Карина Шнелль – Когда сталкиваются звезды (страница 39)

Я расправил плечи. Воспоминания больше не поставят меня на колени. Теперь я стал сильнее, начал принимать ту часть моего прошлого, пусть даже мне предстоял долгий путь. Я нерешительно сделал шаг, затем другой… Колени подгибались, голова немного кружилась, однако я шел вперед.

Рейчел ободряюще улыбнулась, заметив мои сомнения.

– Я не исчезну, – сказала она. – Я буду рядом с тобой сколько потребуется.

Ее слова придали мне сил, чтобы преодолеть последние метры. В дверях Рейчел взяла мою руку и крепко сжала. На секунду я зажмурился и пропустил через себя удушливый запах дезинфицирующих средств и страданий. Нет, он больше не причинит мне вреда!

По словам доктора Фаулер, я сам причиняю себе вред, зацикливаясь на прошлом. Ничего подобного я больше не допущу!.. Я стиснул руку Рейчел и открыл глаза.

В приемном покое собралась вся команда. Лив, Фиона, Элли, Марли и Джек пришли, чтобы быть рядом с Уиллом и его семьей. Они сорвались с мест и обступили нас, взволнованно пересказывая последние новости. Отца Уилла экстренно прооперировали; сейчас он находился в палате интенсивной терапии. По словам Лив, врачи уверены, что он выкарабкается. Она провела здесь всю ночь с Уиллом и его семьей. Лишь около двадцати минут назад к больному пустили его близких. Я подошел к Лив и задал ей тысячу вопросов, пытаясь обуздать собственную панику. А вот Рейчел тактично отступила назад. Мне сразу же стало не хватать ее руки.

От меня не ускользнул взгляд, которым Марли удостоила Рейчел при нашем появлении. Я надеялся, из-за меня у Рейчел не возникнут сложности с лучшей подругой. В противном случае я поговорю с Марли и все ей объясню. Впрочем, сейчас я хотел быть с друзьями, я не должен оставлять Уилла – так же как он не оставлял меня, когда я лежал в этой больнице и не хотел больше жить.

И только на стуле в приемном покое я сообразил, что в эту ночь рядом с Рейчел мне не привиделся в кошмарном сне тот день, когда меня доставили в больницу округа Шарлотт. Впервые за четыре года.

33. Рейчел

Я старалась держаться в стороне, когда друзья обступили Блейка и оттеснили нас друг от друга. Проведя в Сент-Эндрюсе три недели, разумеется, я не принадлежала к избранному кругу, состоявшему из Блейка, Уилла, Фионы и Джека, которые были знакомы с раннего детства.

Я избегала взгляда Марли. Подруга определенно видела, как я на входе держала Блейка за руку. А возможно, видела и как я массировала ему спину, помогая преодолеть страх. Как ни странно, меня не особо расстроило, что секрет все же выплыл наружу. Разговор с Марли так или иначе неизбежен; однако я чувствовала облегчение оттого, что больше не придется держать все в себе. К тому же сейчас мой приоритет – быть рядом с Блейком. И рядом с Уиллом, когда он выйдет из палаты отца. Я прикипела сердцем к этим людям, да и к Сент-Эндрюсу в целом – вопреки первоначальному предубеждению.

Уилл как раз вышел из дверей и направился к нам. Усталый, изнеможенный, глаза окаймлены красным, волосы взъерошены… При виде друзей в уголках его глаз блеснули слезинки. Мы обступили его, и он безудержно начал всхлипывать.

При виде слез Уилла мое горло тоже перехватило. Я смущенно отвернулась и сглотнула. Опять? Ну почему? Черт, какое ужасное чувство… Нельзя показывать слабость! Тем более перед всеми. Я поспешно ущипнула себя за локоть.

По приказу Джека друзья немного расступились, чтобы дать Уиллу возможность прийти в себя. Он с растроганной улыбкой помахал нам рукой.

– Привет, ребята…

– Мы с тобой, Уилл! – ответили мы хором.

– Спасибо, что пришли. С учетом обстоятельств, папа чувствует себя относительно хорошо. Он поправится.

Джек и Блейк радостно закричали; Элли и Фиона бросились друг другу в объятия. А мы с Марли переглянулись с облегчением.

Блейк положил руку на плечо Уилла.

– Только скажи, что нужно. Мы рядом.

При взгляде на них у меня потеплело на сердце, и я снова отвернулась – глаза защипало. Что, черт возьми, со мной творится в последнее время? Я потерла лицо. Наверняка просто устала. Ночь выдалась короткой. Ночь, которую я провела с Блейком. Меня словно кипятком ошпарило. Дело принимает новый оборот. Я должна это проанализировать. Нужно только выспаться и влить в себя минимум две чашки кофе. Однако в данный момент мне совершенно не нравилось, что творит со мной это новое сближение с Блейком. Внезапно я стала излишне эмоциональной. А что думает Блейк насчет того, что мы провели вместе ночь? Надеюсь, он не в плену иллюзий? А с другой стороны, как же здорово просыпаться с ним рядом!

Я тряхнула головой, чтобы избавиться от внутреннего хаоса.

Очевидно, Уиллу хотелось поговорить с Лив – оба покинули приемный покой и решили прогуляться. Я воспользовалась шансом и отправилась на поиски автомата с кофе. Нет, это никак не было связано с тем, что я не хотела попасть под руку Марли или убегала от своих противоречивых чувств.

Я возвратилась с подносом, уставленным стаканами с жутко пахнущей жижей, и начала раздавать напитки. Улыбнулась Марли, когда подошла ее очередь; та взяла свой кофе с непроницаемым лицом. Томми Хилфакер!

Вскоре вернулись Уилл и Лив, держась за руки – вот и еще один неожиданный поворот. Утро выдалось богатым на события.

Фиона, Джек, Марли, Элли и Блейк набросились на них и начали громко поздравлять – очевидно, они сошлись. Я опять отступила в сторонку, однако, поймав взгляд Уилла, улыбнулась ему, лукаво подмигнула и одними губами прошептала: «Удачи!» Вспомнился наш разговор в постели после совместно проведенной ночи в его комнате. Нужно здесь благодарить мое искусство сводничества или нет, но Уилл и Лив – невероятная пара, и я искренне радовалась, что после всех драматических событий они снова вместе. Уилл весело подмигнул мне и повернулся к друзьям – всем требовалось его внимание.

Чуть позже я догадалась, что Блейк ищет моего общения. Он старался встать поближе и вопросительно поглядывал. Тоже находится в растрепанных чувствах?

– Все в порядке? – спросила я, когда он наконец оказался рядом.

– Да… теперь в порядке. – Он растянул свои идеальные губы в улыбке, от которой у меня в желудке всякий раз взрывались конфетти. – Спасибо, что ты со мной.

– А где мне еще быть сейчас, как не здесь? – ответила я и пришла в ужас, от того что проговорилась. – У вас тут настоящая мыльная опера.

Блейк засмеялся, но тут же поймал взгляд Марли – подруга за нами наблюдала. Я прочитала в его глазах вопрос. А не открыться ли перед всеми, если уж и так все понятно? Что мы должны сказать? Что провели вместе ночь? Что уже несколько недель спим друг с другом? Что один взгляд Блейка пробуждает во мне нечто такое, чего я и сама себе не могу объяснить? И это «нечто» внушает мне такой сильный страх, что я разрываюсь на части – то ли с воплем бежать из Сент-Эндрюса, то ли подпустить Блейка еще ближе?

Впрочем, я не успела произнести ни слова – перед нами внезапно возникла Марли.

– Рейчел, мы едем домой, – сказала она и добавила, обращаясь к Блейку: – А тебя подвезет Джек.

Я едва нашла силы кивнуть. От ледяного тона подруги сердце ушло в пятки.

– Да, конечно, – ответил Блейк. – Тогда… э-э… тогда до скорого.

Хорошо, что он не попытался поцеловать меня. Только окинул долгим взглядом и отвернулся.

Мы с Марли попрощались с друзьями и направились к ее старому «Шевроле». Я протянула подруге ключи; мы молча забрались в машину и в таком же напряженном молчании помчались вдоль пустых улиц Сент-Эндрюса. Солнце медленно поднималось над горизонтом.

Когда мы свернули на призрачную Уотер-стрит, похожую в эти часы на декорацию к фильму, я не выдержала.

– Марли, я…

Она на миг оторвала руку от руля и отмахнулась. Я мгновенно умолкла.

– Не сейчас… – Ее голос звучал рассерженно. Очень рассерженно. – Нужно выпить настоящий кофе, прийти в себя.

Я внутренне похолодела. Мне всегда было наплевать на мнение окружающих; однако гнева Марли в свой адрес я просто не вынесу.

Наконец мы остановились перед домом. Марли захлопнула дверцу настолько резко, что машина затряслась. Я вошла следом за подругой; она сразу направилась в кухню и начала заваривать кофе.

И не произнесла ни слова; вообще меня игнорировала! Постепенно ситуация начала казаться смехотворной. Я испытывала насущную потребность объясниться, вот только Марли не была моей мамой, и мой проступок состоял не в побеге из-под домашнего ареста. Нет, я взрослая женщина и могу сама принимать решения. Даже если лучшая подруга их не одобряет. Кто она такая, чтобы давать мне указания?

– Поговорим, наконец? – спросила я, когда Марли налила себе кофе. Мне она, естественно, не предложила – я сама достала вторую чашку и себя обслужила.

– И о чем конкретно? – наконец отреагировала она, сверкнув глазами. – О том, что у тебя с Блейком интрижка? Которую ты от меня скрываешь? Сегодня я случайно вас вычислила!

– Я правда собиралась тебе рассказать.

– Неужели? И как долго это продолжается? Несколько дней? Недель?

– Первый раз случился перед тем, как ты снова вышла на работу.

Глаза Марли расширились.

– Значит, в первую неделю после приезда? Рейчел, по-моему, это новый рекорд. Даже для тебя.

Я понимала, что этими словами она хотела оскорбить меня – как и я ее оскорбила, нарушив доверие. Однако замечание Марли о моей интимной жизни несправедливо. И совершенно не в ее духе. Но именно это делало спор с Марли опасным. Она – единственная, кто действительно хорошо меня знает. Единственная, кто может обратить против меня самой мои мерзкие черты характера. Подруга взяла и поставила передо мной зеркало, которое я обычно старалась обходить по широкой дуге.