Карина Демина – Еще более дикий запад (СИ) (страница 56)

— Ни сиу, ни орки, ни прочие… там, за океаном, я не удивлялся тому. А здесь задумался над тем, что же является причиной? И начал изучать. Оказалось, что в вашей крови… не у всех, но у многих, есть примесь и нашей.

Он замолчал.

— Я думаю, что запрет на смешение крови появился не просто так. Возможно, тот, кто людей сотворил… или изменил? Не знаю, но вряд ли все обрадовались. Скорее всего, его уничтожили.

— Но не людей.

— Нет. Вас много. Да и мы тогда думали, что храним мир.

Только это не мешало его уродовать.

— Как бы то ни было, но эта малая частица позволяла многое. И тогда… тогда я решил повторить. Усилить кровь. Это потребовало сил. Многих. Сперва я использовал других драконов, тех, что пришли за мной, и еще тех, которых я позвал. Странно, что они, способные внушить любовь малым народам, оказывались сами пред нею беззащитны. И чем старше, чем опытней, тем слабее. Но их крови было мало.

Крови, как понимаю, всегда не хватает.

Кому-то.

— Я бы попробовал кровь Праотца, но её не осталось. Кроме той, что хранил мой брат.

— А он не отдал.

— Именно.

— И забирать у других ты не стал?

— Та уже не годилась. Я изменил её однажды, и новое претворение сделало бы её бесполезной.

Ну да, хреновато, если так.

— Тогда я взял собственную кровь, — сказал Кархедон. — И сотворил подобных тебе.

— Людей?

— Вы были людьми. И еще самую малость — драконами. Вы не просто способны оказались устоять перед проклятым даром нашим. Вы… вы вовсе перестали в нас нуждаться.

И прозвучало так обиженно.

— Извини, — сказала я, разведя руками.

— Ничего. Если подумать, то этого я и желал.

— И ты повел своих измененных к городу?

— Именно.

— И уничтожил его.

— До того, как они уничтожили меня.

— А почему сам там остался?

— Я попросил.

Я обернулась на голос. Кархедон.

И теперь они выглядят братьями, похожими друг на друга, как отражения.

— Он ведь тебя убил!

— И меня. И прочих. И… не знаю, возможно, он был прав.

— Или вы оба ошибались, — я поднялась, чувствуя, что руки холодеют и ноги тоже. Возвращаться пора? Хреноватый из меня, видимо, шаман. — Но скажите, вы встречались с кем-то, вроде меня? Ну, проклятым там или наоборот… таким, смазливым. И наглым. Засранцем.

Драконы переглянулись.

Я же, вздохнув, сказала:

— Оно опять началось. Появился человек, который дурит головы женщинам. Причем всем, что человеческим, что нет. Они в него влюбляются. И вообще перестают соображать.

— Это плохо, — сказал Кархедон.

А то, было бы хорошо, я бы не маялась вопросами.

— А еще он собирает твои артефакты, те, которые с древней кровью.

— Зачем? — удивился Эрханен.

— Я думала, ты подскажешь.

— Нет. Они нужны лишь для моих детей и только. Их невозможно изменить.

— А уничтожить? — сердце обмерло.

— Уничтожить? Уничтожить возможно. Но зачем кому-то… — он задумался, а потом тряхнул головой. — Вот что, девочка, мне кажется, что кто-то опять возомнил себя хранителем мира.

И решил извести расы, которые этому миру жить мешают? Вот… и главное, на драконов вину теперь не свалишь. Все наше, человеческое.

— И что мне теперь делать?

Прозвучало на редкость беспомощно.

Эрханен и Кархедон посмотрели на меня с укором:

— Ты же дракон! — сказали они одновременно. — Убей этого засранца.

Ага… такой себе совет, жизненный. И нет, в душе не протестую.

— Погодите, — я почувствовала, как мир ускользает из моих рук. — А те женщины? Что с ними будет? Они… умрут?

Чарли не обрадуется.

И не только он. У других ведь тоже есть и братья, и родители, и… их много! И взять вот так просто уничтожить?

— Ты не поняла? — улыбка черного дракона была жутковатой. — Все дело в крови. В крови и силе.

И мир, завертевшись, рухнул.

Погодите! А инструкцию?!

Глава 24. Где речь идет о планах и перспективах

Чарльз не удивился исчезновению Странника.

— Доброго утра, — хозяин дома, облачившись в простой домашний костюм, поверх которого он накинул атласный халат, дружелюбно оскалился. В зубах он держал очередную сигару, и дым её наполнял гостиную. — Мой дорогой племянник настоятельно просил вас дождаться его.

— А сам он где?

На завтрак была холодная буженина, сыр, хлеб и масло.

— Отправился навестить друзей, — Дэн поставил на стол еще пару склянок. — Варенье. Вроде бы. Но не уверен. В этом доме пора навести порядок.

— Вы сейчас о чем?

— Обо всем, обо всем… дела наши грешные… — он коснулся щепотью лба. — Извините, я не особо верующий, но иногда приходится. Так о чем мы?

— Ваш племянник.

— Вернется, — отмахнулся Дэн.