Карина Ли – Развод. Пока смерть не разлучит...вас! (страница 2)

Я подняла голову, посмотрела в его взрослые глаза и вдруг увидела того мальчика, которого качала по ночам, укладывала спать с книжкой, вела в школу. И теперь он стоял передо мной — мужчина, муж, взрослый.

– Спасибо тебе, сын, – только и смогла ответить я.

Когда праздник стал стихать, мы с Максимом оказались на улице, у парадного крыльца. Воздух был прохладный, небо — чёрное, с россыпью звёзд. Гости внутри ещё смеялись, а мы вдруг остались одни.

– Ну что, маманя, – сказал он, обнимая меня за плечи, – миссия выполнена. Сын женат.

– Да, – улыбнулась я, прижавшись к нему. – Теперь мы можем выдохнуть.

– Или вдохнуть. Жизнь-то не кончилась, – он поцеловал меня в висок. – У нас ещё столько всего впереди.

Я закрыла глаза и подумала: «Да. Впереди только жизнь. Только счастье».

И я верила в это.

 

Глава 2

Мой салон жил своей жизнью. Утро всегда начиналось одинаково: запах кофе из маленькой кухни, звонкий смех девчонок-мастеров, шорох фенов, шелест штор. Я любила эти звуки — они были как музыка, уверяющая меня: всё идёт, как надо.

Я открыла дверь и вдохнула знакомый аромат — кофе вперемешку с парфюмом и лёгким запахом лака для волос. В холле уже сидели первые клиенты. Оля, администратор, улыбалась им и делала пометки в компьютере.

– Лена Ивановна, доброе утро! – поздоровалась она. – У нас сегодня плотненько.

– Хорошо, – кивнула я. – Плотненько — значит, работаем.

Салон был моим детищем. Я выстраивала его с нуля, с первых зеркал и кресел. И теперь здесь всегда было людно: кто за окрашиванием, кто за маникюром, кто на массаж. Для женщин это было место силы, и я гордилась этим.

Кофе мы пили в подсобке, когда забегала Таня. Она умела появляться внезапно — с вихрем энергии и пакетом пирожных.

– Ленка, я спасла твоё утро! – объявила она, ставя коробку на стол. – Эклеры из «Франсуа».

– Тань, я скоро не пролезу в дверной проём, – засмеялась я, но уже тянулась к пирожному.

Мы пили кофе, хохотали, обсуждали свадьбу и то, как наши дети выросли.

– Знаешь, – сказала она вдруг, – ты в свои сорок три выглядишь так, что я бы сама к тебе на процедуры записалась.

– Так ты и записана, – напомнила я. – На завтра. СПА, массаж, полный комплект.

– Вот и славно что ты у меня такая есть, – подмигнула она.

День проходил в обычном ритме.

Он появился как-то буднично. Высокий, статный, в дорогом костюме, с пронзительным взглядом и спокойной уверенностью человека, который привык получать всё, что хочет.

– Добрый день, – сказал, снимая перчатки. – Мне нужна стрижка. И, возможно, массаж.

Я заметила, как мастера переглянулись. В салоне редко появлялись такие мужчины: ухоженные, с деньгами, с харизмой. И он, конечно, сразу выделился.

Я сама проводила его к креслу. Пока он рассказывал Алёне, как подстричь, я думала: «Какая у него осанка. Как он держит голову». В нём было что-то из того времени, когда мужчины умели быть мужчинами.

После стрижки он посмотрел на меня в зеркало и сказал:

– Вы хозяйка этого салона?

– Да, – улыбнулась я.

– Оно чувствуется. Здесь есть вкус, ваш стиль. – Он сделал паузу и добавил: – Может быть, вы позволите пригласить вас на ужин?

Я чуть не рассмеялась от неожиданности. Но удержалась и ответила мягко:

– Благодарю, но у меня семья.

– Это не мешает красивому вечеру, – сказал он спокойно, без наглости, но настойчиво.

Я покачала головой:

– Простите. Но нет.

Он кивнул — и расплатившись просто ушёл.

Я думала, что на этом всё. Но через день в салон доставили огромный букет белых лилий. На карточке было написано:

«Для прекрасной владелицы салона Елены. Чтобы ваш день был таким же прекрасным, как вы».

Подписи не было. Но я знала, от кого.

Я снова отказалась — позвонила, нашла способ вернуть цветы через курьера. Но через неделю он появился снова.

– Я упорный, – сказал он, встречаясь со мной взглядом. – И я не привык к отказам.

– А я не привыкла изменять, – спокойно ответила я.

Он улыбнулся. Взгляд у него был такой, что у любой другой женщины, наверное, дрогнули бы колени. Но у меня внутри было чётко: мой дом, мой муж, моя семья.

И всё же… чуть позже я поймала себя на том, что сердце бьётся быстрее. Не от желания, а от того самого женского чувства: я всё ещё интересна. Я — живая, я красивая, и мужчины это видят.

Я улыбнулась отражению в окне. Это было приятно. Но я знала: моё «нет» — навсегда.

Вечером, когда я вернулась домой, в квартире пахло запечённой курицей и чесноком — Максим готовил ужин. Это всегда было его маленьким кулинарным талантом: мясо и рыба у него выходили божественными.

– О, хозяйка пришла! – сказал он, выглядывая из кухни в фартуке. – Как там твой салон красоты, процветает?

Я сняла пальто, поставила сумку и улыбнулась:

– Салон как салон. Клиенты довольны, мастера счастливы. А вот мне сегодня пришлось стать «роковой женщиной».

Максим поднял бровь:

– Это как?

Я села на стул, подперев подбородок рукой:

– Приходил один клиент несколько дней назад. Статный, в костюме, настоящий джентльмен. Взгляд такой… ну, знаешь, из тех, кто привык, что ему не отказывают. Сначала стрижка, потом массаж… а потом — приглашение на ужин.

Максим нахмурился.

– И?

– И я сказала «нет», – рассмеялась я. – Тактично, красиво, но твёрдо.

– Хорошо, – протянул он, снова повернувшись к духовке. Но я заметила, как он чуть напряг плечи.

– Ты ещё не всё знаешь, – добавила я. – После в салон доставили огромный букет белых лилий. Без подписи. Но угадай, от кого.

– И что ты сделала?

– Вернула. С курьером, – я сделала паузу и лукаво посмотрела на него. – Но приятно, знаешь ли, было.

Максим снял фартук и подошёл ко мне. Наклонился, упёрся руками в спинку стула, чтобы оказаться на уровне моих глаз.

– Елена Ивановна, – сказал он серьёзно, – мне, как твоему мужу, положено реагировать как? Сбегать в салон и объяснить этому красавцу, что он не туда зашёл?

Я рассмеялась:

– Нет. Тебе положено просто поцеловать свою жену и напомнить ей, что у неё уже лучший мужчина на свете.