Карина Микиртумова – Академия Бедствий: Зов крови (страница 10)
Закинула ногу на ногу, взяла перо и записала название первое лекции: «Магия. История первого рода».
Говорят, если ты нахамил преподавателю, жди с его стороны подставу. Я и не предполагала, что за вопрос: «А Вы уверены, профессор», меня, прямиком, отправят к ректору.
Случилось подобное «хамство», с моей стороны, естественно, на третьей лекции по магическим существам. Вела его невысокая старушка в очках с роговой оправой. Профессор Железнякова. Она рассказывала про мою любимую породу коней: церберов. И честно говоря, наговорила такого… Что у Смерти бы уши загнулись в трубочку. Вот подождав, пока она закончит бредовую исповедь, я и спросила. Мне прошипели, что я нахалка, накатали письмо к ректору и выставили за дверь.
Сейчас я сидела в приёмной главы Академии, наблюдая, как за своим столом дарра Адельфус что-то записывает. Помощница изредка поглядывала на меня и ухмылялась.
Раздался звоночек и Навия мне, широченно улыбнувшись, кивком показала на дверь в кабинет. Скривила губы, встала с софы и пошла на встречу правосудию, которого хотела бы видеть намного реже.
Ректор сидел в кресле, сложив руки на столе. Прищур глаз, нахмуренный лоб и недовольно сжатые губы говорили лишь об одном: рыжий — зол.
— Здравствуйте, — пролепетала я.
— Первый день и уже выставили с занятия, — равнодушно произнёс ректор, — Прошу обоснование профессора Железняковой.
Подошла к столу и протянула бумажку.
Мужчина почитал, хмыкнул.
— Адептка Раймос, хамит и пренебрежительно относиться…
Вот тут я не выдержала и перебила ректора:
— Вы бы сами слышали, что эта достопочтенная дарра говорила о церберах! Да такую ересь…
— Раймос, — прорычал ректор, привставая со стула, — Профессор лучше знает о своём предмете.
— Может быть, — пожала плечами, — Но именно о конях она ничего не знает!
— А Вы, позвольте, откуда знаете, — прошипел рыжий, — какими свойствами обладает самая опасная в мире порода коней.
Сглотнула.
— Читала, — пискнула я.
— Адептка Раймос, почему-то я Вам не верю. И возможно, Вы правы в своих знаниях, но это не даёт право ставить под сомнение приоритет профессора Железняковой.
Вздёрнула бровь.
— То есть, если я что-то знаю, то мне нельзя открывать рта. А почему? Потому что тогда преподаватель будет чувствовать себя неуверенно на занимаемой им должности? Тогда смысл учить и выпускать адептов, если они не имеют право голоса?
Ректор задумчиво на меня смотрел. Пока он молчал, я могла про себя отметить, что его волосы убраны в низкий хвост, но пара прядей, выбились из причёски и падали на глаза. Бородка стала реже. Видимо, слегка постриг её. И всё равно, моё женское «Я» хотело отрезать волосы и удалить поросль на лице. Тогда бы, ректора можно было бы назвать красивым. А так… Козлоподобный, рыжий тиран.
— Я бы хотел выслушать, что же всё-таки произошло.
Мысленно закатила глаза.
— Просто задала вопрос, уверенна ли профессор в выданной нам информации. Меня в ответ назвали нахалкой, и отправили к Вам.
— И всё? — нахмурился мужчина.
Нет, может он думал, что я ей прочитала отповедь о содержании коней редкой масти? Или прирезала при свидетелях и поразвлеклась со жмуриком? Нет, конечно, я была бы только рада. Особенно с такой противной особой. Но мне не позволяет воспитание и нехватка требуемых знаний. То, чему меня обучали… В общем, если я была бы мальчиком, папа точно вдалбливал информацию в мою голову до последнего.
По его мнению, принцесса должна выйти замуж и всё. До того разговора даже мысли, про получение образования в Академии не возникало. Ни у папы, ни у меня.
Живот заурчал, показывая и мне и ректору, что в нём с утра не было ни росинки. И обед я тоже пропустила, благодаря этой старой карге.
— Дарр ректор Соул, — замялась я, — А какие у Вас в академии наказания?
Выдохнул. Нахмурился и покачал головой.
— Сегодня отработаешь своё в библиотеке.
Ахнула.
— Но я-то в чём виновата?
— Вы — адептка, профессор Железнякова — преподаватель.
— Несправедливость какая-то, — прошипела я, — Могу я идти?
Рыжий махнул рукой, и я стремительно вылетела из кабинета, сдерживаясь, чтобы не выругаться на отборном эльфийском.
«Иссавель!
Мы с твоей матушкой надеемся, что у тебя всё хорошо. Я взял на себя право, попросить ректора Академии Драгана, всё же зачислить тебя на первый курс. Ты принцесса, как-никак! Я тобой горжусь и если бы не последние события, продолжал бы следить, за твоими попытками, быть самостоятельной. Я настоятельно просил ректора, запретить тебе всяческие вылазки из Академии в это неспокойное время. Твоя свадьба пока откладывается, но будь уверена, этот вопрос в итоге решится. Ты девушка и представительница древнего рода.
Делай выводы.
Смерть благополучно добрался до дворца, и многое поведал о тебе. В особенности про поведение.
Исса, я прошу тебя, без приключений! И молодец, что не стала давить своим положением в Транливии. Никому не говори кто ты такая. Будь осторожна, никому не верь. Я тебе снаряжу посылку с необходимыми вещами для обучения.
Мы гордимся тобой.
И Исса! Никаких эксцессов!»
Новость номер один: свадьба откладывается.
Новость номер два: что-то происходит и мне определённо кто-то или что-то угрожает.
Новость номер три: родители мной гордятся.
Новость номер четыре: Смерть — ябеда.
Могу сказать, что со стороны родителей меня задевает подобное отношение. Нет, я рада, что мне в ближайшее время не нужно думать о муже и прочих неприятностях. Но крайне не нравится осознавать, что собственная безопасность под сомнением. И даже при этом, не знать с какой стороны дует ветер. Почему папа написал ректору, почему просто не приехал и не забрал? В целях защиты? А тот, кто следит за мной и докладывает? Ведь он может и предать…
Сжала письмо и оно загорелось в руках. Хорошо, хоть вещи пришлют, а то ходить в платье, дочки Даны, мне не хотелось. Уж очень оно меня облегало и притягивало ненужные взгляды.
Я нахмурилась, почесала указательным пальцем подбородок и достала чистый лист.
«Дорогой папочка!
Могу я попросить, простую одежду? Без изысков, как у обычных людей? Чтобы не привлекать лишнее внимание? Спасибо. И мне бы хотелось подробнее узнать о происходящем. Ведь из-за этого я не могу покидать пределы Академии! Это касается меня. Помнишь, сам говорил: «Предупреждён, значит, вооружен». А как мне быть начеку, если я не знаю чего ожидать? Надеюсь, на понимание с твоей стороны.
Поцелуй за меня маму и дай яблоко Смерти, хоть он его и не заслуживает за длинный язык».
Вспышка и письмо исчезло из рук. Возможно, папа ответит. Хотя, сердце мне подсказывает, что родитель и не собирается меня посвящать в имперские дела. А может, эти дела лишь отговорка, чтобы меня контролировать. Богиня, помоги мне разобраться со всеми возникшими вопросами!
Я нехотя встала с кровати и принялась раскладывать учебники. Стол мне выделили. Небольшой, но хоть что-то. Я знала, что в Академии были свободные комнаты. Со всеми удобствами. Только вот я, не угодила местным призракам и ректору. И признаться, мне было плевать. У меня есть кровать, есть книги, есть отсрочка от свадьбы и шанс стать кем-то большим, чем принцесса Транливии, которая годится лишь для выгодного брака.
И папа мной гордится. Для меня это было высшей похвалой.
Так, настроение я себе подняла. Теперь требуется разгрести завал, подготовится к завтрашнему дню и лечь спать.
После посещения кабинета ректора у меня возникло стойкое ощущение дежа вю. Как будто я прожила этот момент дважды. Но в тот момент меня больше волновала несправедливость. Ничего такого, не сказав, получила отработку. Ну и ладно. Два часа после лекций помогала Захару раскладывать по полкам фолианты. Приметила себе парочку интересных пособий для детального изучения некромагии.
Опоздала на ужин и тихонько пробралась к Дане на кухню. Женщина меня накормила, напоила. Мы мило побеседовали, и я рассказала про Железяку. Дана только меня пожурила. Мол, нельзя так с пожилыми. У них свои устои, правила, знания. Да и старость порой даёт знать. Женщина всё-таки.
Я промолчала, так как всё равно останусь при своём мнении, а спорить ещё с доброй благодетельницей не хотелось.
Насыщенный день предвещал хороший сон. А завтра предстояло занятие по самообороне, криминалистике, права и летописанию.
За этот день моя будущая профессия стала для меня ещё той загадкой. Вот с огневиками, всё ясно — боевые маги. После окончания могут работать в королевской разведке, могут получать разные опасные задания.
Водники — истинные целители и зельевары. Их любые медчасти за уши утащат. Больные есть всегда и везде, а специалистов порой не хватает. Особенно, квалифицированных.
Воздушники — сильные менталисты. Ведут допросы, расследуют преступления, ловят преступников. И всё благодаря внутренним силам, которые на пятьдесят процентов зависят от магических потоков.