Карина Вальц – Одаренные. Тайна большой воды (страница 4)

– Боюсь, завтра не получится.

– Догадалась, не дура.

Лучше сменить тему.

– Как долго Мартин находится в Гезелькроосе? – задумалась я вслух.

– Сорок восемь дней, – у Алекса всегда готов ответ. – Большой срок.

– Он должен был что-то выяснить. Что-то, что заставило его вести себя так странно. Я имею ввиду, заняться сомнительными подработками и шататься по дешевым заведениям, которые он ненавидит.

– Предлагаю не отставать и завтра заняться Кроосами. Возможно, мы столкнемся с Мартином гораздо раньше, чем планируем, и нам не придется искать его по всем углам.

Само собой, с планом Алекса все согласились. Если у нашей недружной компании и был лидер, то это он. Даже Ника ему не перечила, уж не знаю, почему. Она вообще притихла после замечания Алекса, и первой ушла к себе в комнату. Погадав еще немного, мы последовали ее примеру – завтра нам предстоял нелегкий день, следовало хорошенько отдохнуть.

ГЛАВА 3. Дело Воина

Мои надежды на преображение Гезелькрооса при дневном свете сошли на нет почти сразу. Стоило всего-то открыть глаза и вместо привычного солнечного света увидеть лишь серость наступившего утра. И нет, проснулась я не очень рано, просто в городе всегда туманно и облачно – так нам сказала дама в чепчике, когда подавала нам завтрак. Похоже, она заведует всем в одиночестве, других домочадцев я не видела.

– Не ропщите, хозяева, – напоследок пожелала нам Лидия.

Ладно, не до нее сейчас.

О деле Воина мы знали совсем мало, потому для начала решили наведаться в местный следовательский отдел и вызнать подробности. Начальник предупрежден о нашем появлении, но вряд ли примет нас столь же радушно, как самого советника. Впрочем, самую «веселую» часть я оставила ребятам, пообещав присоединиться к ним позднее. Сама же для начала подумала наведаться во вчерашний бар… как там он звался? Дракон или все же змей? Память моя не чета алексовой, мелочи я часто упускаю. Вот бы махнуть его талант на мой, было бы здорово.

Надеялась ли я встретить в «Драконо-змее» Воина? Скорее да, чем нет. И опять же, я о нем не волновалась. По крайней мере, со вчерашнего вечера точно нет. Просто хотела найти его сама. Странное желание и до последнего я от него открещивалась, но это так. Не хочу, чтобы Мартина отыскал Алекс, или Ника, или Рас. Хочу поговорить с ним первой, мне это важно.

Но, как известно, мы редко получаем желаемое – Воина я не встретила, а милый и опять немного помятый бармен Олли сообщил, что сегодня к нему вообще никто не заходил, я стала первой посетительницей. Немного разочарованная, я бегом отправилась догонять своих.

На входе на территорию следовательского штаба у меня возникли проблемы, меня не хотели пропускать. Но с недавних пор на запястье у меня красовался знак королевской служащей – своеобразный пропуск куда угодно, ведь такие знаки ставились только с личного одобрения советника Стрейта. Как оказалось, «куда угодно» не работало в Гезелькроосе, меня обозвали малолетней самозванкой. Ситуацию спас Алекс – он появился в компании усатого дяди в традиционной темно-синей форме.

– Ты вовремя, – шепнула я с благодарностью.

– Я знал, у тебя будут проблемы.

– Все то ты знаешь. Неинтересно с тобой.

– Я опасался, что ты ударишься в панику и начнешь козырять своей громкой фамилией. Городок небольшой, лучше оставайся приезжей девчонкой, чем наследницей с громкой фамилией. Тут таких не очень жалуют, Кроосов-то убили.

– Не собиралась я ничем таким козырять, – нахмурилась я.

– Считай это перестраховкой, Таната Альмар.

Преодолев препятствия в виде заваленной листьями дороги и внушительной лужи напротив входа, мы оказались в крошечном кабинете. Скорее всего, это кабинет. Стол есть, стул тоже имеется, правда, всего один, да и тот занят. Небольшой шкаф справа и полка, на которую можно присесть. Но не уверена, что она тут для подобных целей, иначе Ника, стоящая рядом, непременно бы устроилась на ней. В общем, если это и кабинет, вряд ли его уместно сравнивать с теми, к которым я привыкла.

– Это все, или нам подождать еще кого-нибудь? – «любезно» поинтересовался мужчина, тот самый, что занял единственный стул.

Мужчина выглядел типичным следователем из небольшого города. Лет шестидесяти, с благородной сединой, слегка потухшим взглядом и тяжело опущенными плечами. На лице ничего кроме страдания и тягот судьбы не читалось. То ли жена его доконала, то ли работа, то ли все сразу, включая нас. Надо думать, это и есть старший следователь, хотя сказать наверняка трудно – форму он проигнорировал и одет был в мятую рубашку с пятном прямо на воротнике и дыркой на манжете. К счастью, брюки его я не разглядела, потому что он сидел, но наверняка они тоже не самые чистые.

– Нет, – отчего-то радостно ответил Алекс. Иногда его забавляли странные вещи.

– Замечательно, – тяжелый вздох. – Значит, достопочтенный советник Стрейт прислал мне еще подмогу? Отличное решение, зачем присылать сюда нормальных людей, сгодятся и дети.

– Извините?

Мужчина вновь обреченно вздохнул.

– Эх, не слушайте старика, это все обида. Просто жалко вас, ребятушки. Может, вы просто вернетесь домой к родителям? Какие же вы еще молоденькие… и девчонки у вас хорошенькие, как с картинки. Таким бы замуж выскочить, да детей рожать где-нибудь в столице. На балах танцевать… – идеи у него иссякли, и он замолк.

Ника уже кипела, не к добру это.

– К родителю мы непременно вернемся, ведь советник Стрейт для нас – как отец родной, но для начала хотелось бы услышать подробности той ночи, когда убили Кроосов, – влезла я.

– А оно вам надо?

– А вам есть что скрывать? Вы слишком волнуетесь. Это ведь не из-за страха перед какими-то детьми, верно?

– Боюсь, останетесь вы ни с чем, ребятушки.

– Тогда сюда приедет сам советник и во всем разберется, – легко соврала я, прислушиваясь к эмоциям мужчины. Нет, тут я попала мимо – приезд Стрейта и его предполагаемое расследование не напугали местного следователя. Странно, чего он тогда волнуется? Неужели за нас?

– Говорят, он большой человек, ваш советник, и маг вполне себе сильный. Говорят, его сам король уважает. Возможно, его приезд будет к лучшему, можете так ему и передать. Но такому как он здесь нечего делать, это точно… не снизойдет до нас подобное благо! Говорите, вас интересуют Кроосы?

– Да, – коротко подтвердил Алекс.

– Коли так, тогда слушайте: семья у них небольшая была, это да. По меркам богачей и вовсе маленькая, всего-то супруги и двое детей. Старшее поколение давно сгинуло, никто не сейчас не припомнит, как именно. Дом у них большой, по меркам нашего городка и вовсе гигантский. Вы должны были его заметить, он на скале стоит, его издалека видно. У моря поселились, вот же упрямцы, – опять тяжело вздохнул старший следователь. – Опасно это, опасно. Да уж… так о чем я говорил?

– Большой дом, на отшибе… – нетерпеливо напомнила Ника.

– Ах да, точно. Жили Кроосы уединенно. Конечно, в доме жили слуги, но на ночь оставалась лишь пожилая пара, супруги. Но той ночью они отпросились, дочь у них приехала, радость большая. Несколько лет как в столице и носу сюда не кажет, но тут решила сюрприз устроить. Вы и сами должны понять, какая это радость – детки. Хотя… куда вам? Но это все не так важно, я пытаюсь объяснить, почему Кроосы в ту ночь остались вчетвером: родители, Ми́лан и Ладислава; дочь Мила́на, молоденькая совсем, как раз ваша ровесница; ну и Хекс, сын то есть. Он вообще малец, единственный, кто выжил, кстати. Но на все вопросы отвечал четко и по делу, сильный мальчик, удивил всех. Сейчас к нему приехала тетка, пока живут здесь, но она скорее всего заберет мальчишку к себе. И не будет больше Кроосов в Гезелькроосе, вряд ли парнишка сюда воротится. Печально все это, печально. Сгинула большая семья, их предки город основали, многим здесь владели. И вот так вот судьбинушка к ним обернулась…

– И все же: что случилось той ночью?

Следователь в очередной раз тяжко вздохнул.

– Мальчик, ты уверен, что хочешь знать? Там же творился настоящий кошмар… уж сколько я на своем веку повидал, такого никогда не видал. И хотел бы я забыть тот кошмар, страшное зрелище, воистину страшное. Кровавое. И я бы рассказал вам, мальчики, но для девочек… как бы в обморок никто не упал. Ну не для девочек это, совсем не для их нежных ушей.

– Мы будем в порядке, – уже второй раз опередила я Нику. Не хватало еще, чтобы она послала главного следователя куда подальше.

– Ох, кошмары вам обеспечены, ребятушки. Ну девочки… ну как же… – он пригорюнился и покачал головой. – Ну что ж, я вас предупредил.

И мужчина приступил к рассказу.

Если убрать все отступления, обзывательства нас «детишками», стенания и вздохи, получается примерно следующее: на утро после отгула та самая пожилая пара (неплохо было бы с ними потолковать потом) вернулась к Кроосам. В доме царила тишина, как утверждали потом сами супруги – гробовая. Впрочем, это быстро исправили сами супруги, своими криками, потому что спокойно отреагировать на увиденное у нормального человека бы не получилось.

Первой они увидели Ладиславу – женщина лежала на лестнице, вся в ожогах и порезах. Ми́лана обнаружили позже в комнате дочери, похоже, он пытался защитить ее. Девушка пострадала меньше родителей, но и ей досталось. Надежды найти выжившего не осталось, но неожиданно для всех сын Хекс был найден мирно спящим в родительской кровати. Позже мальчик утверждал, что ничего не помнит.