Карина Демина – Советник (страница 23)
– Расскажешь? – Миха огляделся.
Мага унесут наверх. Джер рядом крутится и вид пренедовольный. Миха взял на себя больше, чем следовало? Потом извинится.
И объяснит, что маленькие девочки, которые ко всему чужие невесты, его не интересуют вот совершенно. А вообще за мальчишкой приглядывать стоит. Мамаша его спит и видит, как бы Миху выпроводить. И конец света приближающийся вряд ли на нее повлияет.
А значит, осторожнее надо быть.
С обеими.
– Что? – Ица мотала ногами.
А люди, которым случалось пройти мимо, старательно делали вид, что ничего-то необычного не происходит.
– Все. Давай с самого начала. Если здесь опасаешься…
Она мотнула головой. Эта девочка определенно ничего не опасалась.
– Мама заболела, – она задумалась, явно пытаясь сообразить, с чего же начать. – Отец любить. Мама. Сильно. Он мочь взять много жен. Много-много.
Она растопырила пальцы на руках.
– Но не стал?
– Ему говорить. Мама родить я. Только. Других нет. Говорить, что слабый. Что надо наследник. А он не хотеть. Даже просто женщин. Там много женщин. И все хотят быть с отец. Раньше. Отец умер.
Она снова задумалась, явно пытаясь свыкнуться с этой мыслью.
А Джер бочком подобрался ближе. Но тревожить не стал, только на Миху поглядел так, что едва совесть не проснулась. Нет уж, совести здесь не место, а знать, что же там случилось, надо.
– Этот жрец…
– Приходить. Раньше. Быть Верховный. Верховный старый. И скоро помереть. Так рабы шептать. Но бояться.
– Верховного жреца?
Она кивнула.
– Страшный такой?
– Нет. Добрый. Он не говорить, что я… нехорошая. И маму слушать. И утешать, когда она плакать. Нет, Верховный… хороший.
– А чего боятся? – не выдержал Джер.
– Он идти вверх, – Ица указала на небо. – И говорить. Приносить богам. Резать.
Она постучала по груди.
– Сердце. Для богов. Он не злой. Но так надо.
– То есть, он приносил в жертву людей?
– Да.
Миха прикусил губу. Добрый дедушка… хотя… палач тоже, если подумать, сам по себе человек не злой.
– Я раньше мало думать. Не видеть. Играть. И с мама. Мама говорить. Многое. Сказки. Я думать, что сказки. А она… она говорить, что жила далеко-далеко. В тайном месте. А потом её привели. И сказали, что она должна. Должна… – девочка произнесла что-то на своем. И Миха пожалел, что отпустил мага.
Потом подумал и решил, что и так ясно, чего она там должна.
– Она думать, что один ночь, – Ица показала палец. – И назад. А отец сказать, что нет. Он сказать, что жена.
То есть у жрецов были планы, но вмешался Император, перечить которому они не рискнули. Или не были уверены, что избранная забеременеет, все же дело такое, тут одной ночи может и не хватить. Или подумали, что не стоит из-за мелочей конфликт нагнетать. В конце концов, Император ведь.
И бабья вокруг него полно.
Рассчитывали, небось, что поиграется да и забудет. С Императорами подобное случается частенько. А он взял и не забыл.
Влюбился.
На сказку похоже? Похоже. Только финал у этой сказки так себе. В духе места и времени.
– Мама тоже любить. Говорить, что никто не заботиться так. Но другие не хотеть её. Жена.
И это тоже понятно.
Император ведь – фигура. И на место подле него рассчитывали многие. А тут появилась некая девица из ниоткуда и разом в дамки. То есть в императрицы. А еще и других жен брать отказался.
Понятное дело, любви это не прибавило.
– У меня быть все. Все, чего хотеть. И отец говорить, что посадит рядом. Что я наследовать, – она ударила в грудь кулаком и едва не упала. – Он дать мне другое имя. Мальчик. И сказать всем, что я мальчик.
Миха переглянулся с Джером, который тоже выглядел несколько озадаченным.
– Так надо. Император править. Кровь. Он водить меня к предкам. Тайна. Первая пирамида. Гореть огонь. Я дать свою кровь. Кровь принять. И предки сделать… – снова непонятное слово, и теперь уже надо бы запомнить, потому как чуется, что сделали предки чего-то такое, о чем стоило бы знать. – Я получить сила. А мама заболеть.
– Погоди, – Миха тоже оперся на ограду. И гуси зашипели. Здоровые твари, однако. – То есть, твой отец отвел тебя куда-то… в особое место, где провел ритуал, который дал тебе способности?
Кивок.
– Сделал это тайно, хотя…
– Думаешь, тайны не получилось? – поинтересовался Джер и поежился. – Не люблю гусей. В детстве на меня такой налетел. Так чуть глаз не выклевал. В комнату подкинули.
Кто подкинул, уточнять, пожалуй, не стоит. Но на вопрос ответил.
– Император ведь. Он не сам по себе. Рядом постоянно охрана. И слуги.
– Рабы, – подсказала Ица.
– И они были?
Кивок.
– Несли, – она загнула пальцы. – Хранить. И еще помогать. Наверх. И жертва нести. Без жертва к богам нельзя. Даже Императору. Порядок.
– Так себе тайна, – оценил Джер. – Или рабы проболтались, или охрана… или вообще соглядатаи. Моя мачеха платила некоторым рабам, чтоб они за мной приглядывали. Издалека. Они и приглядывали. Вечно доносили, куда хожу и что делаю.
Ица подумала и опять кивнула.
– Он прийти. Потом. Тот жрец. Нинус. К мама. И говорить. Долго-долго. Она спорить. Он хотеть забрать меня. К себе. И говорить, что никто не узнает. Что будет другое дитя. Как я.
Она провела рукой по лицу.
Зеркало. То, о котором жрец упоминал. Хитрый засранец, однако. Интересно, впрочем, что пошло не так… когда… ведь если Миха правильно понял, то по изначальной задумке подмена занимает место Ицы, а сама Ица попадает в заботливые руки жрецов.
– Я слушать. Тихо, – Ица указала на уши. – Мама так сказать. И сказать, что нельзя верить. Совсем. Я не понимать. Мама говорить ему, что нет. Она не отдать меня. И отец не отдать. И он понять, что я – не я. И что тогда всем быть плохо. Горе. И что они ошибка. Я ребенок. Ребенок не мочь избавить мир от гнева.
Она явно волновалась.
– Конечно, ошибаются, – сказал Миха спокойно. – И хорошо, что твоя мама это поняла. Смерть одного ребенка вряд ли что-то изменит.
Вздох.
И Джер открывает было рот, чтобы сказать что-то, наверняка успокаивающего толка, но тут же закрывает.
– Мама болеть. Он уехать. Нет. Сначала он уехать, а она болеть. Приходить Верховный. И другие. Все смотреть, но никто не знать. Она стать слабой. Совсем. Потом… потом еще хуже. И она понять. Она велеть мне прийти. Принесть. И говорить. Что жрец хотеть меня убить. Что есть Верховный и жрецы. И есть другие. Тоже жрецы. Тайна.
– Тайное общество?