Карина Пьянкова – Не было бы счастья (страница 4)

Что архивариусов в этом бардаке отродясь не водилось, это уже понятно… Почему местным владетелям пришло в голову экономить именно на этой статье расходов?

— Это не разобрать и за год, — прошептала я обалдело и потащила из кармана брюк мобильный телефон.

Ну нет, страдать в негордом одиночестве здесь я не подписывалась. Иначе однажды меня просто найдут умершей от отчаяния и истощения. В голове тут же появилась идея поделиться великой «радостью», чтобы было не так скучно.

Ланс снял телефон буквально на последнем гудке, подозреваю, он спинным мозгом чувствовал грядущие неприятности и пытался оттянуть неизбежное, как только можно.

— Что, тебя все-таки не пустили внутрь? — тут же настороженно поинтересовался куратор.

Я покосилась на явно упивающегося моим смятением Лэмптона и прошипела:

— Если бы. Ланс, тут… тут форменный завал! Никаких каталогов, никакой систематизации! Я тут состарюсь и умру, но все равно ничего не найду! — почти плакала в трубку я, давя на жалость так, как могут только женщины.

Куратор тихо простонал, понимая, к чему именно я веду.

— Вив, я слишком стар! Я плохо переношу сырость!

Симулянт!

— Тебе только тридцать пять лет! И на прошлой неделе ты уверял, что мужчина в самом расцвете сил! Ланс, мне одной тут не справиться, ну я прошу тебя!

Уговорить коллегу, пусть и с большим трудом, все же удалось. И уже потом я посмотрела на безмолвно слушавшего весь разговор дворецкого и робко поинтересовалась, а может ли вообще мой помощник тоже приехать в замок. Гостеприимство графа могло распространяться и только на меня одну.

— Милорд предвидел вашу просьбу и заранее дал разрешение на пребывание в замке еще одного человека. Разумеется, вы должны понимать, что все это под вашу ответственность. Милорд склонен доверять людям, однако я ответственен за сохранность имущества графа Грейстока…

Я, выпучив глаза, уставилась на Лэмптона, пытаясь одним только выражением лица передать глубокое возмущение от этого подозрения. Однако дворецкий все еще олицетворял собой скептицизм.

Ну, хорошо, мне приходилось красть. Но сугубо из-за дел, и что-то вроде ключей, карт памяти и прочей мелочевки. Частный сыск без такого не обходится, к моему превеликому сожалению. Но чтобы обносить дома!

— Мой коллега кристальной честности человек!

Или хотя бы никогда не попадался на горячем. Парочка копов на Ланса точно имела не зуб даже, а полноценную такую челюсть. И вряд ли за то, что мой куратор переводит старушек через улицу и подает нищим. Инспектор Дэниэлс так и вовсе обещал засадить Ланса до конца дней его в самую поганую тюрьму Айнвара, если еще раз поймает на мелкой краже, слежке или тому подобных подвигах. Ланс после этой угрозы разумно предпочел удвоить меры предосторожности.

— Что ж, если так, мисс Лэйк, его будут рады видеть в этом замке, — заверил меня дворецкий.

Так, с этим решено.

— Ну… Значит, стоит начать, — констатировал я обреченно. С бумагами совершенно точно придется разбираться в любом случае. Но как же не хочется!

Я еще раз оглядела весь массив предстоящей работ и мысленно пожелала себе удачи.

— Это за последние девять веков?

Кажется, в очередной раз порадовала дворецкого.

— Нет, мисс Лэйк, только за четыреста лет.

То есть это должно было меня как-то утешить? Правда? А почему тогда не утешило?

— Э… Ну, я приступаю… — вздохнула я с откровенным расстройством.

Дворецкий посмотрел на меня как будто осуждающе, а потом достал из кармана пару латексных перчаток.

— Уж не собираетесь ли вы, мисс Лэйк, в самом деле прикасаться голыми руками к древностям?

Посмотрела на перчатки. На кучу старого бумажного хлама, брошенную на столах и полках как какой-то мусор. Снова посмотрела на перчатки.

— Но они же тут просто валяются! В пыли! — возмутилась я, не понимая с чего вдруг такое почтение к такой макулатуре.

— Это раритетная пыль, мисс Лэйк. Извольте надеть перчатки.

Ладно, перчатки так перчатки. Однако почему-то у меня появилось подозрение, что ушлый Лэмптон решил за мой счет разобраться в архивах, которые, по его же словам, никто и не думал разбирать.

Надо было уже давно увольняться из своей проклятущей конторы.

А Ланс прибудет только к вечеру.

На завтрак меня пригласили. В библиотеку зашла миссис Кавендиш и официальным тоном сообщила, что граф Грейсток ожидает в столовой. Бумаги за один только час успели достать меня до печенок, хотелось есть… но от мысли, что придется снова сесть за стол с хозяином замка, становилось как-то жутковато. А ведь еще мой начальник говорил, Грейсток — убийца. Но готова поспорить на собственную голову, раньше меня прибьет завалом в его родовом архиве!

Я была вся в пыли, которая, конечно, благородная библиотечная, но все равно пыль. Прикинула, сколько придется тратить времени на дорогу до выделенной спальни, сколько придется переодеваться и по-простому отряхнулась. Миссис Кавендиш посмотрела на меня так, что я сразу поняла: ни капли не помогло. Но, в самом деле, не морить же самого графа Грейстока голодом, не так ли? Он же аристократ, наверняка не прикоснется к еде, пока я не появлюсь. Остается надеяться, милорда не хватит удар от моего далеко не самого элегантного вида.

Домоправительница шла передо мной как живое воплощение идеала и нервировала. Даже рыжие волосы лежали на голове как корона, волосок к волоску, не придраться. Настоящая леди, если бы не знала, что она только прислуга, в жизни бы не догадалась.

Кажется, из командировки предстоит вернуться если и живой, то с огромными комплексами.

Гостеприимный хозяин действительно и не подумал прикоснуться к блюдам в ожидании гостьи. При дневном свете Грейсток выглядел еще хуже, чем вчера вечером. Или ему за ночь поплохело. Однако, как бы он себя ни чувствовал, при моем появлении встал, поприветствовал, поинтересовался, как прошла ночь. Во мне поднял голову еще один комплекс. Я всегда подозревала, что в каком-то смысле… невоспитанное быдло. И вот этот сухонький человечек с глазами, обведенными глубокими тенями, заставил окончательно увериться в этом чрезвычайно прискорбном факте.

Я заверила, что у меня вообще все прекрасно, хотя после столкновения с местными архивами до сих пор немного потряхивало. Ну как можно вообще столько времени не систематизировать данные? Ну хотя бы в плане генеалогии? Должны же быть семейные книги, брачные договоры… Аристократы ведь не могут пожениться без кучи макулатуры!

Куча макулатуры, конечно, имелась, куда без нее, вот только она валялась в совершенно случайном порядке. И в этой куче требовалось найти конкретные документы за конкретный период.

— Кажется, беспорядок в архивах нашей семьи вас несколько озадачил, мисс Лэйк? — осведомился между переменой блюд граф с такой подкупающей искренностью, что я даже перестала про себя проклинать всех его предков до двадцатого колена за свои адские муки.

В голосе мужчины звучало сочувствие, на лицо я все так же предпочитала не смотреть без крайней на то необходимости, так что не знала, соответствует ли мина реплике.

— Немного, милорд, — решила не вываливать все, что думаю о реальных масштабах этого «немного» я.

Графы Грейстоки ведь богаты! Очень богаты! Тому, кто как я, относится к среднему классу, даже не понять величину их состояния. Так неужели же настолько дорого было нанимать нормальных архивариусов?

— Спасибо, что позволили вызвать коллегу на помощь, — на всякий случай поблагодарила своего гостеприимного хозяина. Сугубо в превентивных целях. Фактически, разрешение дал дворецкий, и ничего конкретно с графом он не согласовывал. Поэтому разумней сразу подлизаться к Грейстоку. Ну, не станет же он после того, как я так мило выразила свою признательность, говорить, что больше никого к своим драгоценным архивам и на пушечный выстрел не подпустит.

— Я предвидел, что вы попросите кого-то о помощи, — отозвался граф совершенно ровным голосом. — И заранее дал разрешение.

Вот тут я не выдержала и все-таки посмотрел на лицо собеседника, буквально упиваясь видом впалых щек, глубоко посаженных, словно запавших глаз, острым подбородком, который бы никто не осмелился назвать волевым… Ах ты предусмотрительная уродливая тварь! А сразу сказать что-то вроде «Здесь в одиночку не управиться вообще никак, присылайте двоих» он не мог?!

Разумеется, я ничего подобного вслух высказать не осмелилась бы, но, наверное, что-то такое недоброе в моем взгляде мужчина все-таки уловил, потому что тут же сам, не дожидаясь, пока служанка догадается, наполнил мою рюмку ликером.

О да, после такого нервного шока выпить точно не помешает. Я бы даже напиться не против, если уж быть до конца честной. Может, тогда и граф Грейсток мне покажется симпатичным. В конце концов, если говорят «не бывает некрасивых женщин, бывает мало виски», верно и такое же утверждение про некрасивых мужчин. Интересно, после скольких стаканов виски я посчитаю красивым Джареда Лоуэлла?

Скорее всего, придется напиться в хлам.

— Вы так добры, милорд, — пробормотала я, сама плохо понимая, это о разрешении для Ланса или о налитом спиртном. Наверное, все-таки о спиртном.

— Ну, что вы, мисс Лэйк, — как и положено отозвался граф.

После завтрака я потопала обратно к своим завалам в сопровождении миссис Кавендиш, которая менторским тоном сообщала, когда будет подан обед, когда в замке укладываются спать, а также ненавязчиво поинтересовалась, не привезла ли я совершенно случайно с собой вечернее платье.