Карина Демина – Белая башня (страница 12)
Первым ступал Тень, взваливший на плечо мальчишку. У Михи были подозрения, что здоровья это парнишке не прибавит.
Да и не только ему.
Миара брела, повиснув на Винченцо, но хотя бы сама переставляла ноги. А вот Ицу пришлось нести. И ладно, весу в ней почти не было.
– Твою ж… – барон шлепнул рукой по шее. – Есть у вас заклятье против комаров… и мух… и жары… и лучше бы, чтоб как в сказке, раз и мы на месте.
– Я бы тоже не отказался, – просипел Карраго, останавливаясь.
По дороге он где-то добыл кривоватую палку, на которую и опирался. Вид, к слову, у великого мага был так себе. Глубоко немагический. Скорее уж у Михи начинали закрадываться подозрения, что еще немного, и нести придется в том числе и великого.
– Тут… уже ничего осталось, – барон тоже перевел дыхание и поглядел на Миху виновато. – Если прямо…
И вправду недалеко.
По прямой.
Правда, на этой прямой забыли пару оврагов с отвесными склонами да заросли какого-то на диво колючего кустарника. Их пришлось обходить, и Михе даже начало казаться, что эти треклятые заросли будут тянуться вечно.
Но вот лес вдруг расступился. Причем как-то так резко, что Миха с трудом удержался от шага вниз.
Обрыв.
Нет, ну с их-то счастьем… река имелась. Внизу. А еще склон, снова же поросший уже знакомым кустарником, из которого то тут, то там поднимались сухие хлысты деревьев.
– Все, – Карраго рухнул на задницу. – Староват я стал…
И руку прижал к груди, замолчал, слушая сердце.
– Ну извините, я к реке обещался. И привел, – барон поглядел на упомянутую реку и поморщился. – Она же ж вот. Рядышком.
Рядышком.
Всего-то надо, что спуститься. Можно даже кувырком. Миха вот, пожалуй, смог бы. Да, шкуру бы подрало и крепко, но заживает на нем быстро.
– Не советую, – Миара опустилась на землю аккуратно. – Ледория. На редкость своеобразная зараза… обычно произрастает в местах, где имел место выброс тьмы. Её и поглощает.
А выглядит, как обыкновенный шиповник. Разве что сизые колючки великоваты. А листочки сморщенные да в налете.
– Раны оставляет глубокие. И нарушает тонкие энергетические связи. Так что… – она закрыла глаза и сделала вдох, успокаиваясь. – Для всех… даже для нежити… универсальное средство… пытались выращивать.
Миха молча протянул флягу с водой, которую магичка приняла.
Тень аккуратно устроил сына на моховой подстилке. Мальчишка, к слову, очнулся, правда, вряд ли ясно понимал, что происходит. Уж больно затуманенным был взгляд.
А еще он чудовищно похудел за прошедшие дни.
И Миара потянулась к пациенту.
– Сиди уже, – рявкнул Карраго. – Без тебя разберусь.
– Я…
Она руку убрала и горделиво выпрямилась, устремив взгляд куда-то на другой берег. Миха тоже поглядел, но толком ничего не увидел. Тоже лес зеленеет.
– Надо искать спуск, – предложил он.
– Надо сперва разобраться, где мы находимся и в какую вообще сторону двигаться, – Тень наблюдал за тем, как Карраго водит руками над его сыном.
И внимательно так.
Настороженно.
Определенно не доверяя до конца, но при этом очевидно отдавая себе отчет, что иных вариантов у него просто-напросто нет.
– Туда, – Джер без всяких сомнений указал на другой берег. – Нам туда. Ну… меня туда тянет. Во всяком случае.
И шею почесал.
Комары его искусали знатно, и рожа барона утратила всякую претензию на аристократизм.
– Такое вот чувство, что… в общем, надо.
Переспрашивать мальчишку не стали.
– Тогда стоит передохнуть. И да, на ночевку я бы предпочел устроиться у воды, – Карраго помахал руками. – Тем более, если на той стороне тоже заросли…
Миха поскребся.
И переглянулся с Тенью. Кто-то один должен остаться. Маги явно вымотаны, Миара вон, утративши остатки гордости, просто легла и свернулась клубочком, глаза даже прикрыла. Винченцо просто дышит, широко открыв рот, и кожа его сера то ли от пыли, то ли от усталости. Карраго кажется почти бодрым, но Миха нутром чует, что тот куда слабее, чем представлялось. Джер, конечно, с мечом, но он все-таки ребенок. И много ли сдюжит?
– Я пойду, – решился Миха. – Ты… огонь тут сообрази. Поесть может. Да и просто…
Не признаваться же, что Миха понятия не имеет, что там нужно делать. А вот проход вниз он как-нибудь отыщет.
Тропинку там.
Или еще чего.
Или протопчет на худой конец. Меч у него снова же имеется. Можно сперва мечом ветки порубить, а потом… в общем, вариантов множество. Главное, найти место, где берег не такой крутой.
– Туда иди, – Тень махнул рукой. – Хотя… хрен его знает.
Останавливать и отговаривать, убеждая, что сейчас все отдохнут и двинутся дружною толпой на поиски спуска, его не стали.
Жарко.
Все-таки очень жарко. И чувство такое, что жар этот изнутри жжет. Главное, что там, в замке, Миха так от жары не маялся. А тут тело словно плавится. И вода помогает слабо. Впрочем, воду Миха бережет, что-то подсказывает, что еще пригодится.
Берег вытянулся ровной струной. И это само по себе подозрительно донельзя. Не бывает настолько ровных берегов, чтобы прямо по линеечке вычерченный. И кустарник этот. Местами он поднимался, выбрасывая из обрыва изломанные плети, впиваясь шипами во влажную мокрую землю. Местами, наоборот, сползал почти до самой воды. Вот только берег продолжал оставаться крутым, отвесным.
И сколько идти?
Тысяча шагов? Две? Десять?
А есть ли смысл в другую сторону глянуть? Или все-таки надо еще углубиться? Главное, чтобы опять туман не случился, а то ведь уйти легко.
Вернуться же…
Шорох в кустах услышал Дикарь. Он же заставил Миху обернуться, впрочем, как-то лениво, словно заранее признав, что за шорохом этим опасности нет.
Миха принюхался.
И…
– Выходи, упырь, – сказал он почти ласково, правда, все одно подобрался. Кто этого, клыкастого, знает-то?
– Ирграм, – упырь выбрался бочком. Стал он словно бы еще ниже. И кожа посерела, правда, неровно как-то, пятнами. – Меня зовут Ирграм.
– Можешь называть меня Михой, – Миха не сводил с упыря взгляда.
– Приятно познакомиться…
Он и поклон изобразил.
А из соседнего куста выбралась его тварюга, которая вот уставилась на Миху без малейшей приязни. Более того виделась в красных глазах её готовность слегка расширить собственный рацион.
– Заблудились? – осведомился упырь пресветским тоном.