Карина Демина – Восток. Запад. Цивилизация (СИ) (страница 7)
На дубину она не походила, но тем и лучше.
Глава 3 В которой почти ничего и не происходит
Глава 3 В которой почти ничего и не происходит
Три огненных шара зависли под потолком. Я лежала на кровати, глядя на них, вяло раздумывая, что шары стоило бы притянуть и упрятать, правда, сперва найти, куда именно прятать. Но двигаться было лень.
И вообще…
- Хочешь? – перед носом появилась конфета.
Я прикрыла глаза, потому что… потому что хотела. И вообще не дело это, пользоваться чужой слабостью, особенно когда женщина страдает.
А я страдала.
Пыталась.
Но страдать с шоколадом за щекой получалось плохо. И я все-таки села, чтобы поглядеть на мужа.
- И?
Он молча протянул еще одну конфету. А в руках целая коробка, та, деревянненькая, с тиснением. И шоколад на сей раз разный, этот с орешками даже.
- Скажешь, что она не обязана была предупреждать?
- Не обязана, - согласился Чарли, покосившись на шары.
- Я их контролирую, - я протянула руку. – А какие там начинки?
- С белым шоколадом…
- И такой есть?
- Есть. С сушеной клубникой. С лесным орехом. С вишней в коньяке… и еще что-то. Честно, сам не знаю. Но, Милли, вряд ли ваша матушка сделала это специально.
- Ага, совершенно не специально… не специально пряталась от нас пару недель. Не специально не говорила об этом… этом… Императоре, чтоб его. Мог бы, между прочим, и промолчать.
Я взмахнула рукой, и шары под потолком закружились, опасно приблизившись друг к другу. И по синей поверхности побежали искорки.
- Если они столкнуться, - заметил Чарльз, вытаскивая еще одну конфету, которую при этом нагло отправил в рот, - будет взрыв. А дом защищен, конечно, но не настолько, чтобы выдержать. Я уже про нас не говорю.
- Извини, - я вздохнула.
Муж, если разобраться, не виноват. И никто не виноват. Кроме матушки, которая взяла и хитрым образом исчезла во дворце…
- Что-то я нервной стала.
- Мой дар проявился рано, - Чарли устроился на полу и похлопал по ковру рядом с собой. – Но первые годы, честно, помню смутновато. Я и вправду, кажется, только и делал, что ел. Это вот вечное чувство голода. Ходил… в одном кармане орешки, во втором – сухарики. И грызу, грызу…
Я сползла на ковер. А что, красивый. Толстый. Мягонький. И сидеть тепло. А обида почти истаяла. И да… я не маленькая. Я понимаю, что, если бы мама могла сказать, сказала бы.
Запретили?
Или… не была до конца уверена, что братец не переиграет?
Или наоборот, он потребовал молчать? Не понятно. Но ясно одно, что матушка… с матушкой я поговорю. То есть сперва Эдди поговорит, а потом и я, когда совсем успокоюсь. А то и вправду стала какой-то нервной чересчур. Еще обижу ненароком.
А так…
Шары кружатся, кружатся. Красиво, если подумать.
- В первые годы дар прибывает потихоньку, буквально по каплям, - Чарльз поставил коробку на колено. – Выбросы случаются, но обычно, если дар обещает быть ярким.
- И у тебя?
- Спалил однажды гостиную…
Приятно знать, что не ты одна такая. То есть, я пока еще ничего не спалила и, чую, если вдруг, то гостиной не обойдется.
- А вот когда стал взрослеть, случился скачок. Тоже не то, чтобы совсем уж редкое явление. Сейчас, правда, говорят, что да, редкое, но… тогда и характер испортился.
- У меня не испортился!
- Конечно нет! – бодро соврал муж.
- Сильно?
- Не то, чтобы… ты же сама сказала, что злишься. Это тоже нормально.
Ну да… конечно… вот едешь ты на край мира, за мужем, к счастливой новой жизни. А тут тебе и не слишком рады. И потом выясняется, что твоя матушка…
- А Эдди графом сделали, - наябедничала я. – Хотя… ты ж там был, знаешь.
- Был, - Чарльз усмехнулся. – Хорошая… шутка.
- Шутка?
- Граф Семтон – титул весьма своеобразный… на самом деле такого графства нет.
- Как?
Это что, Эдди обманули?!
- Вот так. Этот и еще пара других титулов. Они настоящие, просто безземельные. Их придумали, скажем так, для особых случаев.
Я протянула руку и шары остановили движение, чтобы опуститься чуть ниже. Я ощущала связь с ними. И управлять тоже могла. Не совсем, но вот… выше поднять. Ниже.
Или в другую сторону хоровод запустить.
- Иногда… у Императора или у кого-то из ближайшей его родни появлялся ребенок. И часто бывало так, что ребенок этот…
- Незаконнорожденный?
Чего он мямлит. Такое не только с Императорами бывает. Вон, поговаривали, что Летти Шеффилд – незаконнорожденная дочка нашего шерифа, который, может, и та еще сволочь, но вот землицы ей в приданое прикупил. И не только землицы…
- Да. Дело в крови, Милисента. У Императора особый дар. Он не всегда проявляется, как у твоей матушки. Поэтому за детьми приглядывают. Воспитывают при дворе. Наделяют титулом.
- Графа Семптона?
- Да… хотя последний граф почил лет этак двадцать тому. Говорят, был довольно своеобразным человеком…
- Погоди, но если этот титул, то… нет, это ж безумие! Никто не поверит…
- Может быть, и нет. А может, и да. Порой удивляешься тому, во что люди готовы верить. Смотри, что у меня есть.
- Помимо конфет?
А коробка-то наполовину опустела. И главное, не все-то из неё я тягала, Чарли не отставал.
- Что? – он поглядел на меня преневинно. – Я, между прочим, тоже с даром маюсь… а шоколад – силы восстанавливает. Все маги на самом деле страшные сладкоежки. Но обычно это как-то… скрывают.
- Почему?
- Неудобно. Считается, что сладкое – это для женщин.
- Правильно считается, - я отобрала коробку. Не такая она и большая, чтобы двоим хватило.
- У меня еще одна есть, - успокоил Чарльз. – На самом деле затевается какая-то игра. Пока не знаю, какая, но думаю, скажут. И…