Карина Иноземцева – Роман после драконьего развода (страница 15)
Эх, а ведь при первой встрече мне даже глаза его понравились, а теперь… Он будит во мне зверя!
— Странно слышать это от того, кто боялся имя свое сказать.
Все молчат. То-то же, а то пришли и строят из себя сильных и могучих. На маленькую меня втроем напали.
Тут орки стали смеяться. Шар'ах даже копать перестал. Повернулся, посмотрел на взрослых и понял что мы ничем от детей не отличаемся.
— В традиционную неделю мы представляемся только своим противникам или той, кого просим стать матерью своего дитя, — громче всех голосил Тал.
— Обычно, мы вовсе не представляемся. За нас говорят знаки на наших телах, — пояснил Урд'ах. В его глазах я, наверное, очень глупая.
— Тогда простите за доставленные неудобства, — решила быстро поставить все точки над i.
— Успокойтесь, — махнул орк рукой. — Все понимают что наших законов вы не знаете. Глупо ждать от чужеземки соблюдения наших традиций. Если бы я не представился, то признал бы вас, Оливия, равной нашим женщинам. Тогда на площади начался бы хаос.
— Спасибо, — улыбнулась мужчинам.
— Урд'ах свободен, красавица, — внезапно вставил дедуля, имени которого я до сих пор не знаю.
— Приму к сведению, — засмеялась я. — Теперь я поняла почему мои поиски работы не увенчались успехом.
— Женщины не работают, — кивнул Тал. — Их место возле хала. А халы ей подарки дают, чтобы убедить родить маленького.
Разбаловали мужики своих баб. А теперь сами не знают что с ними делать.
— Но драконы другое дело, — Урд'ах стоял недалеко от меня. Видно что не доверяет, но и не опасается. — Драконихе нельзя запрещать и подавлять нельзя. Иначе зверь в спячку впадет и может не проснуться.
— Драконы магию имеют. Природа их любит. Силу свою дает, — тихо вставил старик.
Хватит мою ручку тискать! Я себя заложницей уже чувствую!
— И что за сила досталась ат? — Тал мельтешил где-то позади. Его явно вдохновил мой напор и сила вручения лопаты.
— Целительство.
Эх, была — не была. Я вообще ничего вокруг не знаю. Вся память из прошлой жизни только осталась. И то что есть ценного — это мои медицинские навыки. Применить на деле удалось только раз, но это ведь считается?
— Целитель? — взгляд у Урд'аха стал проницательным. Он будто резал меня без ножа, желая найти правду.
— Начинающий, — решила поправить так, как под таким вниманием трех пар глаз уже не уверена сама в себе.
— Целитель, — восхищенно пробурчал старик. — Чувствую, много жизней спасла. Духи и мир тебе благоволят. Защитой тебе одарили великой.
— Дракон, — задумчиво прожевал Тал и скосил взгляд на своего противника — друга — помощника.
— Мать драконов, — помрачнел Ата и сурово сдвинул брови. — Все хуже, чем мы думали.
Ага, я — ходячая проблема. Но и вы, господа орки, не подарочки.
— Гости… непрошенные, — взглянула в глаза Урд'аху.
В его изумруды я готова смотреть сколько угодно, а остальные и сами поймут, что к ним обращаюсь. Не такие они отсталые, как оказалось. Должны сообразить.
— С неизвестными намерениями, — грозно выпятила грудь вперед. — Лезут туда, куда их враг не посылал, — взмахнула молоточком. — Я вас не звала. Если боитесь и хвост поджали, то держать не собираюсь. Дорогу протопчите, а направление до своего дома знаете. Или вас куда подальше послать, ар'ханы? — молоточек постучал по ладошке.
Орки выпучили глазки. Переглянулись.
— Нет уж, на наших землях живешь, значит, ты наша проблема! — строго, не терпя возражений, произнес Урд'ах и подошел ко мне так близко, что я ощутила давление в своем личном пространстве.
Ушлый старик быстро вложил мою руку в его огромную лапу и радостно заухал. Орк опешил, но ладонь мою не бросил. Легонько сжал.
Агррр, хватит меня за руки хватать!
Не успела возмутиться, как скорее ощутила, а не услышала, как Эль проснулся.
— Бросссь, — зашипела на мужчину и едва в его руку не вгрызлась.
Меня ребенок зовет. Некогда мне с большими мальчиками цацкаться. Надоели, как немытый холодильник. Руки все не доходят разобраться с внутренностями.
Подобрав подол, вскочила на крыльцо и побежала к младенцу. Как только Арсиэль оказался в моих руках — успокоилась. Тут Иришка заелозила, тоже просыпаться стала. Уткнулась мне в грудь, ласки прося. Пока одному пеленки меняла, другой косу плела — не заметила как час пролетел.
Вышла из комнаты и слышу, как старик шепчет:
— Дикая буйволица. Норов царский. Не чета нашим коровкам.
— Дев'рах, ты уверен в своем видении? — тихий шепот Урд'аха.
— А ты других неезженых видишь?
— Смотри, руку откусит, — засмеялся Тал.
— Тогда ты иди, — прошипел заместитель.
Надоели мне интриги вокруг родного двора. Надо сообщить людям чего я точно не хочу и делать не собираюсь. Ох, чувствует мое сердечко на что намекают пришедшие гости.
— Так! — выскочила я за спинами шептунов — заговорщиков. — Если вы о моем великом женском начале, то предупрежу всего один раз. Замуж — не собираюсь, делать там нечего и пользы никакой! Рожать, мать твою…. Хоть один сунется, откушу то, что пониже пупка болтается! А решите что-то с детьми сделать — спущу дракона и запихну вам чертей в анальный проход, чтобы вы головой думать начали, а не жоп… Эээ, ой, — за моей спиной появилась заспанная Иришка и радостно помахала рукой орчонку.
Шар'ах побледнел и спрятался за лопатой, разглядывая меня и меняя цвет лица на зеленый.
Иринка сразу сообразила кто виноват в звенящей тишине и тут же скопировала мою позу — поставила мелкие ручонки на бедра и взрыкнула:
— Мама? — укоризненный голосок малявки поставил мой "поезд" на тормоз и еще холодом обдал. — Ты же вчера радовалась что я с Шар'ахом подружилась. Теперь и ты, начни дружить со взрослыми.
Эх, ее взгляд меня "на привязь сажает".
— На мирное сосуществование — согласна, — мирно произнесла, смотря на надутые губки дочки. — На взаимопомощь тоже согласна, — бровки куклы сдвинулись.
Эх, была — не была. Раз начала весь этот сыр — бор, грожусь бывшему ноги поотрывать, надо начинать действовать.
— Давайте… Дружить, — покорно пробормотала, уткнувшись лбом в теплое тельце Эля и протянув руку для рукопожатия.
— Оливия, у вас очень милый голос, — кончики моих пальцев едва сжали теплые большие руки.
Кому тут мой писк понравился?
15
Писклявый голос вдохновил Урд'аха. (кто бы сомневался. По его лицу видно, что ему нравятся девочки — паиньки).
Свою многострадальную ручку забрала и уже хотела спросить, как часто он вывешивает свои штаны в качестве флага на арену. И не поэтому ли потом ходит в модном обрезке шкуры. Вроде мальчик взрослый, а одеть нечего.
Во мне проснулась язвительность. Нечего меня разглядывать как умственно отсталую.
— Целительница, — внезапной сговорчивости обрадовался Тал. — В нашем племени есть один шарлатан…
— Орд'тай, — тихо молвил старичок.
Тал заткнулся. А мелкое недоразумение в разноцветных бусинах потрусило ко мне. Его белесый взгляд вцепился в мое лицо, в глубине заплясали игривые искорки.
— Красавица, вижу, что ты на самом краю стоишь. В пропасть смотришь, как в себя. Помощи просишь. Не за себя ведь кричишь, молишь. За сына своего, — мудрый орк не посмел тронуть мое дитя. Понимал, что мой дракон сосредоточен на мелком.
Взгляд у деда очень теплый, ласковый. Он так и манит открыть свою слабость, рассказать о наболевшем, выплакать то, что нельзя рассказать.
— У нас есть один целитель. Хорошим врачевателем себя зовет. Если хочешь…
— Отведете? — быстрее чем сообразила, я приблизилась к дедуле и едва сдерживая стон боли, зашептала. — Сколько он за целительство берет?