Карина Родионова – Моя собачка! Приручить волка (страница 1)
Моя собачка! Приручить волка
Карина Родионова
Глава 1
Юля
Я провалилась! Уже в третий раз. Причем провалилась просто феерично! В третий раз я пыталась поступить в театральный вуз и в третий раз провалилась!
А ведь я готовилась. Ходила на подготовительные курсы, занималась с репетиторами. Да я была просто уверена в том, что на этот раз я точно поступлю! Но кто-то там, сверху, уж не знаю, ангелы или дьявол, был явно против того, чтобы Юлия Огнева стала великой актрисой.
Мы стояли толпой у двери кабинета, в котором приемная комиссия выслушивала абитуриентов, читающих стихи, басни, прозу и прочие произведения, которые нужно было прочитать в рамках испытания под названием «Художественное чтение». И вот, наконец, наступила моя очередь.
Нервно, беглым движением проведя по платью вспотевшими от страха ладонями, я вошла. На меня уставились усталые глаза членов комиссии. Я даже не успела отследить, сколько их там, мне было не до того: надо было срочно взять себя в руки и поразить всех своим талантом.
В том, что у меня есть талант, я не сомневалась. Однажды в школе на празднике я играла Бабу Ягу и над моими выкрутасами хохотал весь зал. Мне рукоплескали громче, чем Деду Морозу со Снегурочкой. С тех пор я решила, что карьера актрисы — это мое, и по окончании школы пошла поступать в театральный вуз, расположенный в нашем областном центре.
Ну да, я провалилась тогда, но не отчаялась. Потому что Юлька Огнёвка, как меня прозвали друзья, не сдается! В тот год я не стала больше никуда поступать. Время от времени подрабатывала курьером — не столько ради денег, сколько ради развлечения: мои родители вполне могли меня неплохо обеспечивать. Но мне хотелось показать, что я достаточно самостоятельна и я шла работать. Хватало меня, правда, ненадолго. А на следующий год попыталась поступить снова. Не получилось.
Но я ведь знаю, что даже самые знаменитые артисты далеко не всегда сразу получали признание. Должны же эти члены приемной комиссии, наконец, разглядеть мой талант! Так что в этом году я снова явилась на экзамены.
Я стояла перед приемной комиссией и нервничала. Вдох, выдох! Я собрала мысли в кучку, сосредоточилась, напомнила себе, что я — умница и красавица и я обязательно справлюсь, и громким, четким голосом с безупречной дикцией (зря я, что ли, два года над ней трудилась?) я объявила:
— Басня! Иван Крылов! Мураза и стрековей!
По комиссии прошлись тихие смешки и шепотки. Я смутилась: надо ж было так оговориться! Снова вдохнула и выдохнула. «Соберись, тряпка!» — мысленно сказала я себе и, сделав вид, что ничего страшного не произошло, уверенно и бойко продолжила:
— Попрыгунья мур… — по кабинету разнеслись смешки погромче, — … аза лето… красное… пропела…
Мой голос с каждым произносимым словом становился все тише и тише. От переживаний я практически осипла, но из последних сил продолжила:
— Оглянуться… не успела… не успела… не успела… как…
Все! Я поняла, что это — конец! На этот раз даже не пришлось идти на другие испытания. Я с треском провалилась в самом начале! Быстро, уже почти шёпотом произнесла басню и выскочила из кабинета, красная, как помидор.
Под удивленными взглядами других абитуриентов, я вылетела в скверик возле вуза и, спрятавшись в маленькой беседке в самом дальнем углу сквера, села на скамейку и, уже не сдерживаясь, от души разрыдалась.
Спустя три дня
— Юля, хватит кукситься! Пора просто принять ситуацию и поискать себя в чем-нибудь другом! — говорил мне папа.
Папа вообще всегда говорил умные вещи. Но я не всегда умела им следовать.
— Мне ничего другого не ну-у-ужно! — провыла я в ответ.
— Юленька! — мягко встряла в наш разговор мама. — У меня к тебе предложение. Сестра твоей бабушки, моя тетя, Елена Сергеевна, этой зимой овдовела и теперь живет одна в своем дачном поселке. Она зовет тебя пожить у нее до конца лета. Ей не столько помощь нужна, сколько поддержка: уж очень одиноко ей сейчас. К тому же мы собираемся делать ремонт в твоей комнате. Давай, ты съездишь туда, развеешься? Компанию старушке составишь. морально поддержишь?
Я задумалась. Ехать в какую-то глушь не хотелось, но и торчать тут, в городе, смотреть в глаза соседям и подружкам, которые, уверена, насмехаются над такой неудачницей, как я… Может быть, и правда, стоит сменить обстановку?
Дачный поселок я представляла себе только по фильмам про деревню. Красивые деревянные дома с резными наличниками и светленькими шторками, вокруг зелень, цветущие деревья. Настоящие кони, как на ипподроме. И я такая в легком цветастом сарафанчике на фоне цветущего луга. Хм… А что! Селфи наделаю! пожалуй, стоит согласиться! И я согласилась!
Воодушевившись новой идеей, я отправилась собирать чемоданы в дальний путь — предстояло проехать целых 60 километров в глушь, в деревню.
— Много вещей не бери! — крикнула мне из кухни мама.
И я послушно вынула из чемодана дизайнерский клатч, пятый по счету. Набрала я в общей сложности всего три чемодана. Хотела взять больше, но решила, что еду всего на два месяца, теплые вещи можно и не брать.
С упаковкой вещей я провозилась почти до самого вечера. Чемоданы выносил и грузил в такси папа. У машины я слёзно попрощалась с родителями (в первый раз в жизни уезжаю от них так надолго и так далеко) и, усевшись на пассажирское сиденье рядом с водителем, долго махала им рукой, прощаясь. Впереди меня ждало неизведанное.
Глава 2
Юля
В дачный поселок со странным названием «Волчий Лог» таксист меня привез уже тогда, когда сгустились сумерки. Он притормозил у шлагбаума и объявил:
— Приехали!
— Да где ж приехали⁈ — возмущалась я. — Где дом-то? Я ж писала вам адрес: Небесная, 7. А тут дорога.
— Дом вон там! — кивнул мужчина в сторону узкой дороги за шлагбаумом. — Мне туда не проехать. Видите? Закрыто! И охранников никаких нет, чтобы шлагбаум открыть!
Возмущаться дальше не было смысла — таксист был прав. Я собралась с мыслями и открыла дверцу машины, представляя себя звездой Голливуда, приехавшей на получение Оскара, которая выходит из машины, ступает на ковровую дорожку и шагает царственной походкой под вспышками фотокамер.
Опустив изящную ножку в босоножке на высоченной шпильке, я неспешно выплыла из машины и… взвизгнув, отпрыгнула в сторону, понимая, что таксист остановился прямо у большой грязной лужи.
Мужчина же, не обращая внимание на мои акробатические кульбиты (а вы пробовали прыгать из грязной скользкой лужи на каблуках высотой в 12 сантиметров?), вышел из машины и подошел к багажнику, чтобы достать мои вещи. Я подошла к багажнику со своей стороны, лихорадочно соображая, как я буду добираться до дома двоюродной бабушки с тремя чемоданами и обомлела, когда таксист открыл багажник: там лежал ОДИН чемодан!
— А где еще два? — возмущенно воскликнула я.
Но водитель лишь пожал плечами:
— Ваш багаж складывал провожающий вас мужчина. Я даже не подходил к нему.
И я захлопнула рот, хотя перед этим собиралась выдать целую обвинительную речь. А все потому, что я вспомнила, что и правда, багаж складывал папа, а я сразу села в машину и видела. что таксист даже не выходил из салона. И всю дорогу он не выходил. Значит, это папа положил мне не весь багаж.
Я лихорадочно достала телефон, собираясь позвонить папе, но сеть не ловилась. Совсем! Вы представляете⁈ В этой глуши в телефоне индикатор качества связи не показал ни одной палочки!
Убрала телефон обратно в сумочку, выдвинула ручку чемодана, только что извлеченного таксистом из багажника и грустно посмотрела вслед уезжающей машине. Вздохнув, покатила по грязи чемодан, объезжая закрытый шлагбаум. Мне уже было плевать на то, во что превратились мои босоножки в этой грязи. Хотелось уже, наконец, добраться до нужного дома и залечь в горячую ванну.
На улице стемнело, а на нужной мне дороге виднелся единственный уличный фонарь, и тот светил где-то вдалеке. Дорога освещалась лишь окнами стоящих по обе стороны домов. Ну хоть дома рядом, где-то там люди есть. Наверное.
Я катила облепленный грязью чемодан по раскисшей после дождей дороге, спотыкаясь и еле удерживаясь, чтобы не упасть.
— Небесная, 26, — прочитала я номер ближайшего дома.
Ну хорошо, хоть улица нужная. Как бы я иначе искала свой пункт назначения, не представляю! При отсутствии сети даже карты на телефон не подгрузить. А заранее озаботиться этим я не догадалась — думала, что меня такси прямо к дому подвезет.
Между домами номер 17 и 19 под деревом я вдруг увидела собаку. Довольно крупный пес сидел и внимательно смотрел на меня.
— Собачка! — выдохнула я радостно.
Дело в том, что я просто обожаю собак! Но мне их никогда не разрешали заводить. Родители, хронически занятые работой, прекрасно понимали, что выгуливать пса будет некому, ибо, как говорит мама, у меня «ветер в голове», а сами они возвращались с работы поздно, а уходили рано. Так что всю свою нерастраченную любовь к собакам мне приходилось выплескивать на бездомных псов, которых я подкармливала, чем приходилось, да на соседского дога. Тот первое время хмуро на меня поглядывал, но постепенно мы сдружились до такой степени, что, увидев меня, он мчался мне навстречу, таща за собой на поводке хозяина, и считал своим долгом сложить мне на плечи свои грязные лапы и лизнуть меня в морду… ой, то есть в лицо. В-общем, домой я хронически приходила в одежде, заляпанной следами собачьих лап.