Карина Вальц – Новая кровь (страница 30)
— Пожалуйста.
Хал улыбнулся, уловив иронию, и продолжил:
— Сегодня я должен ехать в Аллигом на переговоры, вернусь либо сильно ночью, либо вообще завтра. У тебя будет время, чтобы… обжиться. И завтра во дворце вечеринка в честь основания Новых Земель, поэтому…
— Прием, — не удержалась я. — Или у тебя и тут девицы в игристом вине плавают?
— …поэтому тебе есть, чем заняться. Выйдем вместе, и никаких двусмысленностей, раз они тебя так беспокоят.
Судя по всему, его величество Алласан не слишком вдавался в подробности дворцового этикета, или рядом не оказалось человека, способного Хала поправить. Или он не слушал… или здесь свои порядки, а я что-то не поняла, ведь такой выход вместе будет выглядеть как раз двусмысленнее некуда.
Ладно, подумаю об этом завтра.
— Если ты предлагаешь сутки напролет подбирать платье к оттенку твоих глаз, то я плохо различаю оттенки, надену серое. И в целом я бы предпочла посетить с тобой Аллигом, — я попыталась улыбнуться с намеком на застенчивость, но глядя на эту картину, Хал застыл с чашкой в руках.
А я поспешила подкрепить все аргументами:
— Конечно, я не напрашиваюсь на официальное сопровождение, понимаю, зачем тебе в Аллигом — очередные переговоры с северянами. У меня там свой интерес, я не стану мешаться под ногами или лезть в твои переговоры.
— Что за интерес?
— Мертвые. Знаю, они все сейчас там, на границе. И знаю, что там же большинство сивилл, они оживляют тех, кто умер на мертвой земле и способен восстать и слушаться. Янис рассказывал.
Хал промолчал, размышляя.
— Хочу проверить, есть ли связь, — тихо сказала я.
— Я понял, Ида.
— Лучше сразу это выяснить.
— И это я тоже понял… мертвые есть и у стены, просто дальше от Тенета, но если хочешь в Аллигом — поехали, ты же все равно туда доберешься. Только в этот раз прошу использовать одежды Храма и маску. Аллигом теперь пограничная территория, там много всякого сброда и совсем не безопасно. Но Храм пугает всех даже больше, чем сивиллы и мертвые.
— Всегда удивлялась, как это у Храма получается… хорошо, если тебе будет спокойнее, я надену балахон и маску. Но напоминаю: никто не должен следить за моими передвижениями. Не потому, что я задумала тайное злодеяние, Хал, а просто потому, что мы так договорились.
Он кивнул и сообщил, что выезжаем сразу после завтрака.
ГЛАВА 17. Границы дозволенного
Дорога выдалась нервной и неприятной.
Мы с Халом ехали вместе, но не разговаривали, он думал о своем и явно готовился к неприятностям. Столь внезапная отмена свадьбы не могла обойтись без последствий, и Хал встретит их в Аллигоме. Не явиться туда — значит, не проявить уважение вновь, что потянет на начало очередной войны, коих и без того было немало. Даже с мертвой наукой жить в таких условиях и дальше невозможно, в какой-то момент все обернется против самого Мертвоземья, которое и без того ранено и корчится в муках.
Мы заранее условились, что свое путешествие по Аллигому я начну у Храма, там мы и остановились. Хал был все так же задумчив, и я решила было уйти тихо, не прощаясь, но он остановил меня за руку:
— Не торопись с выводами, хорошо? — тихо попросил он, посмотрев в глаза.
— Хорошо, — осторожно ответила я, не зная, что думать. Надо полагать, узнаю совсем скоро, Аллигом уже за окном, пахло солью, морем и холодом. А еще гнилостью и перележавшей сырой травой. И почему-то дымом и копотью.
Хал отпустил мою руку и кивнул.
Я вышла на улицу, экипаж помчался дальше и вскоре скрылся за поворотом. А я так и не сдвинулась с места, все смотрела на этот поворот, ожидая неизвестно чего. Его возвращения? Другого, более объемного прощания? Другого взгляда, хотя бы? Потому что после всего я чувствовала себя странно, а первый шаг по Аллигому казался началом конца. Парой слов Хал смог запугать меня так, что я почти не хотела ничего видеть, ничего знать. Отвернуться, забыть, довериться… согласиться на охрану за спиной. Жить счастливо и никогда не видеть у него такого болезненного взгляда.
Первый шаг дался мне нелегко, но я все же шагнула.
Видимо, я из тех, кто неведению и счастью предпочтет начало конца. Неведение и счастье уже присутствовали в моей жизни, и как хорошо это ощущалось! Александр, я, много людей вокруг, близкие друзья, любовь на всю жизнь, безоблачное будущее. Но когда на смену неведению пришла ясность, падение было слишком жестким, чтобы захотеть его повторить.
Так что слабость я себе позволила только мысленно.
У Храма, как и в Тенете, никого не было. Он выглядел ослепительно-белой глыбой на фоне уже не серого, а скорее черного окружения. Морской берег еще далеко, но под ногами лежал черный камень, сквозь дома проглядывались кусочки бесконечно-длинного берега, льдины блестели на солнце… но самое интересное, то, ради чего я вообще приехала, дальше.
За пределами Аллигома уже много лет раскинуты лагеря, в них сивиллы и мертвые, в них происходило всякое. Пока у меня только догадки, основанные на коротких оговорках или сухих фактах, но все же… ученый Хакон Армфантен, люди с мертвой кровью, эксперименты и война вокруг. Взгляд Хала, такой пугающий и… походящий на прощание. Один раз он меня уже отпустил — он сам так сказал, и как будто бы готовился это повторить. Он словно понимал, что ничего не выйдет, все развалится, стоит мне узнать правду. И это… пугало. Нельзя выписывать приговор раньше, чем это сделают Судьи, говорят, примета плохая.
Старик Луциан часто говорил, что неспокойные времена двигают прогресс опасно-широкими шагами. Никогда не знаешь, к чему можно прийти и что сломать по дороге. А здесь, в Аллигоме, многое было сломано.
Я обошла Храм и выбралась на одну из городских улиц. Мертвые и сивиллы — это, конечно, очень интересно, но для начала стоит проверить кое-что. Повернув несколько раз наугад, я нашла, что искала — темную подворотню и злачное заведение, возле которого и днем можно повстречать нетрезвый народ. Мне повезло вдвойне, я наткнулась на компанию из сразу пяти человек. Все мужчины, грязноватые, с красными носами, обветренными лицами и вообще практически близнецы.
Маску я сняла еще возле Храма, и теперь, поймав заинтересованный взгляд одного из красноносой компании, ярко продемонстрировала свое отношение к чужим возлияниям — брезгливо сморщила нос. Решив, что этого мало, передернула плечами и попыталась пройти компанию по дуге, чтоб даже общий воздух не вдохнуть.
— Эй, святоша, чего морщишься? — быстро и предсказуемо отреагировал один из красноносых. — Не нравимся тебе, да?
Теперь на меня смотрели все пятеро.
Я окинула их еще более брезгливым взглядом и пожала плечами:
— А что, должны? Вы же на людей не похожи и воняете.
— Слышь, что говорит? — самый говорливый (и обидчивый) из компании поддел плечом приятеля. — На людей, говорит, не похожи! А на кого похожи? Ты хоть знаешь, как люди живые выглядят, тварь святая, или вы в своем Храме только с мертвыми разговоры ведете?
— Не думаю, что вы — хороший пример живых людей, — ответила я с вежливой улыбкой и поспешила подлить масла в огонь: — Твари пьяные.
— Что сказала? Что она сказала? — опять обращение к приятелю, словно тот понимал ситуацию лучше. Но он только моргал, глядя на меня, и отвечать не торопился. Остальные тоже… моргали. Возможно, они оказались слишком пьяны для моих целей.
— Я сказала, что вы пьяные твари.
Кажется, они поверить не могли в мою наглость, до них просто не доходило, только и оставалось сидеть, да моргать. Я мысленно вздохнула: спрашивается, почему у меня вечно все так криво? Почему, когда я пытаюсь избежать конфликта и не лезу на рожон, все вспыхивает, как сухая бумага вблизи огня, а когда нападаю на людей с откровенным хамством, в ответ получаю шокированные взгляды и детскую обиду на красных лицах?
Не зная, как быть дальше: стоять и смотреть на несостоявшихся противников, или взять камень и швырнуть в них (уверена, от такого у бедных мужчин глаза и вовсе на лоб полезут), я выбрала третий вариант и завернула в злачный кабак. Несмотря на далекое от вечернего время, внутри было накурено до рези в глазах, кто-то горланил песни… я перекинулась парой слов с барменом и узнала, что в сие заведение любят захаживать свартцы, и раньше все было почти мирно, но «ввиду последних событий из жизни королей» девушке вроде меня здесь находиться не стоит даже днем. И вообще, на улицу пока тоже лучше не выходить, дабы не провоцировать конфликт. Бармен хотел как лучше, откуда ему знать, что девушке вроде меня как раз и нужен конфликт.
Атаковать северян в лоб не стоит, подозрительно получится.
Я сделала вид, что меня интересует обстановка в Аллигоме, мол, приехала из Тенета по приказу скельты, оглядываюсь, с народом говорю, пусть даже и в барах. С Храмом все стараются дружить… и держаться от него подальше, поэтому разговоры были короткими и сухими. И только бармен оказался словоохотливым, хотя ничего нового не рассказал. Но держался неизменно рядом: то ли я ему так сильно понравилась, то ли сходу записал меня в дурные девки, которых лучше покараулить, иначе быть беде.