Карина Дёмина – Драконий берег (страница 41)

Смотрел на распростертую под потолком тварь, крылья которой заслоняли купол. И представить, что баба с драконами возиться? Вот с этими вот? У которых зубов больше, чем у акулы? И они еще огнем пыхают?

— К слову, один из лучших сотрудников… — Милдред смотрела с насмешкой. У нее, кажется, были собственные соображения по поводу того, что бабе можно и чего делать не следует.

— Но речь не о ней. Незадолго до рождения девочки айоха приняла христианство, и состоялось венчание.

— Погоди, значит…

— Парень рожден вне брака. Хотя в нынешние времена это вряд ли что-то значит.

Ага.

Может, в Нью-Йорке и не значит, а вот в занюханных городках, которые свято держатся за собственные традиции, очень даже значит. И надо полагать, в Долькрике этом многие, если не все, знали, что паренек незаконнорожденный.

Доставалось ему?

Сто пудов.

Еще и полукровка…

— Он получил образование в местной школе. Можно сказать, повезло, потому что школа появилась незадолго до его рождения. Так… что еще? Получил стипендию за спортивные успехи. Уехал… учился… с переменным успехом.

Листы шелестели.

Ногти поблескивали лаком. А Лука поскреб кулак. Его тоже дразнили. Пытались. То есть, сперва-то дразнили, а потом он научился давать в морду. Хорошее умение, куда полезней, чем знание литературы, хотя и читать он любил.

На досуге.

Жаль, досуг случался нечасто.

Но морды бить — это другое… странно, что отметок о драках не сохранилось. Или не странно? Если папаша мальца с шерифом на короткой ноге стоял, тогда бы и не привлекали.

И не грозили бы колонией.

Или просто побоялись выносить мусор из избы? С шерифом Лука потолкует, но вряд ли узнает чего нового. Местечковые шерифы отличались на редкость избирательной памятью.

— Закончил… отзывы крайне нейтральные. Я бы сказала, что его недолюбливали.

— Чего?

— Причин не назову, тут стоит поискать кого-то из однокурсников, но… за такими вот казенными обтекаемыми фразами редко скрывается симпатия. Скорее чувствуется, что ругать желания нет, но и хвалить не за что. А вот с компаньонами бывшими потолковать стоит.

Она отложила лист в сторону.

— Я договорилась о встрече. Они были не слишком рады.

А учиться парню было непросто. Стипендия стипендией, но он все равно остался полукровкой. И чужаком. Провинциалом из маленького городка.

— Он симпатичный… — задумчиво протянула Милдред. — Но невезучий…

— С чего?

Легкое пожатие плечами.

Шея у нее длиннющая. И родинка на ней смотрится украшением.

— В университете явно случился конфликт… смотри, до третьего курса у него табель вполне приличный. Не сказать, чтобы выдающийся, но без откровенно низких отметок. А дальше будто перелом… и он с трудом выплывает. К слову, право на стипендию утрачивает примерно тогда же…

— Загулял?

— Возможно… но тогда вопрос, как он жил? — когда она смотрела вот так, Лука чувствовал себя… да тем, кем и был, нелепым провинциальным уродом, которому не место рядом с такой женщиной. И близко не место. — Кто покрывал его траты на учебу? Платил за проживание? Да и в остальном…

…это да.

Учеба — удовольствие дорогое. И стипендии с самого начала не хватает. Луке ли не знать? Он свою кровью выгрыз.

Сломанным ухом.

И позвоночником, который порой потрескивает. Болью в ребрах. Десятком медалек, которые дали основание претендовать… звание самого успешного боксера в среднем весе… нет, ему повезло.

Точно повезло.

Только…

…спортсменов-то любили, но это если они из себя ничего так. А Лука и в молодости был мало красивей обезьяны. И разговаривал так, что создавалось ощущение, что и мозгов у него немногим больше, чем у этой несчастной обезьяны.

И кличку свою заработал сполна.

И смешки за спиной, шуточки дурацкие… а еще учеба. Учеба давалась с трудом, хотя Лука и старался. Потом-то уже легче пошло, когда разобрался во всем, что прочие полагали вещами вполне себе обыкновенными. Но репутация уже сложилась, а ее, как кличку, хрен переменишь.

— Может, тогда с наркотой и завязался? — Лука листочки тоже взял, взглядом скользнул, поморщился — буковки были махонькими, да и те едва-едва виднелись. Небось, давно уже ленту на машинке заменить следовало бы… без очков не разберешь.

И очки имелись.

В кармане. Но…

— Надевай уже, — Милдред сказала это в сторону. — Я тебя в них все равно видела.

Ага…

Шансов стало еще меньше. Если без очков Лука походил просто на гориллу, то горилла в очках — это даже не грозно, это смех один.

Но огрызаться не стал. Милдред не виновата, что у него с глазами слегка… не то.

— И полагаю, в твоем предположении есть доля истины. Университет, даже провинциальный, место, где без денег не обойтись. Во многом именно состояние и определяет статус. Допустим, первое время он учился, старался, но постепенно понял, что своим все равно не станет. Его не приняли ни в одно общество… даже спортсмены. Это странно.

— Да нет. Им уроды тоже без надобности.

Лука осекся.

Покосился.

И не станется ли с ведьмы светловолосой, зацепиться за эту оговорочку да и вытянуть все, о чем Лука предпочел бы помалкивать. Но ведьма лишь кивнула, принимая сказанное за данность.

— Значит, он был, как ты выразился, уродом. Изгоем, что не могло не задевать. Особенно, если у него имелись амбиции.

Имелись.

Амбиции там у всех имелись. И у девок из группы поддержки, которые мнили себя королевами. Да и вели, как им казалось, по-королевски. И у королей, полагавших, что им дозволено если не все, то очень и очень многое. И у тех, кто попроще, но мечтал подняться повыше, пополнить собой ряды королей и королев.

И даже у уродов навроде Луки.

— В таком случае, разочаровавшись в одном пути, он вполне мог рискнуть испробовать другой, более легкий. Наркотики в подобного рода заведениях, к сожалению, данность.

Ага.

Еще какая. Травкой там едва ли не каждый второй балуется, если не каждый первый. И Луке предлагали, сперва попробовать, но когда он нос за предложение свернул — чай, не дурак, видел, чем оно заканчивается, — и поучаствовать в деле. А что, всего-то надо, пакетик взять да разнести. И деньги неплохие обещали.

Многие соглашались.

А Лука отказался.

Пришлось, правда, отказываться трижды, и на третий раз сломать и руку дающую или как там оно, чтоб по Писанию? Скандал вышел изрядный. Даже исключить хотели, потому как нехорошо сыновьям декана руки ломать, они им для великих дел дадены. Но разбирательство началось. И закончилось, когда Лука сказал, что готов ментальное сканирование пройти, да…

В общем, готов он не был, ибо дело такое, что и последние мозги растратить можно. Но поверили.

Замяли.

Предложили перевод в другой университет, силового, так сказать, профиля. А он и согласился, смекнув, что тут все одно жизни не будет.