Карин Альвтеген – Ключ от Хинсидеса (страница 18)
Линус попытался разорвать или отвязать веревку, но она оказалась не просто привязана, а закреплена где-то внутри его руки. С таким же успехом можно пытаться оторвать часть тела. Охотник на том конце, похоже, уловил его движение. Линус знал, что он приближается. Вот его уже слышно. Кто-то скребется…
Линус проснулся и испуганно огляделся по сторонам. Огонь превратился в тлеющую кучку головешек. Линус быстро слез с кресла, чтобы подбросить дров в печку. Когда снова взметнулось пламя, страх постепенно начал отступать. Линус уже собирался налить себе еще супу, как вдруг услышал скребущие звуки из сна.
Они доносились от двери.
Половник выпал из рук и свалился на пол, грохот эхом отразился от каменных стен.
Линус обернулся и прислушался. Сделал несколько осторожных шагов в ту сторону, откуда доносился звук. Рука сжимала змеиный зуб в кармане. Вот снова этот шорох! По коридору к двери тащат что-то тяжелое.
– Храмра? – осторожно спросил Линус.
На мгновение шорох прекратился. А затем возобновился, на этот раз громче и настойчивее. Теперь к двери тащат несколько вещей. Одну, две, три, четыре, пять, шесть…
Зачесалась рука. Именно в том месте, где во сне крепилась веревка. Линус глянул на запястье. Зудела рана, нанесенная Ислерди.
Внезапно Линус догадался. А ведь за дверью Ислерди! Как это паучихе удалось выследить его? Линус ничего не понимал. Он знал лишь одно – Ислерди совсем близко, и она знает, что Линус тут.
Он осмотрел большую дверь. Провел ладонью по темно-коричневым доскам и железным скобам. Дверь, очевидно, крепкая. Остается надеяться, что это единственный вход.
Линус сел у очага. Он сидел и ждал. В одной руке он сжимал змеиный зуб, другой рукой поглаживал каменное сердечко, подаренное Лионорой.
Линус чувствовал, что еще чуть-чуть, и он сойдет с ума. Но тут звуки прекратились. Затаив дыхание, Линус прислушивался к тишине. Должно быть, Ислерди сдалась. В следующее мгновение дверь открылась, и Линус вскочил на ноги.
Вошла Храмра, на руках она несла Лионору. Тело девочки безжизненно покачивалось в объятиях великанши. Подбежав, Линус взял Лионору за руку. Свет, обычно озарявший все вокруг нее, теперь еле мерцал. Храмра осторожно положила Лионору в кресло. Линус продолжал держать Лионору за руку, и на миг ему показалось, что она в ответ пожимает ему ладонь. Значит, она жива.
– Что с ней? Она придет в себя?
Храмра с нежностью убрала каштановый локон со лба Лионоры.
– Она потратила почти все свои силы. Ей нужно как следует отдохнуть. Зато теперь никто может не бояться встречи с Ночными стаями. От них остались лишь горки щебня.
Линус забрался на кресло и устроился на подлокотнике. Как больно видеть Лионору такой. Теперь она такая же беззащитная, как Линнея. Линус погладил ее по голове.
– С тобой все будет хорошо, – прошептал он.
Лионора открыла глаза. Взгляд ее блуждал по комнате, пока не остановился на Линусе. Она положила ладонь ему на руку, и он почувствовал, насколько она обессилена. Ему хотелось плакать.
– Линус, – сказала она так тихо, что ему пришлось наклониться, чтобы услышать ее. – Слишком поздно. Крысочеловек уже побывал в Памятном зале. Он возвращается к Двери.
Лионора закашлялась. Линус нагнулся еще ближе, чтобы ей не пришлось напрягать голос.
– Беги за ним, – продолжала она. – Я чувствую, как граница начинает разрушаться. Нельзя терять ни минуты. Ты должен остановить его.
– Но… как? Как я доберусь до Двери? Стражники границ повсюду ищут меня. И что мне делать с Крысо-человеком, когда я его найду?
– Я верю в тебя, Линус. Храмра? – Она взглянула в морщинистое лицо великанши. – Твой колодец. С туннелем. Он соединен с катакомбами?
Храмра кивнула.
– Воспользуйся этим путем, Линус, – прошептала Лионора. – Проберись мимо Стражников границ. Ты справишься. Сейчас все зависит от тебя.
Взгляд Лионоры застыл. Линусу показалось, что она вот-вот потеряет сознание. Но она встряхнула головой и продолжала:
– Прости, что не могу пойти с тобой, Линус. Как бы я хотела попросить об этом кого-нибудь другого, но кроме тебя никого нет.
Она поднесла руку к голове, выдернула три длинных волоса и дрожащими пальцами завязала их в маленькое кольцо, которое вложила в ладонь Линуса.
– Надень его на мой палец в твоем мире. Тогда я смогу помогать тебе. Надеюсь, граница не рухнет, если ты пронесешь его через Дверь.
– Не беспокойся, Лионора. Я все сделаю.
Линус положил колечко из волос в карман. Он совсем не чувствовал той уверенности, которая звучала в его голосе.
– Храмра, покажи ему дорогу к колодцу, – попросила Лионора, не сводя глаз с лица Линуса.
Храмра положила свою лапищу Линусу на плечо, но мальчик отстранил ее. Он еще не готов.
– Как я рад, что смог поговорить с тобой, – прошептал он Лионоре на ухо.
Рыдания душили его и мешали говорить.
Лионора улыбнулась.
– Ты дочитаешь мне книгу, когда вернешься домой?
Линус кивнул. Он поднял руку, чтобы вытереть слезы, но Лионора его опередила. Он порылся в кармане и кое-что положил рядом с ней. Они долго смотрели друг на друга, а потом Линус покорно последовал за Храмрой.
Он обернулся в последний раз.
Лионора улыбалась.
В руке она держала камешек-сердечко.
Глава одиннадцатая
Храмра уводила Линуса все дальше и дальше вглубь своего жилища. Они прошли через арку, в проеме которой ползучее растение образовало нечто вроде тонкой занавески. Храмра отодвинула ее, пропуская Линуса вперед.
– Спасибо, – дрожащим голосом поблагодарил Линус.
Прощание с Лионорой оказалось для него самым тяжелым моментом в жизни. Они больше не увидятся. Никогда больше не поговорят друг с другом. Он слышал голос сестры в последний раз.
Линус и Храмра вошли в комнату круглой формы. Посередине в полу зиял колодец. Линусу показалось, что он похож на огромный черный рот. Мальчик осторожно подошел к краю и заглянул внутрь. Глубоко. Воды не видно, только кромешная тьма. Сверху на веревке болтается большое деревянное ведро.
– Залезай в ведро, – проскрипела Храмра. – Я тебя спущу.
– Ay тебя есть чем посветить?
Храмра кивнула и достала из внутреннего кармана узкий стеклянный пузырек, заткнутый восковой пробкой. Внутри плескалась золотистая жидкость. Храмра встряхнула пузырек, и жидкость начала светиться. В ее свете проявились неровные каменные стены.
– Он светит несколько часов. Этого времени тебе с лихвой хватит, чтобы добраться до Двери.
Храмра прикрепила фонарик к кожаному шнурку и надела его Линусу на шею.
– Спасибо, Храмра, – сказал Линус и осторожно шагнул в ведро.
Тут он вспомнил Ислерди.
– А туда, вниз, можно еще как-нибудь попасть? Если, например, меня кто-то преследует, он может выбрать другой путь?
Храмра медленно кивнула, внимательно глядя на Линуса своим молочно-белым глазом.
– В катакомбы ведет много дорог. Известных и неизвестных. Вот этот путь, через колодец, точно незнаком Стражникам границ.
– Меня беспокоят не только они, – пробормотал Линус и ухватился за веревку.
Серьезный взгляд Храмры не оставлял сомнений в том, что она прекрасно понимала, о чем говорит Линус, но посоветовать тут было нечего. Храмра начала медленно спускать его.
– Береги ее, – сказал Линус, и рогатая великанша склонила голову в знак обещания. В следующий миг ее уже не было видно.
Колодец напоминал дыру, которую Линус нашел в Тракеборге, разница была лишь в том, что теперь Линусу не пришлось сползать вниз самому. В тишине эхом отдавался звук капающей воды. На каменных стенах виднелись пятна фиолетового мха и странные склизкие растения. Они были похожи скорее на щупальца, чем на стебли, и колыхались как водоросли. Хорошо, что они далеко и не приходится до них дотрагиваться.
Какое-то блеклое, напоминающее лягушку животное сидело на стене. Размером не больше ладони. Оно посмотрело на Линуса своими огромными глазами.
Теперь Линус видел дно. Из темной воды выступали гладкие камни. Они были выложены на одинаковом расстоянии друг от друга, как тропинка. Линус выбрался из ведра. Где-то далеко наверху мелькнуло лицо Храмры. Линус помахал пузырьком-фонариком, и ведро исчезло в темноте.
Линус сложил руки лодочкой и попил воды. Она оказалась ледяной. Потом он огляделся. Каменная тропинка вела в пещеру. Линус осторожно ступал по влажным камням – очень не хотелось бы тут упасть. Одно дело пить воду, все-таки это колодец, но кто знает, какие существа скрываются в темной глубине?
Вот он уже у входа в пещеру. Как Линус и предполагал, перед ним тянулся туннель. Пол был усыпан мельчайшим песком, но то и дело попадались острые камни. Приходилось внимательно смотреть, куда ступаешь. Туннель изгибался дугой, как и туннели в верхнем городе. Возможно, все туннели Сантионы составляют одну гигантскую спираль?