Карина Демина – Ведьмы.Ру 3 (страница 10)
– Расскажешь?
На камеру Наум Егорович всё же покосился.
– Не боись, если кто сунется, я почую… – Женька повёл тощими плечами. А ведь он худой, но жилистый. Наум Егорович знал таких, которых с виду соплёй перешибёшь. А они подождут, пока ты перешибать замаешься, и сами врежут.
В общем, морду бить почему-то перехотелось.
Никак место настраивало на мирный лад.
– Слушают? – уточнил Женька.
– Нет. Передатчик изначально обрубило.
– Это они стеречься стали, включили глушилки.
– Но так запись идёт. Внутренний носитель. Так-то…
– То есть, пока ты тут, то просто пишешь?
– Ну…
– Да колись уже.
Наверное, Наум Егорович для разведки предназначен не был, если подумал и раскололся:
– В принципе есть возможность создать дубль физического носителя с накопленной информацией. Это было на случай, если тут, скажем, прогулки разрешены… я бы к забору и перекинул.
Наум Егорович сунул руку под волосы, пытаясь нащупать выступ. И вот тоже дурь, если так-то. Он в психлечебнице по сути. И чем резать? Откуда у психов-то ножи?
Надо будет высказаться.
Потом, по завершении операции.
– Там, если сдавить, то сигнал пойдёт. Ну и подберут, но это… что-то подсказывает, что нас не выпустят.
– Не выпустят, – согласился Женька. – Но если хочешь, я мышей попрошу.
– То есть, это не примерещилось?
– Мыши? Не. Нормальные ребята. Толковые. Тут, правда, только диверсионный отряд, на разведке, но твою фигню перенести хватит. Только скажи, куда доставить.
А куда?
Под забор?
– Хотя… я ваш адресок знаю, сам скажу.
Осталось надеяться, что Фёдор Фёдорович адекватно воспримет информацию.
– Ты менталист? – уточнил Наум Егорович на всякий случай.
– Скажешь тоже. У меня и дара-то магического нету. Так, ведьмак…
И покосился, словно ожидая чего-то.
– Никогда не сталкивался, – Наум Егорович отчаянно пытался припомнить, слышал ли он хоть что-то о ведьмаках, но не выходило.
– Раньше, – поправил его Женька.
– Чего?
– Раньше, говорю, не сталкивался. А теперь вот столкнулся. Кстати, мыши просили передать, чтобы ты больше не разглашал планы императора.
– Я…
Вспомнился странный шум в кабинете Льва Евгеньевича. Сделалось совестно. Оно, конечно, случайно получилось, но всё равно нехорошо по отношению к коллегам.
– Я нечаянно. Так, что в голову пришло, то и нёс.
– Вот и я сказал то же самое. А за мир не волнуйся, это Вильгельмушка ещё молодой, вот и тянет на всякую дурь, то жениться, то мир захватить. Потом подуспокоится.
– А Вильгельмушка – это кто?
– Император.
– Мышиный?
– А какой ещё?
– Действительно. Что-то я… недопонял.
Почему-то факт, что у мышей действительно есть император, не вызвал отторжения. Напротив, факт этот воспринялся вполне себе спокойно.
– Антидот твой хорош, да не так, чтоб совсем уж. Погодь, – Женька поднялся и пересел. – Не боись, я из тебя просто дрянь повытяну, которой нахватался… где был? Мертвечиной прям так и несёт.
Наум Егорович понюхал рукав.
Пахло мылом и хвоей, и ещё химической отдушкой.
– Внизу, похоже. Они там прокол пространства стабилизировали. А с него тянет… таким… нехорошим.
– Некромантикой, – сказал Женька и за руку взял. – И сильно, видать, сквозит.
– Во-во… а они там… эксперименты… фармацевтика… артефакты. И это, поле… что-то делают, а пока не понятно, что именно…
Голова вдруг закружилась и на какое-то время в ней не осталось мыслей. Вот совсем-совсем. Ни одной, даже самой захудалой мыслишки. И такая лёгкость воцарилась, с облаками сахарной ваты и злою родственницей супруги, которая с облако на облако перепрыгивала, потрясая старым веником да лихо, по-гусарски, матерясь, что не позвали на свадьбу.
– Вот и всё, – тётка вдруг исчезла вместе с облаками, а Наум Егорович обнаружил себя, лежащим в кровати. Голова ещё кружилась, но уже, к счастью, не совсем пустая. – Погодь, не вставай. Сейчас чутка пропотеешь… если что, там туалет есть.
– Я думал, только в коридоре.
– Не. В палате тоже. Сам подумай. Замучились бы они народ водить. Ты иди, а то организм не сдюжит.
Предупреждение подоспело вовремя. В туалете, который оказался до неприличия узким, Наума Егоровича вывернуло.
– Дрянь они тут какую-то затеяли, – Женька не пошёл следом, но бодрый его голос вызывал всё новые и новые спазмы. Впрочем, вылетало в унитаз почему-то не съеденное, а чёрная жижа. И главное, факт этот вновь же принимался разумом, как должное.
Хотя забеспокоиться бы.
Вдруг да кровотечение.
– Что… ты знаешь… если знаешь, – Наум Егорович оглянулся.
– Водичка вон, – Женька протянул кружку, пластиковую и лёгкую. – В стене краник…
И на том спасибо. Хоть рот прополоскать получилось.
– Знаю… в общем, тут такое… смотри, всё не повторю, тут вам с девонькой надо пообщаться.
– С какой?
– С той, что в невесты первого жениха моей племянницы метит.
А может, всё-таки бред? Такой же, как с тёткою. Ведь вполне себе реальною тётка казалась. Бодрою вон. Прям на зависть. А тут мыши, ведьмак и мексиканский сериал в русском устном изложении.
– Не бери в голову, – ответил Женька на взгляд. – Там всё сложно. Но, в общем, детишки пропадают. Я, чего смог, то и запомнил… имена так не особо, но говорю ж, девонька собрала полное досье. Только вы там сами всей гвардией не лезьте, напугаете ещё её, и Васятку… а оно вам надо?
– Мы… детей не пугаем.