Карина Адам – Под Прикрытием (страница 12)

— Что?.. — парень замер, а потом прищурился. — Леон, ты ничего не попутал? Я здесь с первого сентября сижу. С первой рассадки.

Леон усмехнулся. Медленно, холодно.

— Ну, значит, больше не сидишь.

Его голос был почти вежливый, но в этой вежливости чувствовалось такое давление, что воздух вокруг словно стал плотнее.

Если бы взглядом можно было убивать — Матвея бы сейчас выносили. И, похоже, он сам это понял. Брови дёрнулись, губы сжались, но он не стал спорить.

— Обойдётесь, — буркнул он, схватил свои вещи и ушёл в первый ряд, шумно отодвигая стул.

Леон сел на своё место и, не глядя на меня, коротко сказал:

— Садись.

Я кивнула и села рядом, стараясь не выдать дрожь в коленях.

Вот так начинается мой первый день в «мире только для мальчиков».

«Козловская, ты где?»

Сообщение от Дашки всплыло на экране — в нашем общем чате в WhatsApp, где были только мы трое: я, Лера и она.

Чёрт.

Уроки.

Я напрочь забыла, что вообще-то учусь в другой школе. Леон так захватил всё внимание, что мозг будто отключил функцию «школьник в расписании».

Бежать обратно в свою школу было бессмысленно. Пока выберусь из этой гимназии незамеченной — пройдёт целая вечность. Да и Леон… Сильно сомневаюсь, что он мне позволит просто взять и исчезнуть без последствий.

«Пошли месячные. Побежала домой переодеваться», — быстро набрала я.

Классика. Работает всегда.

Не тут-то было.

«Разве они у тебя не должны были пройти неделю назад?» — тут же ответила Лера.

«У нас вроде цикл в одно время», — добавила она, как будто проводит научное расследование.

Вот чёрт!

Совсем вылетело из головы, что мы синхронизировались ещё с весны. Надо было придумать что-то поумнее, но поезд уже ушёл.

«Сбился в этом месяце что-то. Девочки, прикройте меня перед учителем, пожалуйста», — написала я, добавив грустный смайлик.

На большее фантазии не хватило. Только бы не начали звонить…

Я едва успела отправить сообщение, как почувствовала на себе чей-то взгляд. Подняла глаза — Леон.

Он смотрел на меня, как учитель на двоечника, которого застали за списыванием.

— У нас, вообще-то, урок, — сказал он тихо, но так, что стало холодно по спине. — Или ты решила, что уже можешь расслабиться?

Я автоматически заблокировала экран телефона, спрятала его в карман.

— Извиняюсь, — пробормотала я.

Он хмыкнул.

— Если тебя утомляет моя компания — можешь вернуться в свою школу. Правда, я не гарантирую.. что смогу промолчать— про незаконное проникновение девчонки на закрытую территорию гимназии для парней.

Я аж подпрыгнула от этих слов.

— Да нет! Всё нормально, правда, — зашептала я поспешно, пытаясь выглядеть максимально прилежной.

— Вот и отлично. Тогда веди себя соответственно, — бросил он и отвернулся к окну.

После этого я уже не рискнула даже моргнуть в сторону телефона.

Кажется, для Леона я была теперь не просто «трофейщицей», а ещё и безответственной.

И это, почему-то, задевало.

А еще меня до жути злило, что он сразу начал угрожать. Как будто я сама не знаю, какие у меня были бы проблемы, в случае моего обнаружения.. От одной только мысли, что родителей вызвали бы в школу, из-за того, что я вдруг решила прокрасться в частную закрытую школу, и украсть чьи-то трусы..аж в дрожь бросало.

— Леон, кто это с тобой? — спросил какой-то парень справа от нас, прищурившись на меня.

— Шурик, — невозмутимо ответил Леон.

— Я — Саша, какой ещё Шурик? — прошипела я ему в бок, незаметно щипнув его за рукав.

Он даже не моргнул.

— Так с нами вроде такой не учился… — нахмурился парень, вглядываясь.

Леон лениво пожал плечами, откидываясь на спинку стула.

— Это новенький. С сентября с нами. Просто вы его не замечали, — произнёс он с такой убеждённостью, будто лично подписывал мои документы на зачисление.

Парень всё ещё хотел что-то сказать — на лице у него читалась та самая «мужская чуйка», что-то не сходилось — но в этот момент в класс вошёл преподаватель.

Гул стих почти моментально. Все поспешили занять свои места, а я съёжилась, натягивая капюшон чуть ниже, будто он мог спрятать меня от всей этой действительности.

Преподаватель вошёл в класс, и наступила почти болезненная тишина. Такой эффект не каждый педагог способен вызвать, но этот, судя по всему, умел держать внимание.

Высокий, в дорогом костюме, с ровной осанкой и аккуратно подстриженной бородкой, он прошёл к кафедре. Взглядом окинул класс — цепким, почти рентгеновским. На долю секунды его глаза задержались на мне, и меня будто током ударило. Я замерла. Сердце стучало где-то в горле.

Но… он отвернулся к доске, и я выдохнула.

— Тема сегодняшней лекции — «Государственный переворот 1801 года и убийство Павла I. Причины и последствия», — спокойно произнёс он, выводя заголовок на интерактивной панели.

— Шурик, ты чего сидишь? Записывай, — раздался сбоку ленивый шёпот Леона. Я перевела взгляд — на моём столе уже лежала тетрадь и ручка.

— Что? — мои глаза чуть не выскочили из орбит.

Он только приподнял уголок губ, ухмыляясь.

— Я вчера не выспался. Хочу немного поспать. Сегодня ты — мой личный писарь.

— Что?! — зашипела я, потрясённая его наглостью.

Леон беззастенчиво уложил голову на парту, заложив руки под щёку, будто это его привычное место для сна.

— Внимательно слушай лекцию. Потом проверю, как ты справилась, — пробормотал он, уже почти засыпая.

Я уставилась на доску, пытаясь хоть что-то записать, но в голове гудело только одно: «Что, чёрт возьми, я здесь делаю?»

Весь урок я сидела как на иголках, будто на допросе в каком-нибудь фильме про шпионов. Пальцы судорожно водили ручкой по строкам, курсивно выводя каждое слово за преподавателем. Почерк плясал, как пьяный на дискотеке, но я старалась — если уж писать, то без ошибок. Леон ведь обещал проверить. Да-да, конечно, прямо как преподаватель.

А он…

Спокойно посапывал рядом, будто у нас тут не гимназия, а пятизвёздочный курорт с режимом тишины и заботы о сне гостей. Губы его чуть тронула ленивая усмешка, будто он видел какой сон с привкусом триумфа.

Я испепеляла его взглядом так яростно, что в другой реальности его брови, возможно, уже загорелись.

Вот же засранец.