Карина Ромб – Не мешай мне жить, Макаров! (страница 15)
Резко распахнула глаза и села. Вон спят двойняшки, вон в телевизоре я отражаюсь…
Одна. В своей постели. Кинуло в холодный пот. Приложила ладони к щекам и похлопала по ним, приходя в себя. Взглядом нашла электронные часы. Скоро утро…
– Жуть, – меня передернуло.
Я помнила сон от и до… Последние слова такого сладкого кошмара до сих пор эхом звучали в голове.
Подступающая к горлу тошнота заставила меня подняться и тихонько выползти из комнаты на кухню, не разбудив малышню.
Выпив залпом два стакана воды, поежилась от прохлады. Снова посмотрела на часы. Почти пять часов утра. Как же я люблю вставать по субботам в такую несусветную рань! Особенно после тяжелой недели.
Маша и Саша к пятнице уже чувствовали себя бодрячком, а вот я нет, так как на работе творился хаос. И если я думала, что пахала от души во вторник, то просто не представляла о последующих днях недели. Я должна была проконтролировать все и всех. Начальник производства меня послал на три задорных буквы после того, как я перелопатила кучу информации по этикеткам и сделала замечание ответственному. Дело в том, что чего не коснись – есть правила. И порой они такие дебильные, что хочется хвататься за голову. Владимир, выслушав мои замечания по всему до чего я решила докопаться, вызвал начальника цеха и вставил по первое число. Теперь я слежу, чтобы все переделали в срок и не накосячили. Меня ненавидит весь цех и Светлана Владимировна, до которой я тоже доколебалась. Точнее, я просто выполняла поставленную задачу. И не объяснять же мне коллективу, что Вова – мой друг, крестный детей и я сделаю все, чтобы его бизнес процветал. Даже если придется слить недобросовестных сотрудников. С малышней со среды по пятницу сидела няня Романовых, которая приехала и любезно согласилась выручить.
Андрей тоже работал и ждал выходных. Как и я… Устала и физически, и морально. Хотелось просто абстрагироваться. Классно будет, если получиться накопить на море и свозить детей. Я даже смотрела путевки. Пусть на автобусе, зато отвезут-привезут, заселят в гостевой дом. И это все за сорок пять тысяч на всех. Я загорелась. Морозов сказал, что это не дело мотаться на автобусе и он готов спонсировать себя и нас на полет в Сочи. Даже умудрился по телефону позвонить и рассказать детям, как там классно и что их ждут карусели, чуть ли, не как в Диснейленде.
Андрей оказался чрезмерно шустрым и вызывал недовольство. Потому что в первый раз, я хотела САМА свозить детей на море. Соня ругала меня за упертость. Мол, кому я пытаюсь что-то доказать? Себе. Исключительно себе.
Тоскливо посмотрела на улицу и вздохнула.
– Мне нужен душ.
Встав под теплые струи воды, я сдержала всхлип. Давно мне не снился Макаров и его прикосновения. Давно мне так отчаянно не хотелось близости. Душа выворачивается наизнанку и вопит о давней потери.
– Дура.
Столько времени прошло, столько боли перенесено, а я все равно люблю его. Повезло тем, кто может просто взять и удалить человека из жизни. Думала, и у меня получилось. А сегодня приснился гад. Смотрел на меня янтарными глазами, проводил пальцами по коже, проникал в меня… Я, черт возьми, забыла, как это! Ощущать его. Зачем?
Зачем явился в мой сон, зачем испортил такое прекрасное утро?
– Ненавижу тебя, Макаров, – пролепетала я, подставляя лицо под струи воды. – И забуду. С Андреем.
Пусть он не вызывает сильных эмоций, но надо заканчивать с воздержанием. Иначе Макарова буду видеть еженощно. Перспектива совсем не воодушевляет.
Выключив воду, вылезла из ванны и умылась. Спать я уже не смогу, мелочь проснется часов в восемь. А это значит, что у меня целых три часа на спокойный завтрак и чтение.
А после… После сон сотрется из памяти, мы с детьми оденемся и вместе с Морозовым поедем к Романовым в Среднюю Ахтубу.
***
Солнечная погода трубила о подступающей жаре. К середине мая, скорее всего, разогреет до двадцати двух градусов, а то и выше, а в июне и вовсе можно не выходить из дома. Не только из-за жары, но и из-за мошкары, которая норовит заполонить собой все пространство.
Андрей забрал меня и детей около полудня. До Средней Ахтубы ехать недолго, а по дороге из окна машины видна Родина-Мать. Мои малыши любят гулять у монумента и рассматривать статуи, бегать по лестнице и наблюдать за белочками на Мамаев Кургане. Я же периодически посещаю местный храм. Во-первых, недалеко живем от парка, во-вторых, нравится мне царившая в церкви энергетика духовности и силы. Из меня такая себе верующая, но в периоды отчаяния, батюшка наставлял на путь истинный и вселял надежду.
– Мам, а на речку пойдем? – Саша толкнул ногой в мое сиденье.
– Перестань. Можно будет доехать, идти порядка часа, – улыбнулась.
– Здорово! – Загалдели дети.
– А лыбачить будем? – Уже интересовалась Маша. – Я могу опалыша на ключок насадить.
– Фуууууу, гадость какая!
– Действительно, – пробурчала я, заметив, как Андрей улыбнулся.
– Хотите попробовать закинуть удочку?
– Да! – Заорала Маша.
– Цыц! – Прикрикнула. – Громкость убавьте. Оба. Иначе никакой рыбалки и речки.
– Ну, ма-а-а-а-а-ам! – Заныл Саша.
– Холошо, – отозвалась Маша.
– Тогда, – Морозов специально бибикнул. – Сейчас скинем вещи и сразу на речку. Алис ты с нами?
Вздернула бровь.
– Естественно. Они же тебя в оборот возьмут и глазом не моргнут.
И неожиданно рассмеялась.
– А вообще спасибо за предложение. Нам всем это нужно.
Особенно двойняшкам. Они мечтали о мужском внимании. И если Маша считала, что ее папа ангел, то Саша в это не сильно верил и вообще не понимал, почему нельзя называть отцом к примеру Вову, а перед приездом Андрея выдал: “Мам, а можно я его буду папой называть? Он ведь дома у нас был? Был. Ты с ним видишься часто? Часто. Мы поехали все вместе в гости к Киру? Поехали. Чем не папа”?
Мне поплохело, потому что очень плохо, когда ребенок прикипает к практически незнакомому человеку так быстро. Особенно к тому, к кому относился с опаской и недоверием. Тяжелее будет объяснить, почему у нас с Морозовым не срослось. Увы, но я не сильно верила в наши отношения. Но хотела попробовать. Сегодняшний сон дал мне пинка под зад.
– Знаю. – Тихо проговорил мужчина и повернул.
Дом Романовых находился на второй линии от рыночной площади и представлял собой трехэтажный кирпичный особняк, обнесенный металлическим коричневым высоким забором. На окнах первого этажа красовались решетки от внезапного проникновения.
Сад у Соньки шикарный и занимается им мама подруги. Они летом тут живут и ведут хозяйство. Все же дом большой, огород тоже, а южные овощи и фрукты – не московские. Разница большая. Сейчас, конечно, еще рановато, но теща Вовки облагораживает все тут.
– Привет! – Из дома выскочила Софа и кинулась ко мне обниматься. После поцеловала Андрея в щеку и погладила двойняшек, которые начали ворчать из-за проявленной ласки. – На улице сказка, да? Морозов, Астахова третьего мая собираемся тут же. Не каждый год столько лет исполняется. С работы тебя привезет Вова, а детей заберут мои родители.
– Да-да, знаю, что это вроде как выходной, но муж помешался с этим московским миллионером. Так что думаю, работать будете все, но неполный день и за двойную плату. А там видно будет, может, выдохнет и расслабится.
– Ага, конечно, – промямлила.
– Лиска, как дела? – Вова подошел и обнял жену со спины.
Кир, их сын уже о чем-то спорил с Машей, а Саша стоял рядом и топал ногой.
– Отлично, – улыбнулась.
– Одолжишь фидер? Съездим удочку с двойняшками закинем.
– Да не вопрос. Давай девчонок оставим сплетничать, а сами вывезем малышню на природу. Только в магаз заскочим, кваса хочу, сил нет.
– Алис…
– Езжайте, только смотрите за детьми, – проворчала. – Мы пока тут салаты приготовим, да комнаты для ночлега.
Соня зевнула.
– Только недолго, ладно?
Вова поцеловал супругу в висок.
– Часика на два-три, не больше.
– Ладно. Идем, Лис, покажу тебе план работы.
И мы, оставив детей на мужиков, отправились на кухню, где подруга достала из холодильника бутылку вина и налила нам по бокалу.
– Комнаты для ночлега? Рассказывай? Неужели решила расчехлиться? – Софа широко улыбнулась и посмотрела на меня блестящими от интереса глазами.
Протяжно вздохнула и сделала глоток. Мне хотелось поделиться с Софой соображениями, но крайне смущало, что ЭТИМ я жаждала попробовать заняться в доме друзей.
– Каюсь. Мне приснился эротический сон…
– И?