Карина Пьянкова – Студент по обмену (страница 56)

Кай слева от меня сжался, словно бы стал меньше — и младше.

— Вы с самого начала все знали… И все равно позволили мне… — пробормотал Тайлер, не решаясь посмотреть прямо в глаза преподавателя.

Дин Лестер позволил себе улыбку, которая была все такой же теплой и открытой, как обычно. Значит, все шло хорошо.

— Мисс Уорд, видимо, подсказала, — констатировал преподаватель и неожиданно совсем уж по-хулигански подмигнул мне. — Знали. Конечно, мы все знали. Поэтому дядя Френ создал стипендию, которая позволила тебе приехать сюда. К нам.

На невысказанное «Почему?!» Мёрк тихо и как-то беззлобно хмыкнул, а вот Дин Лестер ответил прямо:

— Своей кровью не разбрасываются, мальчик.

Именно после этих слов Кая и прорвало:

— Да какого дьявола?! Вы же… Какая «своя кровь»?! Вы же ничего мне не сказали! Вы не приняли меня как вашего родственника! Просто…

Неодобрительный взгляд ректора заставил парня тут же смолкнуть и потупиться с почти виноватым видом.

— Просто если хочешь что-то получить, нужно для начала хотя бы попросить, Кай, — мягко сообщил незадачливому интригану декан. — Ты не пришел ко мне, не заявил, что хочешь стать частью семьи. Я не мог заставлять тебя.

Я посмотрела на Тайлера. Тот выглядел пристыженным, возмущенным, смущенным… слишком много эмоций, которые смешались в один взрывоопасный коктейль.

— Сын бастарда! Я сын внебрачной дочери лорда Лестера…

И этого лорда Лестера — Седрика Лестера — никто не считает хоть сколько-то приятным или хотя бы законопослушным человеком.

На глазах Кая закипали слезы.

Я не выдержала и взяла его за руку, пытаясь придать парню хотя бы частичку своих сил. Мои пальцы сжали в ответ.

— Я тоже сын бастарда лорда Лестера, — спокойно отозвался Дин Лестер. Спокойно и мягко. Он также говорил со своим приемным сыном. Человек, которому удалось приручить монстра и сделать своим сыном, наверное, знает, как говорить с двадцатилетним парнем в расстроенных чувствах. — Я вырос в приюте, а взрослая жизнь моя… это отдельная история, которая стоила многих нервов тете Дафне. Но когда я пришел к дяде Дэну, меня приняли в семью. Достаточно просто попросить, Кай. Но если для тебя так сложно обратиться ко мне самому… Ты хочешь войти в нашу семью? Стать Лестером?

В комнате повисло многозначительно молчание. Кажется, даже само время замерло в тот судьбоносный для Кая Тайлера миг.

В итоге после затянувшегося молчания Кай хрипло выдохнул:

— Я… хочу.

Профессор Лестер удовлетворенно кивнул, а я… я с удивительной ясностью вдруг осознала, что роман с Каем закончился, так и не начавшись. Потому что если Кай Тайлер мог добиваться Эммы Уорд, то вряд ли Кай Лестер польстится на девушку такого происхождения. Для члена рода Лестер открывается столько перспектив… В том числе и в личной жизни.

Но однокурсник все никак не выпускал моей руки, наоборот, вцепился еще сильней.

Спустя несколько дней я сидела в сквере в гордом одиночестве и бездумно пялилась на собственную левую руку. Кольцо было с сапфиром. Не размером с голубиное яйцо, однако все равно довольно крупным, чтобы нанести мне психологическую травму.

Лорд Лестер не поскупился, когда речь зашла о помолвке нового члена семьи, и выдал явно не самую

Наверное, нужно было послать Кая куда подальше. Или хотя бы выпросить время для размышлений, однако он был так напорист и решителен, что я растерялась, ослабила оборону и позволила надеть кольцо на палец. Хорошо еще, что все происходило с глазу на глаз, и, возможно, удастся утаить факт помолвки.

Я даже не сразу сообразила, что кто-то сел рядом со мной на скамью.

— Выдохни, Эмма, — услышала я и вздрогнула. Я не ожидала услышать этот голос и не ожидала такого обращения.

— П-простите, сэр? — переспросила я, покосившись на Уильяма Лестера, который с самым мечтательным видом смотрел в небо.

— Уилл. На правах будущей родственницы ты можешь наедине звать меня Уиллом, — отозвался мужчина и довольно сощурился, нежась в солнечном свете.

Закрыть рот стоило большого труда.

— Но… Это же только помолвка. Кай просто дурит. Я поэтому и согласилась, — принялась я путано оправдывать и себя, и Тайлера, то есть уже Лестера. — Он уже через пару недель передумает и все отменит!

Это сейчас новоиспеченный аристократ преисполнен признательности за то, что кинулась его спасать. Предложение Кай делал мне в состоянии аффекта после происшествия в подземельях, а кольцо надевал так и вовсе почти силком.

— Сомнева-а-а-аюсь, — потянула с зевком Уильям Лестер и закинул руки за голову. От того, насколько расслабленно и неформально вел себя сейчас неумолимый преподаватель рукопашного боя, мне откровенно становилось не по себе. А уж учитывая, что он не то чтобы человек… — Конечно, непостоянство считается одной из непременных черт Лестеров, но это далеко не всегда так. Думаю, Каю уже хватило подвигов на любовном фронте. В тебя же он не только влюблен, он признателен. Ну и твоя кандидатура уже одобрена папой, дедушкой Дэном, дедушкой Кираном… Словом, она одобрена всеми. Ты понравилась семье. Ну, и твое влияние на Кая.

У меня дыхание перехватило. Не от открывшихся перспектив — от того, что уже была рассмотрена под лупой всем высокородным семейством Лестеров-Фелтонов. И они решили, что из меня выйдет приличная невеста для одного из высокородных отпрысков.

— Я простолюдинка, — напомнила я, пытаясь понять, а так ли мне действительно хочется стать частью этой истории.

Уильям Лестер покосился в мою сторону.

— Как я, как мама, как… кажется, в этом поколении не в моде жениться на женщинах нашего круга, — отозвался он как будто с легкой иронией. Понимать, что именно чувствует Уильям, никогда не получалось. — Никто не станет смотреть на тебя косо. Вы с Каем хорошая пара. Мы бы хотели, чтобы в конечном итоге поженились. А сейчас для всех будет куда лучше, если Кай окажется помолвлен с благовоспитанной девушкой и будет ей верен, перестав меня подружек как перчатки.

Тут я обмерла, понимая, насколько глубока кроличья нора, в которую я по незнанию угодила.

— Но мы… на третьем курсе! Вы же не хотите… — принялась я отползать по скамейке от преподавателя. В итоге едва не упала.

Лестер тихо рассмеялся.

— Годы летят быстро, Эмма. Ты опомниться не успеешь, как вы уже закончите университет. И вопрос свадьбы будет более чем уместным.

Я была так занята тем, пряча от всех кольцо на пальце (а оно ко всему прочему так плотно сидело, что снять его не получалось, как ни пыталось), что едва не пропустила самое важное — развязку все истории, которая и не подумала заканчиваться после того, как Линду Хэммил схватили за на горячем.

Как бы ни твердила в мыслях, что это не мое дело и куда проще было бы просто выбросить все из головы и порадоваться, что преступник пойман, наконец, все равно не выходило убедить себя. Возможно, все дело было в треклятом кольце с сапфиром, которое как кандалы приковало меня к семье Лестер. Возможно, настоящая причина кроется в патологическом любопытстве.

Кай тоже рвался разузнать, что да как, но каждый раз получал по носу. Родственники решили оградить младшего члена семьи от информации, которую они сочли травмирующей.

— Да за кого они меня принимают?! За младенца?! — жаловался мне Тайлер. То есть уже Лестер, но привыкнуть толком никак не получалось. Я, как невеста, слушала причитания новоиспеченного аристократа.

— Уилл вообще наш ровесник — и ему все можно. А, видите ли, еще слишком юн!

Я только захлопала глазами.

— Уильяму за тридцать, — напомнила я на всякий случай.

Так на меня давно не смотрели.

— Это телу Уильяма за тридцать, а сам он куда моложе, — проворчал Кай и тяжело вздохнул. — И да, можешь не говорить мне, что с ним — дело совершенно другое. Он не человек и все в таком роде. Но все равно это несправедливо!

Насчет несправедливости я была целиком и полностью согласна с женихом. Потому что и сама желала узнать всю историю от начала и до конца.

Сперва появились новости о смерти Джона Уорвика.

Университетские целители сообщили что-то достаточно убедительное на тему того, что у бедолаги Джона из-за какого-то неосторожного эксперимента выгорели энергетические линии. Общественность поверила. Родители были совершенно безутешны.

Я… Я вздохнула с облегчением, чего стыдилась, но поделать с собой ничего не могла.

Следом в университет, который открыл свои ворота снова, явилась толпа дипломатов, как наших, вессекских, так и штатов набежали. И все по душу Линды Хэммил. Со стороны Вессекса дипломатов возглавлял Арджун Бхатия, сын ректора. И оказалось, что природа далеко не всегда отдыхает на детях гениев.

Или же Киран Бхатия и его высокородная жена просто не были гениями. Потому что их единственный сын, которого в семье ласково называли Солнышком, настолько заболтал приезжих чинуш, что они не только оставили преступницу на территории Вессекса, но и, кажется, готовы были и сами остаться в нашей тюрьме.

— А ректорский сынок — красавчик, — задумчиво и мечтательно вздохнула Дебора, любуясь на черноволосого и черноокого триумфатора, который запросто ел в университетской столовой. Продолжая пребывать в задумчивость подруга принялась выстукивать какой-то особенно игривый ритм на гипсе, который скрывал кисть моей левой руки. Никакой лучшей маскировки измыслить для помолвочного конца мне не удалось.