Карина Вальц – Тайна человека со шрамом (страница 42)
– Или тебя.
– Или меня. Пусть так и будет, один заменит другого, и все дружно молчат.
Следы запутаются.
Конечно, я понимала, что план шит белыми нитками, что советник Стрейт на раз почувствует ложь. Но, опять же – у него уйдет немало времени, чтобы до правды докопаться и отыскать нужных людей без посторонней помощи, скорее со множеством препятствий. И разговорить всех этих людей. В таком болоте можно долго тонуть.
Стража замка слишком боится, чтобы болтать лишнее, даже если допрос ведет сам советник Стрейт. К тому же, совсем недавно состоялась демонстрация силы, когда упустившего меня бедолагу отправили на скалы. Все будут упорно молчать до тех пор, пока главным в замке остается мой отец. Пока его не нарекли преступником за укрывательство деда и не определили в королевскую тюрьму.
Моя задача – этому помешать. И выгнать непрошеных гостей.
А потом уже разбираться, что эти гости задумали.
ГЛАВА 24. Братские узы
Пока я поднималась к отцу, в голове стучало навязчивое будущее: пути назад нет. Пути назад уже нет. Я столько всего натворила, что мне одна дорога – податься в беглянки. А еще я собираюсь подставить Нику. Но это ничего, она и сама наверняка об этом уже догадалась. Ее удар в обмен на мой, все у нас честно.
Главное – успеть унести ноги.
А потом как-нибудь договориться с собой, если такое вообще возможно.
Отца я нашла в его кабинете в Северной Башне.
– Таната? – судя по всему, мой визит его удивил.
– Таната. – подтвердила я. – Нам надо поговорить, отец. Прямо сейчас сюда идет советник со своими людьми. То есть, для начала они заглянут в подвалы. Их туда не пропустят, конечно, но советник умеет быть убедительным, есть шанс, что у него получится зайти и все осмотреть. Он ничего не найдет и прибежит сюда. Или прибежит сюда за разрешением, начнет грозить.
– Думаешь, я ему уступлю?
– Не думаю. Но разве это важно? Мы оба понимаем, что в конечном итоге Стрейт одержит эту победу и увидит… – я помедлила и посмотрела отцу в глаза. – Советник Стрейт увидит, что в подвалах ничего нет.
Тирриус промолчал, кусая губы.
– Вы поняли меня, отец? Все записи деда уничтожены.
– Это какая-то игра?
– Меня не подослал к вам советник, если вы об этом, в моих словах никакой тайной подоплеки нет. Но нам надо поговорить, я должна знать… я должна знать, что происходит, почему это происходит. Для этого вы ответите на несколько моих вопросов, отец. Предельно честно.
Тирриус покачал головой и усмехнулся, будто до сих пор считал, что я веду какую-то хитрую игру, и все это выглядит, будто малый ребенок пытается облапошить умудренного сединой старца. В общем, никакой мне веры, врать я не умею и даже пытаться не стоит.
И это обидно, я-то не врала.
– Ладно, – из моей груди против воли вырвался тяжелый вздох. – Можете пригласить сюда Тэл и спросить у нее, чем мы занимались совсем недавно. Но могу ответить за сестру, чтобы нам время сэкономить: мы прятали труп Вильмара, отец. Мы вместе отправились на скалы и сбросили тело вниз. Пока мы этим занимались, моя подруга пробралась в подвалы и вытащила записи деда, после чего мы их сожгли. Теперь я заслужила право задать несколько вопросов?
– Смотря что за вопросы, – наконец выдавил отец.
– Легкие, не волнуйтесь. Например: что у вас с советником?
– А что у нас?
– Я с вашей первой встречи чувствовала сильную натянутость. Есть причина, кроме очевидной? Ведь есть же, отец.
– Допустим.
– Меня не допущения интересуют, а факты, – постепенно я начинала нервничать. – Вы не слышали меня? Советник Стрейт и его люди скоро будут здесь. Я должна знать больше, чтобы помочь семье.
– Раньше ты к этому не особо стремилась, сестер допрашивала, обвиняла.
– Давайте сосредоточимся не на «раньше», а на «сейчас». А сейчас над нами висит опасная вероятность потерять замок. Если на вас ляжет тень от деяний деда, а мы оба понимаем, что она еще как ляжет, ведь вы не могли не догадываться обо всем, то тальмарин останется в руках у Тэл и Драгона. Они справятся, но… лучше бы вам им помочь, отец.
– А у тебя какой интерес,
Под его взглядом я против воли заерзала на месте.
– Мой интерес…
– Только не говори, что бросилась семью защищать. Тогда я тебе не поверю и разговора у нас не получится, Таната.
– Хорошо, – я медленно кивнула. – Я хочу переиграть людей, которые долгое время обманывали и переигрывали меня. Не самое приятное чувство. К тому же… боюсь, их игра может привести к ужасным последствиям.
Тирриус откинулся на кресле и улыбнулся.
– Вот теперь я тебе верю, дочь. Ты спрашивала о советнике Стрейте? Так вот: единственная причина для нашей неприязни – зависть. Его зависть, разумеется.
– У него есть все. Чему завидовать?
– Глупая ты еще, Таната. У Дэнвера Стрейта нет власти.
– У него есть власть.
– Видимо, ему все мало.
– Хорошо, допустим, – сдалась я. – И при чем здесь наша семья? Даже если он уничтожит каждого, тальмарин не достанется советнику Стрейту. У нас есть родственники, их немало. И, какими бы дальними они ни были, прав у них побольше, чем у столичного советника и короны.
– С родственниками всегда можно договориться, это во-первых. А во-вторых… допускаю, что у Дэнвера Стрейта имеется козырь в рукаве. Отец все твердил мне перед тем, как исчезнуть, а я ему не верил… я до сих пор в это не верю, но ты права, тальмарин не достанется королевскому советнику ни при каких обстоятельсвах. Но он может достаться моему сыну. Незаконнорожденному отпрыску, от которого я когда-то избавился. Сейчас у него никаких прав, их и быть не должно, но при поддержке короны… последует переворот.
Я хотела задать вопрос, но не смогла выдавить ни звука.
– Ты что так побледнела, дочь? Неужели ты наивно полагала, что мужчины до самой смерти держатся за юбку жены? Иногда бывают такие вот… происшествия. Когда-нибудь ты это примешь.
– Что… что вам говорил дед?
– Подозревал, что ты могла спеться с братом. А сам брат прибыл, чтобы отомстить мне, Туверу и всей своей настоящей семье. Но это бред. Когда мальчик родился, его мать умерла, а его самого я отправил на край света, подальше отсюда. Никто просто не мог знать, чей это ребенок. И уж тем более сам ребенок. Это невозможно, как я и сказал твоему деду.
– Но дед эти аргументы не принимал?
– Нет, он был в ярости и обещал разобраться со всем, раз я не могу.
А еще дед не мог рассказать отцу больше, слишком много секретов могло открыться из-за какого-то там мальчишки.
Из-за… Алекса.
Я схватилась руками за кресло, чтобы не свалиться вниз. Алекс мой брат? Мой… родной брат. И все это время… и все это время он был моим братом, обычно это так и работает. Даже в те моменты, когда я смотрела на него и думала, как он красив, как меня привлекает… да, и в те моменты он моим братом тоже был.
Отец смотрел на меня с недоумением, он не понимал, отчего я так побледнела и из последних сил на ногах держусь. Тирриус не подозревал, что дед каким-то образом оставил ребенка в замке, видимо, из-за дара. В Алексе нашлось что-то особенное, и особенность не позволила отпустить мальчика на край света. Он жил в подвале постоянно, дольше, чем другие дети. Это лишь предположение, но я думаю, все так и было. Мы общались. Затем случился побег, а потом… не знаю, как жил Алекс после этого и где он был, но в конечном итоге он всплыл рядом со мной. При помощи доблестного советника Стрейта.
Вот и объяснение происходящему, вот и долгожданная правда.
Алекс – мой брат.
Все это время он знал о себе все, возможно, помнил еще с детства. Ему рассказал сам дед, например. Хотя непонятно, зачем Туверу это делать… ладно, могло что угодно произойти, например, Алекс влез в записи деда, или кто-то из детей из подвала обладал даром заглядывать в прошлое, совсем как мой племянник… это все неважно. Важно, что Алекс
Что он сказал мне сегодня?
Я похолодела, осознав весь ужас ситуации.
А еще у моего брата наконец появилась фамилия. Алекс Альмар.
В дверь постучали, зашел стражник и сообщил, что советник Стрейт с людьми поднимается наверх. Совсем скоро они будут здесь.
– Задержите, – приказала я, отец кивнул, подтверждая приказ.
– Что такое, Таната?
– Стоило слушать деда. Ваш сын жив и сейчас он в замке. Вы понимаете? Все, как вы сказали: при поддержке короны… думаю, на то и был расчет. Боюсь, что они смогут устранить Тэллину с мужем, найдут способ добраться до тальмарина. Поэтому мы должны размазать все их мечты, пусть они свалятся вниз, как со скаты Та́ната. Устроим им этот полет.