Карина Дёмина – Драконий берег (страница 28)

Клео поджала губы.

Она не сказала ни слова. Она просто сидела и смотрела. Ждала? Чего? Милдред не способна изменить прошлое. Сейчас она бы сумела отговорить Элли… наверное, сумела бы. А тогда… тогда идея показалась вполне себе удачной.

Почему бы и нет?

Драконий берег — особенное место…

— Поэтому… я полагаю, что тете и вправду лучше будет уехать. Я подыщу пансионат получше. И заплачу. О деньгах не переживай…

— Дура ты, Милли, — вздохнула Клео и, обойдя стол, обняла. От нее пахло потом и свежей выпечкой, верно, Клео только-только с работы вернулась. — Как есть дура… ты не виновата, что так получилось.

Не виновата.

Но чувство вины почему-то не отпускает. И холод в груди. И боль в ногах, которая памятью о том, что произошло пятнадцать лет тому.

— Я справлюсь, веришь?

Клео провела рукой по волосам.

— Справишься, конечно. Ты сильная… а я вот подумала, нас тетя Франси давно к себе звала. Оклахома не так и далеко…

Но достаточно, чтобы шакалы от пера не нашли там затерянное в полях ранчо. А если и найдут, то супруг тети Франси, мужчина мрачный и неразговорчивый, вряд ли позволит им потревожить больную женщину.

— А…

— Уволюсь, — Клео махнула рукой. — Надоели все… пока есть еще на что пожить, а там… вернусь и в машинистки пойду. Или вот останусь. Тетя Франси пишет, что и у них холостяков довольно. Может…

— Ты сперва проверь, — Милдред выдавила улыбку. — Что там за холостяки…

— Проверю.

— Вот и договорились.

Сливовый пирог оказался кислым. Похоже, в своей нелюбви к магазинной выпечке тетушка была права.

Глава 12

К Нику я заехала после полудня.

Запоздало подумалось, что стоило бы позвонить, что может быть, его и вовсе нет дома. Его ведь часто не бывает, а я вот так, сюрпризом.

Но я просто свернула не к своему дому, а налево. Остановилась в тени каштанов. Каштаны росли лишь здесь, на земле, про которую поговаривали, что старик Эшби, не нынешний, а тот, который первым пришел на этот берег, заговорил ее.

Ага, принес в жертву прекрасную девственницу и драконье сердце закопал.

Про сердце точно не знаю, потому как люди с драконами не всегда уживались, а вот с девственницей — сомнительно весьма. Мисс Уильямс мне рассказывала о тех временах. И нравах. И даже дневник читать давала одной… благочестивой особы, именем которой у нас улицу назвали.

Дневник был из архива.

И да… я многое узнала о благочестии.

В общем, главное, что каштаны прижились. Росли они невысокими и кряжистыми. Ветки свои раскидывали далеко, сплетаясь ими в одну узорчатую крышу. Сквозь нее пробивалось солнце, выплетало кружева из света на камне дороги.

И я смотрела на это кружево.

…раз-два-три… спорим, допрыгаю до камня?

Я прыгаю.

И останавливаюсь, чтобы поймать равновесие. Взмахиваю руками.

— Хватит уже, мелкая, — Вихо недоволен. И не только мной. Что-то там у него в школе не ладится, вот он и злится. Сумку свою скинул, пнул, вымещая раздражение. — Шла бы ты домой.

Не хочу домой.

Там опять полы натирать. Или стирать. Вот у мистера Эшби дома стоит настоящая стирательная машина. И она сама стирает. И сама воду отжимает, если протянуть простынь между двумя валиками. И так хорошо, лучше, чем руками.

Я допрыгиваю до края тропы. И показываю Вихо язык:

— Ник мой друг. Я иду к нему.

— Друг… нашла бы ты кого по возрасту.

Кого?

Кто захочет дружить с полукровкой? У меня волосы черные. И кожа темная. И куклы нет. У всех девочек куклы есть, красивые, с бледными фарфоровыми лицами и длинными волосами. А я… я просила купить, но разве кто послушает?

— Ладно, — Вихо поднял сумку и кое-как отряхнул от пыли. — Скажу, что ты домашнее задание не поняла.

Я киваю. Пусть говорит. Матушка, правда, опять причитать будет, что я слишком тупа и что учеба — это не для женщин.

Пускай.

Главное, пару часов тишины у меня будет. И если повезет, если мальчишки будут слишком заняты, чтобы со мной возиться, то откроют библиотеку.

Я зажмурилась.

…и память вернулась. Каштаны не цвели. Никогда. Все-таки климат им требовался иной. Но они и так были красивыми. Я погладила шершавый ствол, подавила острое желание развернуться и уехать. Если уж собралась в гости…

Ник был дома.

Он сидел на террасе в кресле-качалке, про которое я думала, что и оно исчезло, как и другие, показавшиеся ненужными, вещи. А нет, здесь.

Ник читал.

Зои.

Открытая книга. Клетчатый плед на коленях. И она, больше похожая на манекен, чем на живого человека.

— Добрый день, — я остановилась.

Здесь снова пахло солнцем и свежим лесом, никак Ник все-таки перекрыл крышу, которая стала подтекать. Точно. И стропила заменил. И пол… давно я не заглядывала.

— Доброе, — он отложил книгу и поднялся. — Уна, как я рад!

Он и вправду был рад.

А губа Зои дернулась, и изо рта выползла нить слюны, которую Ник тотчас убрал платком.

— Зои тоже рада.

Я сомневаюсь. В ее глазах я видела куда больше, чем мне бы хотелось. Но главное, что я сумела выдержать этот взгляд.

— Здравствуй, Зои.

Странно разговаривать с человеком, который не способен тебе ответить. И улыбаться. И притворяться, что так оно и надо.

Я притворяться не умела.

— Погоди, — Ник подхватил жену на руки. — Тебе уже пора отдыхать. К сожалению, Зои еще быстро устает. Я сейчас, передам миссис Фитцпатрик… скоро вернусь, дорогая. Что бы ты хотела на ужин?

Странно, да.

И… и наверное, он действительно ее любит, если не бросил. Так все думают. Кто-то восхищается этой самоотверженностью, а кто-то полагает Ника придурком, потому что не развелся, не отправил Зои в какое-нибудь тихое местечко.

Денег бы хватило.

Денег у Эшби всегда было много.