Карина Сарсенова – Фантастические войны (страница 20)
Амадео:
– Действительно, время не ждёт!
Гадир:
– Всё давно готово к совершению ритуала!
Адонай и Базелея обнимаются.
Гадир торжественно усаживается на трон.
Слуга подносит магические принадлежности.
Гадир:
– Подойдите, дети мои!
Базелея и Адонай медленно приближаются. Становятся перед троном, лицом к царю.
Гадир, доставая из-за пазухи флакон с эликсиром:
– Склоните ваши головы.
Молодые склоняют головы.
Гадир открывает флакон, выливает немного эликсира на ладонь и обрызгивает молодых.
Гадир:
– Властью, данной мне моим отцом и народом Атлантиды, я соединяю две линии жизни в одну. Да пребудет её течение вечным и счастливым, полезным для Атлантиды и Земли, и для всего Мироздания!
Обрызгивает головы Адоная и Базелеи.
Бурр, тихо:
– Однако, действует! Старик, похоже, провёл эксперимент на себе! Надо же, думает не только о своей планетке, но и обо всём Мироздании!
Вдруг вокруг трона появляются клубы тьмы.
Танатос:
– Невежливо не звать гостей на столь важный ритуал, Гадир, совсем невежливо! И где ж твой аристократический этикет?
Гадир, брызгая на Танатоса:
– Прочь, Бог Смерти, исток всех зол всех миров! Прочь, нечистый! Ты не сумеешь навредить!
Бурр и викинги выхватывают топоры и окружают Гадира, Адоная, Базелею и Амадео, стремясь защитить их.
Амадео накрывает Гадира, молодых, викингов и себя куполом белого света. Слуга незаметно покидает зал.
Танатос:
– Не стоит опасаться, Амадео. Я пришёл не для разрушения, но для созидания. Ты, воин Света, знаешь, что зло не умеет творить. Но Мироздание меняется. Мои дети оказались почти сильнее меня. А я не хочу умирать. Бог Смерти, как ни странно, тоже смертен, как и все воплощения в материальных мирах. Мне нужна моя прежняя власть. И только изменившись, я смогу удержать её. Мне нужно было сотворить нового себя. И оттого я здесь. Спасибо, Гадир.
Тьма становится полупрозрачной, переливается всеми оттенками всех цветов.
Приближается к замершим от ужаса гарпиям.
Феруна:
– Ты убьёшь нас, Танатос?
Сивилла, отчаянно:
– Мы всего лишь хотели спасти наших детей! Они и твои сыновья, Танатос!
Танатос:
– За ваше предательство вас ждёт иная расплата. Каждый выбор проявляет в душе зверя или человека. Ваши действия показали вашу истинную природу.
Клубы разноцветной тьмы окутывают гарпий. И когда тьма отступает, вместо полуптиц-полуженщин стоят, держась за руки, две красивые молодые девушки.
Танатос:
– Спасая детей, вы уступили место любви в ваших сердцах, изгнав оттуда животное начало. Отныне ваше место среди людей. Но выбор может предлагаться душе много раз. Вы имеете право присоединиться к вашим детям, принять природу вампира или оборотня и снова подчиниться власти бесчеловечности. Ваш выбор – это ваша судьба.
Танатос исчезает.
Девушки, смеясь, убегают.
Бурр:
– Не понял. Чего хотел этот урод?
Адонай:
– Перемен в собственной душе.
Адонай:
– Что может измениться в самом корне зла?
Базелея:
– Папа, так кем же стал Танатос?
Гадир:
– Сутью самой вечности. Бог смерти стал Богом мудрости.
Амадео:
– Теперь он не является тьмой!
Гадир:
– О, да. Теперь он будет видеть истинную причину всех событий, мыслей и действий всех жителей Мироздания. Он не будет разрушать или созидать. Он будет помогать выравнивать баланс Света и тьмы в наших душах и мирах. Отныне Танатос будет помогать жизни преодолевать все испытания, предлагаемые ей смертью. И постепенно все жители всех миров осознают: душа бессмертна. И оттого каждый наш выбор, каждая секунда бытия действительно бесценны.
Сцена 12
Планета амазонок
Спальня Лидии. Королева сидит перед зеркалом и расчёсывает волосы.
В спальне материализуется Элиан.
Бросается на мать с мечом в руке. Но Лидия оказывается проворнее, и когда Элиан подбегает к ней, то упирается грудью в стрелу, заряженную в арбалет.
Лидия:
– Уж не хочешь ли ты закончить так же, как некогда закончил твой отец? Эта стрела помнит остывающее тепло его звериной крови!
Элиан:
– Мой отец жив!
Лидия:
– Но я не буду оживлять ТЕБЯ!