Карисса Бродбент – Дети павших богов (страница 56)
И ничего не изменилось.
– Макс…
– Стараюсь.
Еще раз. Ладонь к стене.
Ничего.
Стало совсем темно. Так темно, что в тенях мне мерещилось движение, словно из резьбы на стенах выползали призраки.
У меня встали дыбом волосы на загривке, захолонуло сердце.
– Ладно, жалкий стервец, – бормотал Макс. – Кончай игру.
Он ударил в стену кулаком и снова прижал ладонь. Я приложила рядом свою.
Открывайся, открывайся, открывайся…
Стена разошлась. Я судорожно перевела дыхание. Макс дернул меня за руку, и мы помчались по этим гладким каменным коридорам – боги, с чего я взяла, что в них было светло? То, что казалось светлым, как кость, стало пепельным, темным, закопченным. Резные знаки шевелились.
Поворот, еще один, еще. Все коридоры одинаковые. В одном месте Макс встал, уставившись в глубину коридора застывшим взглядом.
– Что там? – спросила я. – Ты куда смотришь?
Нет ответа.
– Макс…
Он обернул ко мне бледное лицо:
– Давай выбираться.
Клянусь, я слышала безмолвный шепот: «Останьтесь».
…Вперед… – шептал Решайе. – …Скорее!..
Мы проскочили за новый поворот, и я чуть не споткнулась.
Я видела перед собой женщину с буйными черными кудрями, с глазами, из которых смотрел родной дом.
– Тисаана! – взывала она ко мне, простирая руки. – Тисаана, милая. Доченька моя любимая, моя сильная. Я так скучала по тебе!
Я приросла к полу.
«Что-то не так», – шепнул слабый голос в глубине сознания.
Но всем остальным существом я тянулась к ней. Я даже запах ощутила – соли и жасмина. Запах безопасного детства.
– Тисаана, этого нет. – Макс сжал мне руку, потянул назад. – Что бы ты ни видела, этого нет.
– Я так стосковалась, – выдохнула женщина. Слезы заливали ей щеки. – Я все звала тебя, а ты не приходила.
Я моргнула – ее лицо окрасилось кровью, протянутые руки распадались.
– Я умирала одна, в темноте, а ты не…
– Тисаана, этого нет. – Макс за плечо дернул меня от нее, и я, запнувшись, снова перешла на бег.
«Вернись, – шептал мне голос. – Не покидай ее снова».
Голос этот отзывался в затихающей за спиной мольбе.
– Прошу, Тисаана, пожалуйста, помоги мне, вернись…
– Это такое место, – бросил на бегу Макс. – Оно тобой питается. Не задерживайся, что бы тебе ни показали.
Образ матери оказался только началом. Я увидела Макса в цепях и в крови, изъеденного гнилью, в которой сразу узнала свою магию. Увидела Серела, умирающего от голода, изувеченного, корчащегося под бессчетными ударами бичей. Саммерина. Мофа. Треллианских беженцев. И все об одном: «Помоги. Помоги!»
Макс тоже несколько раз спотыкался, замирал и с каждым разом становился все бледнее и молчаливей. Могу только гадать, что виделось ему. Один раз мне пришлось его удерживать – он рвался обратно, и я тащила его до угла, где он опомнился настолько, чтобы двинуться дальше.
Пока мы добрались до выхода, темнота стала почти непроглядной. Дверь показалась мне больше, чем запомнилась: высокая, узкая, черная. Знаки на ней блестели из теней, отражая несуществующий свет.
Макс приложил ладонь к створке.
Она не шевельнулась.
Знаки перемещались, как сползающиеся на мертвечину жучки, собирались вокруг нас.
Я тоже надавила на дверь.
– Выпусти нас! – пробормотала я на теренском, словно уговаривала сам Илизат. – Нам здесь не место.
«Так ли?»
Шепот звучал со всех сторон.
– Ладно, Илизат, – заговорил Макс. – Ты нас должным образом впечатлил. А теперь отпусти, живо!
Все значки со стен разом собрались вокруг Макса, обрамив его силуэт. Из углов тянулись тени, ласкали его.
Это не было голосом, но я различала каждое слово.
«К чему отпускать, если ты сам ко мне вернулся? Пусть однажды ты ушел. Но твое место здесь».
– Нет! – Я ударила по двери ладонью, вложив в толчок всю свою магию – всю магию Решайе.
Мои пальцы осветились.
Все новые тени протягивались к Максу наподобие жадных рук.
«Твое место здесь, – ворковал Илизат. – И что значат несколько недель разницы?»
Дверь продержалась еще мгновение.
Последний удар силы, и она распахнулась. Мы с Максом вывалились наружу. Я зажмурилась от яркости внешнего мира. Макс, выдернув из кармана пергамент, чертил стратаграмму. Получилось только со второго раза – в первый дрожащие руки не справились с кругом.
Мы очутились за поместьем Фарлионов. Ясный день, кругом люди, расхаживают, переговариваются. Так все мирно, что казалось ненастоящим.
Мы с Максом долго смотрели друг на друга. Он сжимал челюсти, бледность не сходила с лица. Я до дрожи вцепилась в его руку. Так крепко, что казалось – никогда уже не разжать.
Оба мы насмотрелись ужасов в тех стенах, но со мной остался только последний шепот Илизата, обращенный к Максу.
«Твое место здесь. И что значат несколько недель разницы?»
Глава 36
Макс
Я не мог на нее смотреть. Сердце еще колотилось, ладони покрывал пот, и стоило моргнуть, перед глазами непрошено вставали те образы.
Мы оба молчали, пока не вернулись к ней в комнату.
– Что… что это было? – выговорила она.
– Илизат нас поимел.
«Твое место здесь».
Я заморгал, силясь выбросить эти слова из головы, но лишь заманил в темноту под веками новые кошмары.