Карин Слотер – Хорошая дочь (страница 72)

— Спасибо, господин прокурор, вы можете пройти обратно к своему столу. — Лайман, как старый судья, тоже хорошо знал эти игры юристов. — Где будет находиться ответчик во время ожидания судебного рассмотрения дела?

Коин вернулся за свой стол, обращаясь к судье:

— Ответчик будет содержаться либо в городской, либо в окружной тюрьме в зависимости от того, что будет расценено как наиболее безопасное место для нее.

— Мисс Куинн? — спросил судья.

Сэм понимала: нет никаких шансов, что Келли Уилсон отпустят под залог. Она сказала:

— В настоящее время я не имею возражений по поводу местонахождения моей подзащитной, Ваша честь. Что касается вопроса, упомянутого ранее, я хотела бы отозвать право мисс Уилсон на рассмотрение обвинений большим жюри. — Келли уже обвиняется по достаточным основаниям в двойном убийстве первой степени. Сэм не хотела, чтобы в результате созыва большого жюри к этим обвинениям добавились новые. — У моей подзащитной нет намерения тормозить процесс.

— Очень хорошо. — Лайман опять что-то записал. — Мистер Коин, намерены ли вы вести это дело как открытое, то есть с раскрытием всех относящихся к делу документов и фактов?

Коин раскинул руки — Христов апостол, не иначе.

— Всегда, Ваша честь. Если на то нет юридических оснований, наше управление всегда стремится вести дела открыто.

Сэм раздула ноздри. Она напомнила себе, что Расти придется побороться за больничную видеозапись.

— Мисс Куинн, вы удовлетворены этим ответом? — спросил Лайман.

— На данный момент да, Ваша честь. Я сегодня выступаю в качестве второго адвоката. Мой отец займется подачей ходатайств в суд, как только будет в состоянии приступить.

Лайман отложил ручку. Впервые за все время в его взгляде на нее не было осуждения.

— Как себя чувствует ваш отец?

— Рвется развивать бурную деятельность в защиту мисс Уилсон, Ваша честь.

Лайман скосил губы набок, очевидно, не вполне разгадав ее тон.

— Вы понимаете, что это дело об убийстве при отягчающих обстоятельствах, мисс Куинн, то есть сторона обвинения, вероятно, будет требовать смертной казни, на что она имеет полное право?

— Да, Ваша честь, я понимаю.

— Я не знаю традиции тех мест, откуда вы родом, мисс Куинн, но мы здесь очень серьезно относимся к обвинениям в преступлениях, наказуемых смертной казнью.

— Ваша честь, я родом с Уиндер-роад, примерно в шести милях езды отсюда. Я понимаю, насколько серьезны эти обвинения.

Лайману явно не понравилось хихиканье в зале.

— Почему у меня есть ощущение, что вы на самом деле не выступаете вторым адвокатом вместе со своим отцом? — Он сделал широкий жест рукой. — Другими словами, что вы не намерены продолжать эту работу на протяжении всего процесса.

— Полагаю, что мистера Граля вы ставили в такое же положение, Ваша честь, но, уверяю вас, я вовлечена в дело и намерена полностью поддерживать мисс Уилсон любыми способами, которые от меня потребуются во исполнение обязанностей по ее защите.

— Хорошо. — Он улыбнулся, и у Сэм кровь застыла в жилах, потому что она попалась в его ловушку. — Есть ли у вас вопросы или сомнения по поводу способности ответчицы сотрудничать с вами или понимать суть данного процесса?

— В настоящий момент я не поднимаю этот вопрос, Ваша честь.

Лайман не собирался так быстро ее отпускать.

— Давайте поможем себе, мисс Куинн. Если вы, как второй адвокат, поднимете этот вопрос в будущем…

— Я бы делала это только на основании научной проверки, Ваша честь.

— Научной проверки? — с подозрением переспросил он.

— Мисс Уилсон продемонстрировала высокую степень внушаемости, Ваша честь, и я уверена, что обвинение может это подтвердить.

Коин вскочил с места.

— Ваша честь, я не могу…

Сэм продолжила, не давая ему сказать:

— Речевой интеллектуальный запас мисс Уилсон представляется ограниченным для восемнадцати лет. Я бы хотела провести оценку ее памяти касательно визуально-невербальной коммуникации, языковой функции, нарушений воспроизведения словесной и кодированной информации, а также оценку ее эмоционального и интеллектуального развития.

Коин усмехнулся.

— И вы считаете, что округ за все это заплатит?

Сэм повернулась и посмотрела на него.

— Я слышала, что вы здесь очень серьезно относитесь к обвинениям в преступлениях, наказуемых смертной казнью.

Публика разразилась смехом.

Лайману пришлось несколько раз стукнуть молотком, прежде чем все успокоились. Сэм увидела, как уголки его губ едва заметно дернулись — он сдерживал улыбку. Судьи редко получали удовольствие от происходящего в зале суда. Этот человек сидел за судейским столом так долго, что наверняка считал, что ничего нового он здесь уже не увидит.

— Ваша честь, — Сэм осторожно зондировала почву, — могу ли я поднять еще один вопрос?

Он с подчеркнутой щедростью кивнул, показывая, что готов предоставить некоторую свободу действий.

— Почему нет?

— Спасибо, Ваша честь. Родители мисс Уилсон с нетерпением ждут возможности вернуться домой. Мы будем признательны, если сторона обвинения сможет обозначить конкретные сроки, в которые дом Уилсонов будет освобожден.

Кен Коин снова вскочил из-за стола.

— Ваша честь, на настоящий момент округ не имеет конкретных сроков окончания обысков местожительства Уилсонов. — Он, видимо, понял, что у него не получается соответствовать официальному стилю речи Сэм. Он расплылся в улыбке перед судьей. — Такие вещи очень трудно предсказать, господин судья. Нам необходимо время на тщательный обыск, проведенный в полном соответствии с инструкциями, указанными в ордере.

Сэм мысленно пнула себя за то, что не прочитала ордер заранее.

— Вот ответ на ваш вопрос, мисс Куинн, такой, какой есть, — сказал Лайман.

— Спасибо, Ваша честь.

Сэм смотрела, как он поднимает молоток.

Она еще раз обдумала его слова: «какой есть». Почувствовала момент уверенности: инстинкт подсказал ей, что сейчас самое время.

— Ваша честь?

Лайман отложил молоток.

— Мисс Куинн?

— Что касается следствия…

— Я считаю, мы рассмотрели этот вопрос.

— Я понимаю, Ваша честь, но дело в том, что существует видеозапись мисс Уилсон, сделанная вчера в то время, когда она была задержана в больнице.

— Ваша честь! — Коин снова был на ногах. — «Была задержана»?

— Содержалась под стражей, — уточнила Сэм.

— Вот давайте не будем… — Тон Коина сочился презрением. — Вы не можете…

— Ваша честь…

Лайман поднял руку, чтобы они оба замолчали. Он откинулся в кресле. В задумчивости сложил ладони домиком. В суде это не редкость: судьи могут остановить процесс, чтобы обдумать тонкости поступившего запроса. Обычно они откладывают проблему на потом: предлагают написать ходатайство или просто сообщают, что решение будет оглашено позже.

Иногда они перебрасывают проблему обратно на представителей сторон, а это значит, что надо быть готовым либо быстро изложить свои аргументы, либо рисковать получить предвзятое отношение судьи на весь оставшийся процесс.

Сэм напряглась, будто замерев в стартовой позиции на дорожке стадиона. Лайман упомянул следствие в самом начале, то есть он, скорее всего, считает, что Кен Коин склонен следовать букве, а не духу закона.

Лайман кивнул Сэм.