Карина Демина – Змеиная вода (страница 45)

Глава 20 Чешуя

«…в полночь ночи, которая дню равна, отыщи посеред глухого леса поляну, отмеченную тремя рядами дурных грибов. Средь людей несведущих именуется оная ведьминым кругом. Положи посеред поляны яиц куриных найсвежайших дюжину, еще столько же – кусков мяса с кровью. Поставь миску с молоком и другую – со сливками. Придет пора, и треснет земля, выпуская змею огромную цвета черного да с прозолотью. Увидит она подношение и примется есть и пить, а наевшись и напившись досыта, станет столь велика телом, что шкура её треснет. Тогда-то змея и примется кататься, из старой шкуры выползая. А уж потом, после, внове в трещину нырнет. Шкура же брошенная останется. И как трещина затянется, то войди в круг и шкуру возьми. Золотая чешуя суть золото. А вот черная – есть сила великая, земная. Из неё можно изготовить следующие зелья, которые будут иметь…»

«Большая книга ведьмовства и тайного знания»

Случались в жизни Бекшеева моменты, когда он остро ощущал свою слабость. И ведь давно уже осознал, смирился, свыкся с нею, а все одно вот…

И сейчас… бежать бы.

Госпиталь горит?

Какое замечательное совпадение…

- Вы куда? – хозяйка гостиницы была в том же строгом платье, что и утром. – Тоже пожар тушить?

В голосе её не было и тени насмешки. Как и иных эмоций.

Хотя… смешно, пожалуй. Куда Бекшееву пожар тушить.

- Мне надо посмотреть, что там. На месте.

- Я вас подвезу, - она вышла из закутка. – Если, конечно, это вам нужно.

- Очень. Спасибо.

Пусть нога почти и не болела, а до госпиталя не так и далеко, но на машине все равно быстрее.

- Не за что.

Машина – старый грузовик с зеленым тентом, угловатый, местами перекрашенный.

- Трофейный, - пояснила хозяйка, хотя Бекшеев ни о чем не спрашивал. – Купила дешево. Удобно, когда что-то перевезти надо. Мясо вот. Или молоко. Мебель опять же.

- Служили?

- Кто не служил.

Она не стала предлагать помощь, и Бекшеев сам забрался внутрь. Причем получилось почти легко.

- Связью занималась. Была ранена. Есть награды, - она говорила сухо и четко, словно доклад делая. – Муж погиб.

- Сочувствую.

- Вежливый.

- Завтра… приедет один человек… есть еще свободные номера?

- Хватает. Здесь не так много людей. Да и те, что есть, предпочитают подешевле, попроще. Не знаю, зачем я вообще с этой гостиницей вожусь.

Грузовик дернулся и задребезжал, но потом все же выбрался, покатился по дороге. Петровна – а имени её Бекшеев не спросил – включила фары, и полосы света выхватили тени людей, которые бежали куда-то туда.

- Расскажите, - попросил Бекшеев.

- О себе? Воздержусь.

- О змеиной воде. Вы местная?

- Местная… и сказки эти слышала. У нас тут всегда змей хватало. Ужи большей частью, но и гадюки встречались. Места такие, что кругом ручьи и болота. На них – жабы. А там уже и змеи. Плодятся. Иногда и в город заползают, особенно по весне.

- Как-то… звучит…

- Обыкновенно.

Людей становилось больше. И женщина сбросила скорость, а после и вовсе остановилась.

- Змеи… змеи от людей страдают больше, чем люди от них. Их ловят. Бьют. Кто на жир, кто просто так. На гадючьих зубах настойки делают. Гадючий жир плавят, говорят, хорошо от болей в спине помогает. И змеиную воду опять же делают.

- Что это вообще? Хотя…

- Идемте, - женщина выбралась из грузовика. – А то затопчут… ишь, слетелись… развлечение.

- Развлечение?

- Отчасти. Хотя и тушат…

Цепочки людей выстроились от колодца, передавая друг другу ведра. Там, ближе к госпиталю, людей было меньше. Но и действовали они как-то больно уж слаженно. Бекшеев ничуть не удивился, увидев Тихоню, который и командовал процессом.

Ну да, кто еще.

- А, шеф… вы там постойте, - велел Тихоня. – Мы тут скоренько… тут и не горит-то толком.

Не госпиталь.

Дым валил откуда-то сбоку, едкий, черный. В него лили воду. Кто-то даже полез смотреть.

Морг.

Надо же. Какая неожиданность.

- Так что такое змеиная вода на самом деле? Приворотное зелье? Отворотное? Чудо-жидкость, которая способна…

- Избавить от нежеланного ребенка, - спокойно оборвала женщина. – В мое время змеиной водой называли именно это средство.

- В ваше время?

- Бросьте. В то, в котором я была молода и меня волновали подобные глупости.

- Дыма много, - появился Тихоня, размазывая по лицу сажу. – Снизу идет…

- Люди?

- Пациентов вывели всех, благо там три хромых и два кривых. Горит внизу. В морге. Но хорошо так горит… благо, стены укрепленные. Но зуб даю, подожгли…

- Надо же, как интересно, - столь же сухо и невыразительно произнесла Петровна. – Зачем кому-то поджигать морг?

Затем, что в нем оставалось тело Инги Северцевой.

Ждало некроманта.

А теперь…

- Зима где?

- Да… тут где-то была. Да не полезет она в огонь, шеф. Не дура же. Там… и близко из-за дыма не подойдешь. Гадость какая-то…

Раздался звон, и через расступившуюся толпу пробралась пожарная машина.

- А они не особо торопились, - Тихоня сплюнул под ноги. – Ладно… Зиме скажу, что вы тут… вы, главное, сами не лезьте… все не сгорит.

- Не сгорит, - согласилась Петровна. – Наверху противопожарные амулеты обновлялись согласно регламенту.

- А внизу?

Пожарные тянули рукава, но вновь же без особой суеты, скорее даже лениво. И люди, успокаиваясь, уверяясь, что пожар этот не так уж страшен, превращались в зевак.

- А внизу, полагаю, имел место пример экономии. В конце концов, это морг. Чему там гореть?

Вот именно.