Карина Ли – Пояс оби (страница 28)
– Это что? – спросила я у Такуми. Я прекрасно знала, что такое рикша, но хотела выиграть немного времени, чтобы правильно угадать причины подобной затеи.
– Мой сюрприз, точнее, то, на чем мы будем добираться.
– Ты действительно хочешь, чтобы человек из последних сил тащил за собой многокилограммовую повозку до пункта назначения? Вы бессердечный, Такуми-сан.
Судя по выражению лица мужчины, он нисколько не смутился. Напротив, его улыбка стала еще шире.
– Ты не знаешь о потенциале людей, пока не испытаешь их в деле. А теперь садись, я не хочу, чтобы нас заждались.
– Будет кто-то третий? – удивилась я.
– Возможно, – задумчиво проговорил Такуми, помогая мне с кимоно, чтобы не испачкать низ наряда. – Ты не забудешь этот день, я обещаю.
– Звучит как угроза, – усмехнулась я.
– Никак нет, мой прекрасный цветок вишни.
От последнего сравнения я стушевалась, поэтому некоторое время упорно разглядывала городские улицы. Первоначально мы ехали с краю автомобильной магистрали, а затем переместились на холмистую дорогу, ведущую к парку. Носильщик и вправду был сильным. Он даже ни разу не остановился, более того, дыхание мужчины было ровным и спокойным, будто он и не тянул за собой повозку с двумя взрослыми людьми.
Пока рикша взбирался наверх, Такуми попытался взять меня за руку, на что я энергично ударила его рукояткой веера.
– Не здесь, – тихо прошептала я.
Такуми обидчиво вздохнул, но уже не предпринимал попытки сблизиться.
Парк располагался у подножия горы в северо-восточной части города. Я впервые посетила столь живописное место и испытала от увиденного настоящее потрясение. Повсюду высились огромные деревья, бугристые корни которых взрыхлили землю, а раскидистые ветви создавали тень, необходимую в летний зной.
Я обнаружила, что деревья высажены несимметрично, явно с учетом того, что с высоты парк будет выглядеть как огромный орнамент. В центре находилось большое озеро с цветущими кувшинками. В воздухе было разлито спокойствие, атмосфера располагала к безмятежному отдыху и любованию природой.
– И что это за секретное и малолюдное место с сюрпризом? – спросила я, провожая взглядом удаляющегося рикшу.
– Особое место, где не должно быть никого лишнего сегодня, – таинственно улыбнулся Такуми и вновь подставил мне локоть, чтобы я взяла его под руку. – Прогуляемся вон по той тропе, в конце которой тебя и будет ждать сюрприз.
Как выяснилось, Такуми не соврал: спустя десять минут я увидела мужчину средних лет в солнцезащитных очках и с фотоаппаратом.
– Я решил, что вы припозднитесь. И не мудрено! Вы же такая красавица! – воскликнул мужчина. – Вы даже еще более прекрасны, чем описывал Такуми-сан. А глаза! Они ярче, чем сегодняшнее безоблачное небо.
Такуми представил меня мужчине, который собирался сделать общую фотосессию. Сперва я с подозрением отнеслась к этой идее, ссылаясь на неблагоразумность поступка.
– Хорошо, но как ты поступишь со снимками? Пока я работаю в окия, никто не должен их увидеть, – заволновалась я, понимая, что могу стать источником новых сплетен.
– Этот день принадлежит нам, – подчеркнул Такуми, не отводя от меня взгляда. – И фото будут только наши, и все эмоции. Прошу тебя, Айуми, для меня честь быть твоим спутником. Пусть твоя красота будет запечатлена на снимках, ты станешь блистать на фоне чудесного пейзажа. И у нас останутся общие воспоминания.
Сейчас мне действительно казалось, что я прожила две жизни. Старая осталась в России, где под руинами прошлого в сырой земле лежали мои мама и папа. А новая только начиналась в компании мужчины, который однажды потерял меня, а теперь отчаянно пытался удержать. Я не могла отвергнуть предложение Такуми.
И, раскрыв красный зонт с птицами, я приготовилась насладиться самым лучшим днем в новой жизни.
31. Такуми
Камера любила лицо Айуми на все сто процентов. Какую бы позу ни принимала девушка, какую бы эмоцию ни выражала – фотографии получались исключительно удачными. Мне же оставалось завидовать, с какой легкостью она входила в разные образы. Я лишь старался выглядеть максимально презентабельно рядом с Айуми.
Я никогда не считал себя особо привлекательным, хотя девушки утверждали обратное. У меня до сих пор был детский комплекс, поскольку в младшей школе одноклассница заявила, что у меня некрасивый нос. И теперь каждое утро, стоя в ванной комнате перед зеркалом, я стараюсь убедить себя, что нос не такой и страшный, а уж потом начинаю умываться.
Фотограф был настоящим профи. Мы и раньше сотрудничали. Иногда он приезжал в окия или в чайный домик, чтобы сделать снимки для местных газет и зафиксировать самые приятные моменты проводимых вечеров.
Идея, связанная с фотосессией, возникла в моей голове сразу же после того, как я вернул спрятанную одежду Айуми в бане. Мне хотелось иметь хоть какую-то частичку этой женщины даже на расстоянии. Кто знает, вдруг она снова убежит и исчезнет с горизонта?
– А теперь пусть Такуми-сан сядет на плетеный стул, а наша Айуми-сан расположится позади него – возле дерева, – фотограф периодически раздавал указания. – Пожалуйста, поднимите зонт чуть выше. Вот так. Отличный кадр получится!
– Когда фотографии будут готовы? – поинтересовался я, ощущая присутствие Айуми рядом с собой.
– Через недельку или попозже можно будет вам отправить. Вы не переживайте, сделаю вовремя.
Удовлетворенно кивнув, я перевел взгляд на Айуми. Голубые глаза стали лазурными, лицо, освещенное солнечными лучами, было милым и невинным. Белила, которыми красятся гейши, были мне не по душе, однако к образу Айуми я уже начал привыкать.
– Тебе понравилось? – спросил я, крепко сжимая ее руку, пока фотограф активно щелкал затвором.
– Да, – с долей покорности ответила Айуми.
– Я сейчас спрашиваю тебя не как человек, которого ты заставила заплатить за свидание, а как парень, который как-то раз дотащил тебя до кровати, когда ты сильно напилась, причем похуже, чем мужик на пивном фестивале.
Фотограф замер, похоже, услышав мои слова, и приподнял бровь. К счастью, у него хватило такта отойти подальше, чтобы не быть невольным свидетелем интимного разговора.
Айуми выдавила тихий смешок.
– Мне действительно все понравилось, правда, – сказала она, не отводя взгляда, но я чувствовал, что она смущена.
– Могу ли я продолжать держать тебя за руку? – прошептал я, надеясь получить положительный ответ.
Айуми кивнула, но мне было мало. Наполненный внезапным весельем, я подхватил ее на руки и закружил, подбирая подол кимоно.
– Пусти, у меня сейчас в глазах задвоится! – закричала она, но меня было не остановить.
Фотограф сначала не понял причину возгласа Айуми, но быстро смекнул, что к чему, и принялся вновь энергично щелкать затвором. Думаю, именно эти фотографии смогут передать истинные эмоции, в отличие от застывших поз, которые мы принимали еще некоторое время назад. Айуми смеялась безо всякого стеснения, робость и сдержанность пропали.
Вот она, настоящая Айуми, не обремененная обязанностями или проявлениями чужой воли.
Лишь когда я подустал, я опустил девушку на землю.
Солнце двигалось по небу по своей неизменной траектории, прячась за облаками, и парк уже не озаряли яркие лучи. Стало прохладно, от деревьев с нависающими ветвями протянулись длинные тени. Вдалеке прогремел гром.
Поблагодарив фотографа за отличную работу, мы с Айуми отправились в беседку около озера, чтобы еще немного побыть наедине.
– Подождем здесь моего водителя, – сказал я, отряхивая листья со скамьи. – Потом доставим тебя в окия.
Айуми присела, сохраняя идеальную осанку, и раскрыла огромный веер, обмахивая чуть вспотевшее лицо.
– Айуми, ты же знаешь, что можешь выйти из бизнеса?
– Только если решусь на замужество, Такуми-сан, – невозмутимо ответила она с холодной отстраненностью, словно сегодняшнего дня и не было в нашей жизни.
– Я понимаю твои страхи и всецело их разделяю. Если ты не доверяешь мне, я могу положить на твой счет столько денег, сколько ты попросишь. Ведь тебя держит в окия исключительно финансовая сторона?
– И да и нет, – задумчиво проговорила она, избегая моего взгляда. – У меня есть мечта, которую я хочу осуществить сама. Поэтому мне надо делать сбережения, а работа гейши мне даже нравится.
Этот факт стал для меня чем-то новым, но следующая фраза Айуми была подобна удару ножом:
– Думаю, у нас нет будущего. Я не стану камнем преткновения между тобой и семьей. Ты не представляешь, насколько больно потерять близких. Мы дорожим родными больше всего на свете. Я лишь могу предложить тебе встречи в чайном домике. Ты будешь общаться со мной как с гейшей, но на равных условиях с остальными клиентами.
– Что? – отшатнулся я. – Тогда зачем ты согласилась на сегодняшнее свидание?
– Я… не знаю, – неразборчиво пробормотала она и принялась теребить краешек кимоно. – Я не хочу быть обманутой, а иллюзия все равно рано или поздно рассеется, и я останусь одна. Твой отец намекнул, что он скорее продаст меня клиенту в качестве любовницы, чем захочет видеть рядом с тобой.
– Ты о чем сейчас? – озадачился я смыслом ее слов. – Гейши не спят с клиентами.
– Да, но, если тебе действительно хочется быть в курсе того, до какой степени твой отец ненавидит меня, я могу рассказать.
Поездка домой оказалась менее приятной, чем я рассчитывал. Рассказ Айуми о домогательствах со стороны клиента встревожил меня не на шутку, а сам факт того, что отец манипулирует Айуми, побудил к решительным действиям. Проблема была предельна ясна.