Карина Демина – Восток. Запад. Цивилизация (СИ) (страница 57)
Стало и радостно.
И грустно.
Потому что в самом деле полнолуние. И луна круглая-круглая, как монета. Поблескивает на небесах масляно, а вот звезд почти и не видать.
Тихо.
И в тишине этой слышно, как стучит сердце Эдди. И её собственное тоже. И от этого стука становится так уютно, что… что не хочется отпускать его. Ни в лес, ни вообще.
- Ты… ты куда? – она очнулась уже у домиков. – Мы там…
- Ногу поглядеть надо, - Эдди открыл дверь. – Эй, остроухий, воды нагрей. И полотенец найди. Одежды, извини, под тебя нету, но уж как оно есть. Вытереться надо. И растереться. Если хочешь, Милисенту позову.
- Нет! – поспешно замотала головой Эва.
От одной мысли, что её увидят в подобном виде становилось дурно.
- Я сама! Я…
- Вот и отлично.
В его доме пахло хлебом и еще…
- Элайя! – этот гулкий голос заставил подпрыгнуть не только Эву, но и Эдди. – Мне казалось, я и твоя достойная матушка воспитали тебя правильно!
Эва зажмурилась.
- И ты знаешь, что воспитанные люди по ночам спят, а не лазают не пойми где.
Голос приближался.
- И уж точно не тащут в дом сомнительных девиц.
Стало обидно.
Очень.
- Хватит, - Эва опять вздрогнула, потому что не представляла, что Эдди может говорить вот так, строго. – Ей помощь нужна, видишь?
Фыркнули.
А Эву усадили на что-то мягкое. Кажется, кровать.
- Вон, замерзла вся… и промокла. Еще простынет.
- У меня – не простынет, - сказала та ужасная женщина и Эва сразу ей поверила.
- Хорошо, что ты тут…
Хорошо?
- Присмотри. И она ногу подвернула. А мне уйти надо.
- Куда?
- За второй.
- Тебе одной мало?
Отвечать Эдди не стал, а потом… потом вовсе ушел. Ушел и бросил. Эву. Наедине с этой вот. С этой…
- Только глупые девочки думают, что одеяло способно спасти их от монстров, - сказали Эве назидательно.
- А оно не спасает? – Эва решилась открыть глаз.
- Молитва. И здравый смысл. Здравый смысл способен спасти очень от многого. А от остального поможет молитва, - заявила Эве женщина, которая… которая была, пожалуй, больше Эдди.
Ширше.
И внушительней. И…
- Мне его не хватает. Здравого смысла, - со вздохом призналась Эва, чувствуя, как зубы начинают стучать друг о друга. – Но я не могла отпустить её. Она бы не послушала. А если позвать кого, обиделась бы и потом…
Эва махнула рукой.
- Рубашку стягивай, - велели ей и, не дожидаясь, пока Эва сама разденется, потянули за подол. – Юная леди, а извазюкалась, что поросенок…
- Я случайно. В ручей упала.
- А сестрица твоя?
- Она шла… и шла… шаль зацепилась. За шиповник. Я думала вытащить, а то холодно. Но она запуталась. И Тори ушла. Я за ней, а там ручей. И нога вот…
- Бестолочь, - сказали это почти ласково. – Эй, остроухий, где вода?
На Эву упало огромное полотенце, такое мягкое, теплое… и руки женщины принялись тереть её. Сперва было больно, так, что прямо до крика, но Эва стиснула зубы.
- От и хорошо… первым делом кровь разогнать. Волосья тоже вычесать, помыть бы, но такие до утра не высохнут, - женщина ворчала, но как-то не зло.
И в её руках действительно холод отступал.
Дышать становилось легче.
А зубы стучать перестали.
- На от, - Эве протянули рубашку.
И… было стыдно.
- Я лучше домой, - она попыталась встать и ойкнула. Нога, которая только вроде бы слегка ныла, разболелась вдруг по-настоящему. И так, что прямо до слез на глазах.
- Сиди, - её толкнули на кровать и в рубашку завернули, а потом и в одеяло. – Нагулялась уже. Маменьке бы вашей сказать, юная леди.
- Не надо!
- И чтоб розог всыпала, а то ишь… сегодня ногу, а завтра и шею свернешь. Дурное дело – нехитрое.
Горячие пальцы ухватили за щиколотку. Сжали. Повернули ногу влево и вправо. Осторожно, так, что и боли Эва почти не ощущала.
- Не перелом. Так, потянула чутка. Тебе бы недельку в постели…
- Завтра на занятия, - Эва почувствовала, как начинают гореть уши. Это же получается, что она все пропустит? И… и маме врать придется.
- От про них бы и думала, а то ишь… ничего, сейчас мы…
Она отступила, и перед кроватью, на которой сидела Эва, появился мальчишка-сиу. Он тоже сжал ногу и сказал что-то совсем уж непонятное.
- Думаешь? – поинтересовалась женщина.
Мальчишка закивал и что-то добавил. И опять Эва не поняла. Только ногу попыталась забрать, но тонкие темные пальцы сдавили щиколотку.
- Ай! – внутри что-то хрустнуло. И стало больно.
Очень.
Эва стиснула зубы, правда, боль очень быстро прошла, а на ногу легла влажноватая тряпка.
- Посиди, - велели ей, будто у Эвы был еще какой выбор.