Карин Слотер – Хорошая дочь (страница 15)

Чарли запрокинула голову, чтобы из глаз не полились слезы. Бен много раз будил ее посреди этого кошмарного сна: обычный день в фермерском доме, Чарли и Расти готовят еду, стирают белье и моют посуду, а тело Гаммы гниет у кухонных шкафов, потому что полиция забыла забрать ее.

Может, дело было в том осколке зуба, который Чарли нашла в глубине одного из шкафчиков, — а что, если они еще что-то упустили?

— Твоя машина припаркована за твоим офисом, — сказал Бен. — Они закрыли школу. Возможно, она будет закрыта до конца недели. Там уже приехал фургон с телевизионщиками из Атланты.

— Папа уже там, причесывается?

Они оба невольно улыбнулись, потому что знали, как отец обожает выступать по телевизору.

— Он просил передать, чтобы ты держалась, — произнес Бен. — Когда я ему звонил, Расти так и сказал: «Скажи моей девочке, пусть держится там».

Значит, Расти не приедет к ней на помощь. Он считает, что его сильная дочь справится с этими выпускниками Полицейской академии, пока он спешит к дому Келли Уилсон, чтобы ее родители подписали контракт на его гонорар.

Когда люди говорят, как они ненавидят юристов, в голову приходит именно Расти.

— Я могу организовать, чтобы тебя отвезли в офис на патрульной машине, — предложил Бен.

— Я не сяду в машину с этими уродами.

Бен провел рукой по волосам. Ему пора постричься. Рубашка мятая. На пиджаке не хватает пуговицы. Ей хотелось бы думать, что он пропадает без нее, но на самом деле он всегда был неопрятным, и Чарли было проще дразнить его «бомжом-хипстером», чем достать иголку с ниткой.

— Келли Уилсон была в их ведении. Она не сопротивлялась, — заметила она. — С момента, как они надели на нее наручники, они отвечали за ее безопасность.

— Дочь Грега учится в этой школе.

— И Келли тоже. — Чарли наклонилась поближе. — Мы же не в Абу-Грейбе! У Келли Уилсон есть конституционное право на судебный процесс. Решать должны судья и присяжные, а не перевозбужденные копы, линчующие девочку-подростка.

— Я понял. Мы все поняли. — Бен подумал, что ее речь предназначалась волшебнику страны Оз с той стороны зеркала. — «Справедливое общество — это общество, живущее по закону. Нельзя быть хорошим парнем, если ведешь себя как плохой».

Он цитировал Расти.

Чарли продолжила:

— Они бы отмудохали ее до полусмерти. Или хуже.

— Поэтому ты решила предложить им свою кандидатуру?

У Чарли горели ладони. Она машинально соскребала засохшую кровь, скатывая ее в шарики. Ногти превратились в десять черных полумесяцев.

Она подняла глаза на мужа.

— Ты сказал, что у тебя есть показания девяти свидетелей?

Бен неохотно кивнул. Он знал, почему она об этом спрашивает.

Восемь копов. Когда Чарли сломали нос, миссис Пинкман там уже не было, а значит, девятое свидетельство дал Гек, а значит, Бен с ним уже поговорил.

— Ты уже знаешь? — спросила она.

Единственное, что сейчас имело значение для них двоих, — знает ли Бен, зачем она была в школе этим утром. Потому что если Бен знает, значит, знают и все остальные, то есть Чарли нашла еще один извращенно жестокий способ унизить своего мужа.

— Бен?

Он провел пальцами по волосам. Пригладил галстук. Она так хорошо изучила его повадки, что они не могли играть друг с другом в карты, даже в простого «дурака».

— Милый, прости, — прошептала она. — Прости меня, пожалуйста.

Кто-то коротко постучал в дверь и открыл ее. Чарли все еще надеялась, что это отец, но в комнату вошла пожилая чернокожая женщина в синем брючном костюме и белой блузке. Ее короткие черные волосы были тронуты сединой. На руке у нее висела распухшая сумка, почти такая же огромная, как рабочая сумка Чарли. На шее висела карточка-пропуск на ремешке, но Чарли не смогла прочитать, что там написано.

Женщина представилась:

— Специальный агент Дилия Уофорд, глава местного отделения Бюро расследований штата Джорджия. Вы Шарлотта Куинн?

Она протянула ладонь для рукопожатия, но передумала, увидев засохшую кровь на руках Чарли.

— Вас уже сфотографировали?

Чарли кивнула.

— Да что ж такое-то. — Она открыла сумку и вытащила пачку влажных салфеток. — Берите, сколько нужно. Если что, я еще принесу.

Вернулся Иона с еще одним стулом. Дилия указала на место во главе стола, собираясь сесть там. Она спросила Иону:

— Это ты тот урод, который не дал женщине умыться?

Иона не нашелся, что на это ответить. Возможно, ему вообще прежде не приходилось отчитываться перед женщиной, за исключением матери, но это было очень давно.

— Закрой за собой дверь. — Дилия указала Ионе на выход и села. — Мисс Куинн, мы постараемся закончить с этим как можно скорее. Вы не возражаете, если я запишу нашу беседу?

Чарли качнула головой.

— Как хотите.

Дилия нажала несколько кнопок на своем телефоне, чтобы запустить диктофон, после чего открыла сумку, вывалив на стол записные книжки и бумаги.

Из-за сотрясения Чарли ничего не могла прочесть, поэтому открыла влажные салфетки и принялась за дело. Сначала она потерла между пальцами, и черные частички полетели от ее рук, как пепел от костра. Кровь забила поры. Руки стали будто старушечьими. Внезапно на нее нахлынула усталость. Как же хочется домой. Как хочется в горячую ванну. Хочется подумать о том, что произошло сегодня, рассмотреть все части пазла и собрать их воедино, после чего положить их в коробку и убрать на дальнюю полку, чтобы никогда больше не вспоминать.

— Мисс Куинн? — Дилия Уофорд протянула ей бутылку воды.

Чарли едва не выхватила воду у нее из рук. Только сейчас она осознала, как сильно хочет пить. Она проглотила полбутылки, прежде чем разумная часть мозга напомнила ей, что не стоит пить так быстро, если тебя подташнивает.

— Извините. — Чарли поднесла руку ко рту, прикрывая зловонную отрыжку.

Спецагент, очевидно, видала вещи и похуже.

— Готовы?

— Вы записываете?

— Да.

Чарли вытащила еще одну салфетку из упаковки.

— Прежде всего я хочу кое-то знать о Келли Уилсон, — сказала она.

Дилия Уофорд достаточно давно служила в органах правопорядка, чтобы умело скрыть раздражение, которое она наверняка почувствовала.

— Ее осмотрел врач. Она под постоянным наблюдением.

Но Чарли спрашивала не об этом, и агент это знала.

— Есть девять факторов, которые нужно принять во внимание, чтобы убедиться, являются ли показания несовершеннолетнего…

— Мисс Куинн, — перебила ее Дилия, — давайте перестанем волноваться о Келли Уилсон и начнем волноваться о вас. Я уверена, что вы не хотите провести здесь ни секундой больше времени, чем необходимо.

Чарли закатила бы глаза, но побоялась, что от этого у нее закружится голова.

— Ей шестнадцать. В этом возрасте она не…

— Восемнадцать.

Чарли перестала оттирать руки. Она уставилась на Бена, не на Дилию Уофорд, потому что в самом начале своей семейной жизни они условились, что недоговаривать — это то же самое, что лгать.

Бен смотрел на нее. Его лицо ничего не выражало.

— Согласно свидетельству о рождении, Келли Уилсон исполнилось восемнадцать лет позавчера, — сообщила Дилия.

— Ты… — Чарли отвела глаза от Бена, потому что сейчас проблемы их брака уступили место угрозе смертной казни. — Ты видел ее свидетельство о рождении?