Карина Шнелль – Когда сталкиваются звезды (страница 4)

Ну конечно, он спросил сперва у других, а меня приберег напоследок, как крайний вариант. Но хотя слова Джека меня задели, я не держал на него обиду. Потому что в последние месяцы действительно надежностью не отличался.

– Договорились, дружище, – ответил я с наигранной беспечностью. – Я съезжу с Марли. Никаких проблем.

Джек выдохнул с облегчением.

– Спасибо, Блейк, ты реально спас мою задницу. Не хотелось отпускать Марли одну. Она ни разу не была в Сент-Джоне и не ориентируется на местности.

– Не оправдывайся, все равно ни одной идеи получше у меня не было.

Джек проигнорировал мой сарказм.

– Я скажу Марли, что ты согласен. Она подъедет к твоему дому через полчасика. Хорошо?

– Нормалек.

– И еще, Блейк…

– Ну?

Джек помедлил. Я отчетливо представлял, как он смущенно чешет в затылке.

– Ты ведь сегодня не употреблял? Или?..

Я замер на месте. Щеки обожгло жаром. От стыда или от злости, сам не понял.

– Что за вопрос? Конечно, нет. Иначе меня бы с работы выгнали.

Джек молчал так долго, что я проверил телефон – не оборвалась ли связь.

– Окей, друг. Спасибо, что быстро согласился, – сказал он наконец и дал отбой.

Я поморщился и еще некоторое время смотрел на экран. Внутри бурлил коктейль из опасных чувств. Злость, возмущение, стыд, разочарование. Дыхание участилось. Я стиснул телефон так, что корпус хрустнул. С недовольством положил трубку в карман. На глаза попалась баночка, завалявшаяся в сумке. Энергетик, чистая химия. Раньше я бы к подобному пойлу и не притронулся, зато сейчас самое то.

Одним движением открыл банку и сделал большой глоток. Приторно сладкий вкус распространился во рту, и я закашлялся. Затем прикончил напиток одним махом и зажевал найденной на столе шоколадной карамелькой.

Вытер липкие губы. Злость испарилась – ее заменил туман, который словно обложил меня ватой, притупил все чувства. Я со вздохом застегнул молнию на сумке, запер шкафчик и поспешно покинул комнату.

3. Рейчел

Я откинулась на спинку сиденья, отпила глоток томатного сока и посмотрела в крошечный иллюминатор. Самолет заходил на посадку в Сент-Джоне. Внизу простиралась сплошная зелень. Насколько хватало глаз, тянулись холмы, поросшие густым лесом и местами прорезанные улицами с редкими домами. Среди ландшафта сверкающей лентой извивалась речка. Взлетно-посадочная полоса вела практически в никуда. Складывалось впечатление, что из-за деревьев выскочит лось или медведь гризли.

Я подобрала ноги и обхватила руками колени. Ремень врезался в живот; пришлось его немного ослабить. В дорогу я надела удобные кожаные легинсы и удлиненный серебристо-серый пуловер крупной вязки, а под него черный топ. Серебристые босоножки заменила на теплые носки – в самолетах я быстро начинаю зябнуть.

Полет в Сент-Джон стал настоящим приключением. Вместо того чтобы наслаждаться кожаными сиденьями в салоне первого класса, как на рейсе из Нью-Йорка в Торонто, пришлось загрузиться в дребезжащую колымагу вместе с парой десятков других пассажиров. К тому же прямых рейсов в этот крошечный аэропорт на востоке страны не имелось, и я летела через Оттаву, где и пересела в маленький самолет.

Едва я успела передать пробегавшей мимо стюардессе пустой пластиковый стаканчик, как самолет затрясся и начал подпрыгивать, чуть не ударив меня головой о низкий потолок. Спустя еще несколько прыжков мы благополучно приземлились. Теперь самолетик катился по взлетно-посадочной полосе, с обеих сторон окаймленной сочной зеленью. У меня внутри все зашлось от восторга – будто взорвали хлопушку с конфетти. Казалось, я попала на съемки документального фильма о природе или в начало приключенческой картины. Мне еще не доводилось бывать настолько далеко от цивилизации. В определенном смысле это как раз то, что требуется после скандала с родителями.

Немногочисленных пассажиров провели в крошечное здание аэропорта. Мне еще не случалось настолько быстро высмотреть свой багаж, поскольку лента имелась всего одна. Я с усилием стащила с нее чемодан, проклиная себя за то, что так нагрузилась. Однако я все-таки приехала сюда на целый месяц, до сентября, когда начнутся занятия. Женщине много чего нужно для выживания. Я, к примеру, не могу выжить без любимых щипцов для завивки, множества пар обуви, помады и блеска для губ различных оттенков и всех своих модных шмоток.

Бормоча про себя ругательства, я поволокла монстра в направлении двойных дверей – к счастью, они открывались автоматически.

Подняв глаза, я сразу разглядела в зоне ожидания Марли. Ее трудно не заметить! Черные локоны подруги летали туда-сюда; она взволнованно подпрыгивала на месте и размахивала над головой табличкой с огромной надписью разноцветными буквами: «Добро пожаловать в Сент-Эндрюс, Рейчел!»

Мои губы тут же растянулись в широкой улыбке. Я бросила чемодан, позволив ему со стуком упасть на пол, и рванула навстречу подруге. Мы с визгом обнялись и, смеясь, начали подпрыгивать на месте.

По нашим ощущениям, так прошло несколько минут. Наконец Марли отлепилась от меня и пристально рассмотрела. Я уперла руки в боки и покружилась, словно на подиуме.

– Ну, как я тебе?

Она ухмыльнулась, продемонстрировав резкий контраст белых зубов и золотисто-коричневой кожи.

– Ты явно выглядишь здесь немножечко не к месту. – Она жестом показала на других пассажиров, толпящихся в дверях. В основном это были люди среднего возраста во фланелевых рубашках и практичной дорожной одежде, которых встречали семьи.

– Фу. Будь это не так, я бы всерьез забеспокоилась.

Я подмигнула Марли, и она взяла меня под руку.

– Ты наконец приехала! – Подруга детства сияла от радости; ее темные глаза превратились в щелочки. – Не могу поверить! Когда мы виделись в последний раз?

Я задумчиво пожевала губу.

– Хм-м… Кажется, перед тем, как я сорвалась в Нью-Йорк, а ты – в свое путешествие. В конце мая?

Марли в ужасе наморщила лоб.

– Как давно это было!

– Однозначно. Хотя все не так страшно, потому что мы созванивались не реже трех раз в неделю.

Она потянула меня к выходу, но я обернулась.

– Подожди, только чемодан возьму.

– Как я могла поверить, что ты приехала с одной дамской сумочкой? – засмеялась Марли.

Я с наигранным испугом схватилась за грудь.

– Это немыслимо!

Подхватив чемодан, я нагнала подругу по пути к выходу.

– Рассказывай, как все прошло вчера! – озабоченно велела Марли. Она знала, что большинство моих встреч с родителями протекали в лучшем случае прохладно, а в худшем – приводили к разрушительным последствиям.

Я закатила глаза.

– Ты не поверишь! Такой цирк устроили!

Во взгляде Марли читались одновременно напряженное ожидание и ужас.

– Хуже, чем в тот раз, когда они запретили тебе пойти на концерт Билли Айлиш и мне пришлось вызволять тебя из квартиры через черный ход?

– Кажется, тогда меня подвергли самому продолжительному домашнему аресту, – хмыкнула я. – Однако вчерашняя встреча… это просто пипец.

Глаза Марли расширились.

– Не тяни, выкладывай!

Я с досадой сглотнула комок. Вчерашний вечер приготовил мне еще один неприятный сюрприз. Да и вообще произошедшее ударило по мне сильнее, чем я думала. Сильнее, чем я воспринимала это до того, как Марли задала вопрос. Однако я никогда открыто не признаюсь. Мой девиз – встать, поправить корону и идти дальше.

– Мне перекрыли денежный кран, – произнесла я тише, чем обычно. Практически выдохнула.

Марли остановилась так внезапно, что пожилая пара, идущая следом, едва в нас не врезалась. Марли с извинениями потянула меня в уголок, где имелось несколько сидений.

– Повтори-ка!

Я вздохнула. Подруга, конечно, раздует масштабы случившегося, в то время как мне хотелось о нем забыть.

– Вчера меня пригласили в крутой ресторан, чтобы познакомить с деканом юридического факультета университета Торонто. А я и не подозревала… Поставили перед свершившимся фактом.

Марли в замешательстве сдвинула брови.

– Но ведь в сентябре начинается семестр в Нью-Йоркском универе!

– Именно! Кто бы мог ожидать, что они еще раз попытаются вынудить меня остаться дома?

Уголки губ Марли дрогнули.

– Кто бы мог ожидать? – Она с сомнением посмотрела на меня.