Карисса Бродбент – Короны Ниаксии. Пепел короля, проклятого звездами. Книга вторая из дилогии о ночерожденных (страница 6)
– Ну что, было интересно? Согласна? – спросил он и, взглянув на стражников, которые в его присутствии заметно сникли, обратился к ним: – Простите за грубость. Я не мешаю?
Стражники, как всегда, не издали в ответ ни звука.
Септимус усмехнулся, довольный их молчанием.
– Я знал, что прошлое твоего мужа было предметом… назовем это предметом споров среди ришанской знати, – продолжил Септимус. – Но должен сказать, события превзошли мои ожидания. Скорее всего, придется перебрасывать сюда дополнительные войска из Дома Крови.
Он стряхнул пепел на мраморную ступеньку и раздавил каблуком.
– Если это все, что ришане способны предложить, толку от них мало.
Мы преодолели очередной лестничный марш. Мне было нечего сказать. Слова Септимуса проникали сквозь меня наподобие шума, какой услышишь в людном зале.
– А ты стала гораздо тише, – наконец признался он.
– Я не говорю ради того, чтобы услышать звук своего голоса.
– Жаль, очень жаль. Ты всегда могла сказать столько интересного.
Септимус играл со мной, и я ненавидела его игру. Будь у меня силы, я бы исполнила его желание и наговорила гадостей.
Однако сил у меня не было, и я промолчала.
Мы поднялись на верхний этаж и уже заворачивали за угол. До моих дверей оставалось совсем немного. Вдруг сзади послышались торопливые шаги. Это была Дездемона, одна из телохранительниц Септимуса.
– Прошу прощения, господин. У нас возникли сложности.
Септимус замедлил шаг. Я пошла дальше, но все прекрасно слышала.
– Речь о нападении на Мисраду, – тихо сообщила Дездемона. – Чтобы за ближайшие две недели нам собрать войска, понадобится отозвать отряды из арсенала.
Двери моих апартаментов распахнулись. На какое-то время я перестала прислушиваться. Передо мной была знакомая гавань, она же тюрьма.
– Ну так сделайте это, – с заметным раздражением произнес Септимус. – Мне нет дела до…
Я вошла.
Двери за спиной закрылись. Я расстегнула пуговицы на платье и сразу же плюхнулась на кровать, ожидая услышать до боли знакомые звуки. Четыре щелчка. Двери запирались на четыре замка.
Щелк.
Щелк.
Я ждала. Потянулись секунды. Шаги в коридоре стихли.
Впервые за эти недели мной овладело любопытство.
Я села на кровати, морща лоб.
Может, мне почудилось? В последнее время разум устраивал такие трюки. Возможно, два других щелчка я просто не услышала.
Я подошла к двери и заглянула в щель. Две тени загораживали свет, пробивавшийся из коридора. Два верхних замка, представлявшие собой обыкновенные засовы, были закрыты.
Два нижних остались открытыми.
Смачная фраза вырвалась у меня сквозь зубы.
Когда я впервые очутилась в отведенных мне покоях, я сумела открыть три замка. Только нижний – самый тяжелый – не поддавался. Но сейчас…
Отойдя от двери, я испытующе на нее посмотрела. Таким взглядом я оценивала противников. В груди вспыхнула искорка незнакомого, непробужденного ощущения. Искорка надежды.
Я могла открыть эти засовы и выбраться наружу.
За окнами по-прежнему была ночь, хотя уже близился рассвет. Стоило подождать восхода солнца, когда большинство вампиров расползутся по своим норам. Я вздрогнула, вспомнив о соседних апартаментах, хозяин которых мог вернуться в любую минуту. Вампиры отличались безупречным слухом. Попытайся я выбраться, когда он рядом, он бы об этом узнал.
Но… я ведь тоже следила за перемещениями Райна. У себя он оставался совсем недолго и зачастую возвращался намного позже восхода солнца.
Придется рискнуть. Ждать до завтра довольно долго, когда вампиры отправятся спать. Но не настолько долго, сколько ждал Райн.
И что потом?
«Змейка, ты знаешь этот замок лучше, чем кто-либо», – послышался в ухе шепот Винсента.
Я вздрогнула – всегда вздрагивала от его голоса.
Он, конечно же, был прав. Я не только прожила в этом замке всю жизнь. Я научилась перемещаться по нему незаметно для всех, включая и последнего короля ночерожденных.
Нужно лишь дождаться подходящего момента.
Глава четвертая
– Ну и паршивое зрелище ты устроил, – проворчал Кайрис.
– У меня другое мнение. Считаю, что все прошло совсем неплохо.
Кетура закрыла за нами дверь. Помещение, куда мы вошли, одновременно было слишком пустым и слишком беспорядочно наполненным, мешающим думать. Прежде здесь находилась библиотека, где хранились очень красивые, очень старые или очень дорогие вещи. Обычно они сочетали в себе все три свойства. Кетура приказала прошерстить бóльшую часть замка в поисках потайных галерей и переходов, а также возможных ловушек. Несчастным слугам пришлось освобождать полки от книг и манускриптов, прежде чем Кетура сочла помещение пригодным для совещаний.
Сейчас бывшая библиотека имела весьма неприглядный вид. Стеллажи вдоль одной стены пустовали. В углу высилась груда книг, которые не успели вынести. Длинный стол в центре был завален картами, бумагами и нужными томами. Здесь же стояли несколько стеклянных кубков, оставшихся с прошлой ночи. Их дно покрывала красная корка.
Винсент был у власти двести лет. Придется еще долго освобождаться от признаков его правления.
После окончания Кеджари я помчался сюда, объятый ужасом. Отвлекающих моментов у меня было с избытком: я держал в руках бездыханное тело Орайи, сами руки покрывала кровь Винсента, затылок жгла печать наследника, а на плечи давило это треклятое королевство. И все же я замешкался перед дверями замка, настигнутый воспоминаниями прошлого.
Возможно, это делало меня трусом.
Но двести лет – долгий срок. При Винсенте замок сильно изменился. Этого было достаточно для сокрытия самых жутких воспоминаний, наполнявших бессчетные ночи. Однако в некоторые помещения замка я так и не смог заглянуть, сколько бы себя ни заставлял.
Я вытащил стул и тяжело уселся, положив ноги на угол стола. Стул тихо заскрипел под тяжестью моего тела. Я запрокинул голову и уставился на потолок, серебряные плитки которого были украшены изображением хиажских крыльев. Брр.
– Что бы ты предпринял, не появись Вейл? – спросил Кайрис. – Перебил бы их всех?
– Неплохая мысль, – ответил я. – Именно так и поступил бы великий Некулай Вазарус.
– Но ты – не он.
Что-то в тоне Кайриса заставило меня вздрогнуть. Казалось, соратник упрекал меня за несхожесть с Некулаем.
Эта мысль застряла в моей голове. Не знаю почему, вспомнилась ночь свадьбы и обещание, данное Орайе, когда я буквально умолял ее действовать заодно со мной.
«Мы разорвем на части миры, которые обоих нас поработили, и на их обломках выстроим что-то новое».
Я верил в каждое произносимое слово.
Но Орайя лишь смотрела на меня с ненавистью и отвращением, и я не мог упрекнуть ее за это. А сейчас я сидел здесь, вычищал кровь из-под ногтей и решал, как не уподобиться тому, кто уничтожил меня.
Орайя всегда умела видеть суть сквозь любую мишуру.
В дверь постучали. Хвала Ниаксии, это избавило меня от продолжения разговора с Кайрисом. Кетура открыла, и вошел Вейл.
Остановившись на пороге, он поклонился мне и сам закрыл дверь.
– Ваше величество.
Порою мелочи, ударяя по тебе, вдруг обнажают реальность ситуации.
На меня не подействовала нарочитая манера, в какой Вейл приносил клятву верности. Но небрежный полупоклон (он точно так же кланялся Некулаю) перенес меня на двести лет назад, заставив почувствовать за спиной призрак моего бывшего хозяина.