она дала и тебе путь к этой силе, на всякий случай, зная, что твоя кровь может позволить тебе ей владеть. — На ее лице промелькнула едва заметная улыбка — немного грустная, немного гордая. — Я не могу сказать наверняка. Но могу себе это представить.
Я выдохнула с облегчением, а вместе с ним ощутила и прилив любви к матери, которую я почти не помнила.
Она спасла нас. Богиня, она спасла нас.
— Это, конечно, если Септимус ещё не достиг того, чем бы это ни было, — заметила Джесмин. — Какой бы силой он ни наделил Саймона, она не от мира сего. Я в этом уверена.
Но Аля решительно покачала головой.
— Судя по тому, что они описали, то, что вы видели, не было творением моей сестры. Это похоже на собранную магию. Активатор взломали, чтобы заставить его работать с тем, для чего он не предназначен.
— Активатор, — повторил Райн. — Кулон.
Мише гордилась собой — ведь это всегда было ее подозрением.
— Судя по тому, что ты описал, похоже на то, — сказала Аля. — Я предполагаю, что Винсент мог создать несколько активаторов с помощью Аланы. И любой из них, при правильном использовании магии, можно было бы извратить и перестроить, чтобы он работал с силой, достаточно похожей на ту, для которой он предназначен. Но это было бы ужасно, и это было бы опасно. Возможно, в конечном счете, смертельно опасно для того, кто его использует.
Я вспомнила остекленевшие, налитые кровью глаза Саймона и вздрогнула.
Да, это было ужасно. Он выглядел так, словно был уже почти мертв.
— Так что Септимус получил лишь часть того, что хотел, — сказал Райн, — в виде кулона. Этого пока достаточно. Но это означает, что вряд ли у него есть то, за чем он действительно сюда пришел.
— Это означает, что кровь бога, если она существует, — добавила я, — вероятно, все еще где-то там.
Я загибала пальцы и смотрела на свою руку, двигая ее под светом костра. Красные штрихи слегка дрожали, как лунный свет сквозь шелестящие листья.
— Все это звучит, — сказал Вейл, — как множество предположений.
— Так и есть, — ответил Райн. — Но это все, что у нас есть.
— Я согласен с тем, что иногда нам приходится действовать, основываясь на том, чего мы не знаем, — сказал Вейл. — Но я знаю,
Уголок рта Райна подернулся язвительной улыбкой.
— Насколько большой?
Вейл молчал. Я практически видела, как он сомневается во всех жизненных решениях, которые привели его к этому моменту.
— Мы все сойдемся там в битве, — сказал он наконец. — Все, кто у нас остался, готовы встретиться с ними еще раз. Мы задержим их, пока Орайя… сделает все, что ей нужно. И мы будем молиться Матери, что все, что она там найдет, было достаточно мощным, чтобы обеспечить нам победу.
Я почувствовала легкую тошноту.
Райн откинул голову и рассмеялся.
— Oх, — сказал он. — И это все?
— Я же говорил тебе, что это большая авантюра, — раздраженно сказал Вейл.
— Что еще мы можем сделать? — спросила Мише, беря зеркало и наклоняя его к себе. — Если Райн и Орайя пойдут сами, их убьют. Если мы будем ждать, пока Саймон придет за нами, нас убьют. Если мы снова нападем на Сивринаж, нас убьют. — Она вскинула руки вверх. — Похоже, это единственный вариант, который дает нам