Карина Пьянкова – Права и обязанности (страница 54)

– А Эгорт, между прочим, говорил, что драконы магию чуют лучше, чем собаки запахи! Поэтому разумнее не колдовать!

– И ты считаешь, что это достаточное для тебя оправдание?!

– Вы еще подеритесь, – хмуро предложил скандалистам Эрг.

Те смущенно посмотрели на рыцаря, слегка покраснели и усиленно начали делать вид, что не обращают друг на друга никакого внимания. Получалось из рук вон плохо: демонесса и эльф то и дело обменивались испепеляющими взглядами, призванными выразить, что эти двое друг о друге думали. Драконоборец устало пришел к выводу, что уж лучше бы они ругались, чем пыхтели, как два голодных ежа. Эрт обвиняюще покосился на спящего Райвэна, считая, что это тварь ползучая точно бы догадалась, как заставить двух дебоширов вести себя мирно. Да и из леса дракон вывел бы их в два счета, раз уж в гномьем лабиринте ориентировался, как в собственной спальне.

«Дожили, – горько усмехнулся благородный рыцарь, – я мало того что не убил ящера, так и еще всей душой желаю, чтобы он наконец-то очнулся и решил все наши проблемы единым махом. Чувствую себя как сопливый оруженосец, который смотрит на своего сеньора широко разинув рот. Глупость-то какая… Это ведь дракон».

– Темнеет уже, – ненавязчиво начала Илнэ.

– И что? – хмуро уставилась на нее Килайя, которой сейчас хотелось рычать и кусаться, поэтому она была намерена это делать, несмотря на то, кто перед ней. Демонесса была жутко уставшей и злой, а следовательно, опасной для окружающих.

– Давайте на ночевку устраиваться. Все равно в темноте мы далеко не уйдем, скорее уж совсем заплутаем, да еще и Райвэна уронить можем. Вряд ли он потом нам за это спасибо скажет.

– Вот только не думаю, что он что-то почувствует, да и просыпаться ему лет через пятьсот. Это даже для бессмертных немало, – напомнила волчице демонесса, в ее голосе проскальзывали подозрительные нотки, которые можно было назвать истеричными.

«Угу. От этой девчонки теперь ничего разумного не дождешься. Правильно кошак подметил: ей теперь этот „спящий принц“ глаза застит. Мне только борделя в отряде не хватает для полной остроты ощущений!» – мысленно взвыл Эрт, понимая, что хуже произошедшего уже ничего быть не может. Даже нашествие сотни драконов разом лучше, чем одна безнадежно влюбленная девица в отряде. К тому же лесная демонесса. К тому же вооруженная. Мало ли что устроит…

– В любом случае не стоит его ронять. Владыка все-таки, правитель, неприлично получится, – упорно успокаивала подругу Илнэ. – Так что давайте отдохнем, а утром снова попытаемся выйти отсюда. – Девушка с надеждой посмотрела на предводителя отряда, надеясь, что он поддержит ее.

– Верно, – оправдал ее ожидания Эрт. – Утром мы успокоимся, сегодня было слишком много потрясений, поэтому мы не в состоянии принять верных решений. Ну, так кто первым будет дежурить?

Естественно, добровольцев не нашлось…

Утро пришло, хотя никто не желал этого. Кому захочется принимать какие-то судьбоносные решения, которые повлияют на судьбу всего мира, когда с собственными проблемами не в состоянии справиться?! К тому же выспаться толком никому так и не удалось: все ворочались, ожидая, когда же наконец над их головами раздастся знакомый рев, а он почему-то все не раздавался. То ли сородичи Райвэна решили взять внеплановый выходной, то ли просто еще не узнали о бесславной гибели своих восьми товарищей от рук собственного Владыки… Дракон их разберет, этих драконов! Но в результате утром друзья были еще более усталые и злые, чем вечером. Глаза красные, как у упырей, к тому же сходство с примитивной нежитью добавляла бледность и злобные выражение на одинаково помятых лицах. И опять компания пришла к выводу, что Райвэну повезло больше всех, а значит, виноват именно он, подлая драконья морда! Владыка, не подозревавший о предъявленных ему обвинениях, продолжал не реагировать на происходящее, что и спасло его от злобных нападок.

– А я чувствую запах жилья, – сообщила Илнэ, которая, проснувшись, сразу же начала напряженно принюхиваться. – Оно недалеко.

– Чего же вчера ты ничего не чувствовала?! – окрысился на нее старший эльф.

– Вчера ветра не было, да и вонь горелого мяса весь нюх отбила, – пояснила девушка.

– Значит, опять я виноват оказался! – воскликнул Перворожденный.

– Конечно, ты, – кивнула волчица. – Можно подумать, это я трупы магическим пламенем сжигала так, что потом половина леса провоняла.

Айэллери обиженно надулся, стараясь не признаваться самому себе, что безумно рад тому, что скитания по лесу наконец-то закончены для него. Эльф стыдился этого, но эта чащоба, незнакомая, чужая, его пугала. А вот Лаэлэну было абсолютно все равно, где он, если рядом Райвэн, даже сейчас, когда от ящера толку, как от сломанного ножа, младший эльф все равно упорно держался рядом с ним, не желая ни на секунду отходить.

– Они и здесь могут быть, – хмуро произнес Эгорт. – Драконы селятся среди людей, чтобы труднее было отыскать их. А Владыку знает в лицо каждый дракон… Боюсь, что Владыка привлечет слишком много внимания…

– И что нам с ним сделать? – устало спросил совета Эрт, которому бесконечно надоел весь этот бардак. Предложи кто сейчас прикопать Райвэна под ближайшей сосной, рыцарь согласился бы не задумываясь, да он даже мечтал о том миге, когда над доставшим его типом возвысится аккуратный холмик земли!

Предложение гнома ненамного отличалось от того, что желал сделать с Райвэном драконоборец:

– Спрячем Владыку в каком-нибудь овраге, а потом вернемся за ним ночью, когда убедимся, что ничто нам не угрожает.

– Ты с ума сошел! – возмущенно выдохнула Килайя, глядя на бородатого, как монахиня, которой предложили сбыть мощи святых по сходной цене. – Как можно его тут бросить?!

Под насмешливыми взглядами товарищей по несчастью девушка осеклась и втянула голову в плечи, понимая, что вот теперь все точно уверены, что она в этого паразита чешуйчатого…

– Уж лучше оставить его на время, чем лично отнести врагам, – заметила Илнэ, смотря на демонессу с искренним сочувствием.

«Любовь зла…» – усмехнулась леди, но язвить не стала. Несчастной демонессе и так достанется от остальных. Особой тактичностью никто, кроме Илнэ, в отряде не страдал…

…Я один… Всегда один… А вокруг нет ничего и никого… Отец… Ариэн… Почему рядом со мной никого нет?..

Райвэн чуть шевельнулся и глухо, еле слышно застонал.

– Что с ним? – тихо и почему-то благоговейно спросил у гнома Кот, который мгновенно оказался на коленях рядом с драконом.

Райвэн так старательно пытался не дать демону привязаться к себе, а позже всеми силами рвал то, что их связывало, да только все без толку… Демоны вообще на редкость постоянны в своих привязанностях, как горные, так и лесные, и никто не может понять, хорошо это или плохо.

– Видимо, спячка еще недостаточно глубокая, – устало пожал плечами Эгорт, стараясь скрыть нарастающее беспокойство: ему совершенно не нравилось то, что происходит с Райвэном. – Да и сон, судя по всему, у Владыки дурной. Он рассказывал, что так бывает. Когда сон страшный – это признак того, что спать дракон будет очень долго…

А еще Владыка говорил в одну из немногочисленных встреч с гномом, что тот, кто видит во время спячки дурной сон, может и вовсе не проснуться, его утянет в небытие камень, который лежит на душе… Правитель драконьего племени вообще редко лично снисходил до тех, кто поселился по соседству с его Чертогами, но уж если какому-то бородатому выпадало счастье встретиться с Владыкой, тот держался на равных, не пытаясь ничем подчеркнуть свой статус или унизить собеседника. Объяснял он это на удивление просто: «Я не ваш Владыка». К слову сказать, обычно Эгорт жалел, что правит подгорным племенем не этот странный юноша с глазами, меняющими свой цвет (правда, не в те моменты, когда на Райвэна что-то находило и он вел себя как ребенок, которому дали в руки алхимическое зелье, используемое гномами для того, чтобы пробить очередной проход в скальной породе). Как-то во время очередного такого перепада в поведении Владыки пришлось одну шахту целиком восстанавливать…

– Только надо овраг поуютнее выбрать, – вздохнул Лаэлэн, который против идеи гнома почему-то не выступил, хотя, казалось бы, именно эльфенок должен был воспротивиться подобному обращению с Райвэном, которого обожал, но младший эльф только тихо сказал: – Он сейчас в большей безопасности, чем все мы… И мы должны остаться в живых, иначе он будет грустить…

«Отличная причина, чтобы выжить!» – мысленно возмутился Айэллери, которого бесило то, что вот эту чешуйчатую гадость Лаэлэн ценит больше, чем своего единокровного брата. От расстройства старший эльф начал есть в два раза больше обычного.

– Вы зря печалитесь, – коснулся руки старшего из братьев гном, который был достаточно стар, чтобы заметить неудовольствие на лице Айэллери, старательно жующего яблоко. – Узы между запечатленным и драконом иного рода, чем между родичами… Владыка не отнимал у вас брата…

Вроде бы и уважительно сказано, но без того восторга в глазах и не с той интонацией, с какой Эгорт обращался к дракону. Увы, но он, Айэллери, не Райвэн, не Владыка драконов, вечно юный и бесконечно старый, куда ему тягаться с непостижимым ящером… Чтоб его Черный Дракон побрал, пакость крылатую!!!