Карина Вальц – Чёрный парад (страница 15)

Хотелось сказать Александру, чтобы не волновался, чтобы не смотрел с беспокойством, но при Карле слова в предложения складывались с трудом. Судя по всему, и у Александра так же. Вот мы и молчали. Оба.

Или дело не в Карле, а в нас. Уже совсем других людях, которым и поговорить-то не о чем. Эта мысль явилась внезапно, но была до боли правдивой. Жизнь повернулась так, что даже с Дарланом у меня теперь больше общих тем для разговора, а о неловкости речи нет, присутствует рядом Карл или кто-то еще.

— Я тоже рад, что ты теперь с нами, Иделаида, — Карл помахал мне с дивана, даже он понял, что пауза затянулась и ситуацию надо спасать. — Отлично выглядишь! Кажется, мы не виделись лет сто.

Я улыбнулась Карлу, благодаря за попытку разрядить ситуацию.

Карл мало изменился с нашей последней встречи. Все так же крепок и хорош собой, темноволос и бледен, с умным взглядом голубых глаз… он всегда был ниже меня почти на полголовы и поначалу я воспринимала Карла этаким подростком, младшим членом компании. Но потом разглядела твердость ума, характер и способность добиваться целей. В университете он учился лучше остальных и часто выступал лидером, которого остальные приятели Александра слушались.

Мои отношения с Карлом Гиертандом прекратились примерно в то же время, что и с остальными друзьями принца. Вот только Карл, хоть и держался отстраненно, никогда не позволял себе лишнего слова или комментария, не лез не в свое дело. Но и другом моим не остался. Раньше это, конечно, задевало, мне казалось, общее прошлое значит многое и университетские приключения нельзя просто так перечеркнуть. Теперь же я поняла и другое: ради будущего короля можно перечеркнуть все. Особенно людям вроде Карла, которые хотят быть ближе в короне, но в семьях Совета для этого не родились. А Карл всегда был умным малым, умел делать выбор. Выбирать сторону.

— Чем занимаетесь? — спросила я, все еще улыбаясь.

— Читаем дневники ее королевы Роксаны. Ищем информацию.

— Информацию?

— О Храме и всяком-разном.

Уклончивый ответ.

Я вопросительно взглянула на Александра, и он кивнул, подтверждая мои подозрения. Значит, список посвященных лиц вырос еще на одно имя. Карлзнает. Сам король ему рассказал? Возможно. В любом случае, Карл никогда не был болтуном и из друзей Александра выделялся, пожалуй, секрет доверить ему можно. Но секрет секрету рознь, как говорится.Этотлучше не распространять.

И лучше бы Александр молчал.

Очень может быть, мне придется обзавестись охраной. Плевать на намеки мерзотно-вежливого альтьера Бореназа Миткана, но во дворце правда небезопасно, причем не только Александру, но и мне самой. Всегда может найтись желающий обернуть ситуацию себе на пользу, этакая дешевая копия неподражаемого в своих злодеяниях Актера.

— Что-нибудь нашли?

— Много всякого, — Александр поднял со стола один из дневников и протянул мне: — Возьми, тоже почитай. Это всегда была твоя любимая часть истории Роксаны Кровавой. Начало, симпатия к близкому другу, трагедия, трон и любовь к северному принцу, Любовь, которая помогла пережить весь мрак. Даже не верится, что это писала моя мать. Что она умела любить.

— Он любила тебя, — я приняла дневник, хоть и помнила его содержимое наизусть. История Роксаны мне правда всегда нравилась. Когда-то я вдохновлялась девушкой из этих дневников и брала с нее пример.

— Думаю, к моменту моего рождения она уже не умела.

— Глупости.

— Да. Возможно, — Александр устало потер лицо и обернулся на Карла.

— Мне пора, я понял, — с готовностью кивнул тот и быстро поднялся на ноги. — Спокойной ночи, ваше величество. Ида, думаю, еще увидимся и поговорим.

— Обязательно, Карл, — пообещала я, глядя, как он спешно уходит.

Мы с королем остались вдвоем. Казалось бы, это должно расслабить, избавить от глупой неловкости, но на деле выяснилось, что при Карле все складывалось лучше. Сейчас же Александр переминался с ноги на ногу и с тоской смотрел на материнские дневники, а я прижимала один из них к груди и кусала губы, не зная, о чем говорить наедине. Без Карла. Сразу об убийстве? Как-то… поспешно, да и опять я к Александру с убийствами, получается, полезу, в который уже раз… Снова поздравить с рождением наследников? Одного раза достаточно.

О чем мы говорили раньше, в прошлом?

Я уже забыла.

— Мы нашли кое-что в дневниках матери, — вдруг сказал Александр. Его голос звучал хрипло, он прочистил горло и криво улыбнулся. — Это… так, ничего полезного, скорее шутка.

— Что за шутка?

— Сейчас-сейчас, — он подошел к столу, откопал там нужную часть истории, полистал и подошел ко мне: — Смотри: здесь Роксана гуляет по бальному залу, это день, когда она станет Кровавой. Совсем скоро случится нападение на Мертвоземье, но Роксана еще не знает, она думает, как бы сбежать в коридор и весь вечер напролет целоваться с Флавио, ее дорогим уже лучшим бывшим другом. Даже не верится, что она была такой легкомысленной, да?

— Это точно, — подтвердила я.

— Но ты посмотри на эту фразу: «Хочу сбежать, но не могу — опять этот ворчливый старикан за мной наблюдает. Старик Луциан в своем репертуаре! Никому нет дела до двенадцатой дочери короля, а ему почему-то есть. Хочу к Флавио, моему дорогому Флавио…». Старик Луциан, — повторил Александр, словно я не заметила знакомого имени. — Как думаешь, это отец нашего Лу? Или его дед?

Он правда ждет ответа? Александр стоял близко, и я снова чувствовала его запах. И мне хотелось, чтобы принц обнял меня еще раз. Просто объятия, ничего больше. Но наше прошлое вдруг стало преградой даже к простым объятиям в настоящем. Остались одни неловкие паузы и необязательные вопросы о каком-то там Луциане.

— Сомневаюсь, что они родственники, — покачала я головой. — Насколько помню, предки Лу не были вхожи во дворец, а имя достаточно распространенное.

— Жаль, было бы забавно. Семья ворчливых старцев.

— Да.

Мы с Александром посмотрели друг на друга. Он хотел что-то сказать, но только тяжело сглотнул. И… шагнул ко мне. А я в этот же момент отшатнулась назад. Мне хотелось родных домашних объятий, хотелось забыться и вернуться в прошлое, как и всегда рядом с принцем. Нет, не так.С королем.Теперь все изменилось, каждая ошибка обходится дорого.

— У тебя теперь дети, — прошептала я и чуть ли не бегом заторопилась к двери. Нет, в следующий раз пусть рядом будет Карл, Дарлан, да хоть проклятый альтьер Миткан! Сейчас не время усложнять все еще больше, не время.

Прошлое в прошлом.

Глава 8. Сверхъестественная сила

Все больше свидетельств поступает в наши руки, кузен. На Мертвых Землях еще есть наши люди, которые помнят корни, семьи, что пожертвовали своими жизнями и жизнями своих детей ради будущего родного королевства. Они живут там, на Мертвых Землях, живут по триста лет, но их жертва наконец дала плоды. И первые подтверждения: люди на Мертвых Землях мертвее мертвых. Они не чувствуют, не болеют и не сострадают.

Из личного письма Елизаветы Сертопионской, королевы-регента Северной Славии, к троюродному брату, его величеству Фредегару Шабо-Гасконскому, королю Даммартена.

Королевское крыло я покинула, но сразу вернулась. Охрана проводила меня недоуменными взглядами, наверное, выглядела я безумно, бегая туда-сюда. Плевать. Тем более, торопилась я вовсе не к Александру, а собиралась осмотреться. Если верить альтьеру Миткану (а в этом случае ему точно можно верить), погибшую Иллирику обнаружили недалеко от покоев королевы, что логично.

Я нашла примерное место в коридоре и огляделась. На первый взгляд, возможности проникнуть сюда, минуя охрану, нет, а уж уйти незамеченным — и вовсе фантастическая идея. Но это ведь королевский дворец! Даже в дневниках Роксаны рассказывалось, как она выжила при нападении: спряталась в одной из потайных комнат. Это придется проверить в первую очередь, у Дарлана наверняка имеется план дворца.

И это только самый очевидный вариант, а были еще. Дворцовое крыло вмещало несколько покоев, королевский кабинет и выход на балкон из коридора. Конечно, в сторону балкона я и отправилась. И опять: на первый взгляд, сюда не пробраться, слишком высоко, стены внизу абсолютно гладкие, а сверху здание дворца пиками уходило в небо. Я долго бегала туда-обратно, пытаясь зацепиться хоть за что-то, но так ничего и не придумала. Ладно, пожалуй, балкон действительно неприступен. Или убийца у нас человек особенный, способный взобраться на гладкую стену и остаться при этом незамеченным. Даже старик Луциан бы впечатлился.

В общем, остались потайные комнаты, в которые тоже надо как-то проникнуть, и охрана. Еще вариант с другими стенами и выходом через королевские покои в коридор… что даже звучит нелепо. А охрану наверняка перетряс сам Дарлан и в первую очередь и, раз дело Дар подкинул мне, значит, там пусто.

— Ты чего здесь?

От неожиданности я вздрогнула и увидела перед собой Александра.

— Осматриваюсь. Думаю, можно ли проникнуть в этот коридор незамеченной.

— Проникнуть, как я понимаю, не в мою спальню? — улыбнулся король, но под моим взглядом его улыбка угасла. Или он понял, что такие шутки лучше не озвучивать, пусть и в пустых коридорах. Даже мысленно.

— Проникнуть для убийства Иллирики.

— Я понял, Ида. И вообще-то мы с Карлом тоже искали ответ на этот вопрос. Да-да, не удивляйся так. Дарлан натравил своего ручного пса на Карла, тот допрашивал его несколько дней подряд, потом отстал, но точно до сих пор подозревает, ведь оба раза имя Карла косвенно звучало. Один раз он нашел тело, второй — оказался в списке допущенных к Августе лиц, хотя допуском никогда не пользовался.