Карина Адам – Под Прикрытием (страница 24)
На первой ступеньке ко входу я резко застыла. Телефон мигнул сообщением:
«Александра, Александра
Этот город наш с тобою
Стали мы его судьбою
Ты вглядись в его лицо…
Где мой кофе?»
Я уставилась в экран, как в древний манускрипт.
Сначала — лёгкая истерика.
Потом — нервный смешок.
А потом — осознание: он реально цитирует «Москва слезам не верит».
Он что, фанат советского кино?
Превосходно. Ещё один пунктик в списке его… странностей.
— Всё нормально? — Лера, уже шагнув вперёд, обернулась. — Ты замерла, как будто скриншотнулась.
— Я… просто вспомнила, что кое-что забыла, — промямлила я.
— Утюг? Котлету в микроволновке? — усмехнулась Даша, прищурившись.
Я фыркнула, пряча неловкость:
— Очень остроумно.
— Мы тебя знаем, — Лера скрестила руки. — У тебя этот взгляд… Как будто сейчас совершишь преступление против человечности. Признавайся. Во что опять вляпалась?
Я зависла. Неужели они и правда что-то чувствуют? Вот именно поэтому я не хотела тащить их с собой.
— Да нет, просто… надо передать кое-что одному человеку.
— “Кое-что”? — хором переспросили обе.
— Кофе, — сдалась я, крепче прижимая стакан, будто он священный грааль. — Одному знакомому.
— Ага, конечно, — протянула Даша.
— Что за знакомый? — Лера прищурилась.
— Просто… знакомый, ладно? Мне надо быстро отдать ему кофе и вернуться до звонка.
— Подожди… — Даша уставилась на меня, как на уравнение. — Он что, даже не из нашей школы?
— Девочки, я потом всё объясню. Честно, — выкрутилась я и поспешно сбежала вниз по ступенькам.
Чувствовала на спине их взгляды.
После того, как отдам кофе, мне точно придётся пройти через допрос с пристрастием.
Но сейчас… мой персональный бог высокомерия уже ждал у калитки гимназии.
Он лениво зевал, облокотившись на ограду. Увидев меня, расплылся в фирменной ухмылке.
Ухмылке, от которой одновременно хотелось швырнуть в него стакан — и почему-то улыбнуться в ответ. Но я подавила оба желания.
— Пять минут задержки, — лениво произнёс он, делая шаг навстречу. — Александра, ты разбиваешь мне сердце.
— А ты мне — мозг, — огрызнулась я, протягивая кофе. — Лови свой эликсир бодрствования и самомнения.
Он тихо усмехнулся и взял стакан, едва коснувшись моих пальцев.
— Ты сама вчера вернулась. Я всего лишь позволил тебе быть полезной.
— И ты этим нагло пользуешься, — пробормотала я, бросив взгляд к школьному двору.
Надо было уходить. Срочно. Желательно — в другую страну. Или на Марс.
— Погоди, — он вдруг наклонился чуть ближе, прищурившись. — Ты не ответила на сообщение. Я начал волноваться.
— Ты процитировал советский фильм, Леон. Тут вообще можно не отвечать. Разве что «спасибо за культурное насилие».
Он усмехнулся шире.
— У тебя зелёные глаза. Ты обязана знать «Москву слезам не верит». Это почти как паспорт.
— Леон…
— Ладно, ладно, — поднял руки в притворной капитуляции. — Беги, пока твои подруги не устроили спасательную операцию против коварного кофейного негодяя.
— Уже поздно. Мне назначили три допроса и одно изгнание из круга доверия, — буркнула я, разворачиваясь. Но на полушаге он снова окликнул:
— Саша.
Я остановилась.
— Ты хорошо выглядишь по утрам. Даже с таким выражением лица, будто готова меня прикончить.
Я закатила глаза, но сердце, предатель, всё равно сделало кульбит.
Не оборачиваясь, бросила через плечо:
— Это потому что я действительно готова.
И, ускоряя шаг, почти не услышала, как он усмехнулся мне вслед.
15
Возвращалась я в школу как на траур. В голове крутилась одна мысль — как объясниться с девчонками так, чтобы они не обиделись?
Я ведь столько от них скрыла…
Когда подошла ближе к нашему кабинету, меня встретили громкие крики, визг и возгласы.
Что за балаган?
Открыв дверь, я замерла.
У доски стояла наша классная — Мария Васильевна, строгая, собранная, обычно сдержанная.А сейчас… сейчас она пыталась перекричать класс.
Блин… Я что, прозевала звонок?!
Да вроде в коридорах ещё сновали ученики…
Вообще-то, по расписанию у нас должна была быть история.Классные часы в одиннадцатом классе устраивали редко. Обычно классная собирала нас на переменах — в начале или после уроков.
Но не сейчас.
Сейчас здесь происходило что-то странное.
— Саша, заходи и присаживайся, — заметила меня Мария Васильевна и махнула рукой, будто приглашая к столику для переговоров.