Карен Уайт – Ночь, когда огни погасли (страница 16)

– Мне нравится Лили, – сказала Дженна так тихо, что Мэрили пришлось к ней наклониться. – Она ко мне хорошо относится.

Мэрили посмотрела ей в глаза, не сразу поняв скрытый смысл ее слов.

– Солнышко, может, ты пообщаешься с ней и она тебя познакомит со своими друзьями? – предложила Линди. Лицо Дженны исказилось гримасой паники.

– Я голодная. Можно я сначала что-нибудь съем? А потом пообщаюсь.

Линди посоветовала Дженне поискать что-нибудь в рюкзаках, но тут все трое добрались до живописного зала, идеального для средневекового банкета. Он был длиннее, чем среднестатистическая лужайка для игры в боулинг, и посреди него высился столь же длинный стол. Деревянные стропила разделяли пополам высоченный, как в соборе, потолок; в четырех железных канделябрах, стоявших на столе, горели свечи. Тщательно запрятанные в нишах на стене лампы и три высоких створчатых окна заливали комнату светом, в котором мерцала и переливалась упаковка на всевозможных подносах, тарелках и блюдах. Мэрили про себя поблагодарила Душку за щедрость и постаралась не думать о том, как выглядел бы среди всего этого великолепия одноразовый контейнер или пластиковый поднос.

Наклонившись к самому уху Мэрили, Линди прошептала:

– Муж Хизер – врач, но лет шесть назад уволился и открыл целую сеть пунктов медпомощи в торговых центрах по всему штату. Дела пошли так хорошо, что захватили еще двадцать штатов. На случай, если тебе интересно. – Она прошла к столу, отодвинула тарелки, чтобы поставить большую хрустальную вазу с салатом и печенье Мэрили.

Невысокая полная брюнетка с оливковой кожей аккуратно снимала с блюд пластиковую упаковку. Поправила серебряную вазу с фруктами, стоявшую посреди стола, из которой свисали каскадом грозди винограда трех сортов. Не отрываясь от своего дела, она подняла голову, улыбнулась Линди и Мэрили.

– Это Патрисия, домработница, – тихо сказала Линди. – Еще есть личная помощница, Клэр, ее ты тоже увидишь. Раз оба твоих ребенка в одном классе с детьми Хизер, ты познакомишься и с той, и с другой. Все родители знают Патрисию и Клэр. – Трудно было сказать, какого мнения Линди по этому поводу.

Обе женщины отошли от стола. Дженна, положив на стеклянное блюдо в форме раковины крошечные порции еды, изучала их, словно материалы для исследования.

– А твой муж где? – спросила Мэрили, заметив, как много здесь собралось мужчин.

– Дома, с младшим. Генри только полтора года, он должен в это время спать, а то всем будет плохо. – Она помахала брюнетке на другом конце стола. Женщина улыбнулась и направилась к ним, держа в руках два блюда, до краев наполненных едой.

– Мэрили, это Джеки Тайсон. Учитель физкультуры и тренер команды чирлидеров. Взяток она не берет, даже не пытайся. – Линди и Джеки рассмеялись, но как-то напряженно, будто неискренне. Мэрили представилась, стараясь не улыбаться при мысли, что могла бы угадать профессию Джеки по велосипедкам и мускулистым ногам.

– Рада познакомиться, – с улыбкой сказала Джеки и вновь рассмеялась. – Но не стойте слишком близко к еде – мы с мужем приехали на мотоцикле. Не учли, что будет так жарко и так… холмисто, – она подняла оба блюда. – Но по крайней мере не буду переживать из-за лишних калорий.

Мэрили одобрительно кивнула.

– Впечатляет. Мне было непросто доехать сюда на машине. Думала, тормоза откажут на каком-нибудь из этих склонов.

– Ваша Лили хочет в чирлидеры? – спросила Джеки.

– Мне она не говорила. Но ей никогда особенно не нравилось все это, а я на нее не давлю.

– Я так понимаю, вы тоже чирлидером не были?

Мэрили натянуто улыбнулась.

– Почему, была. Но прошло столько лет… – Она глубоко вздохнула, желая сменить тему. – Лили хочет играть в теннис. Может, запишу ее в младшую группу Ассоциации лаун-тенниса Атланты. Ее отец играет в команде – думаю, это он ей подал такую идею. Прошлым летом она ходила на занятия, ей очень нравилось, и хотя теперь мы живем довольно далеко отсюда, думаю, АЛТА для нее – хороший шанс подружиться с ровесницами.

– Бейли состоит и в АЛТА, и в команде чирлидеров, – тихо сказала Дженна, прежде чем откусить половинку виноградинки.

– Ну я с моим расписанием могу выбрать только что-нибудь одно, – сказала Мэрили.

– И я, – добавила Линди. – Только так у меня получится не сойти с ума.

– Вы играете в теннис? – спросила Джеки у Мэрили.

– Ох, нет. С ракеткой в руках я не лучше годовалого малыша. Но игра мне нравится. Я думала было вступить в Ассоциацию, на самый начальный уровень, где мои проблемы с координацией будут не так заметны. Для меня это, наверное, больше социальный клуб, плюс немножко тенниса.

Джеки и Линди переглянулись.

– В АЛТА нет такого понятия, как уровень, – объяснила Линди. – Сюда приходят ради борьбы. Ради значка, который тебе цепляют на сумку, когда выиграешь чемпионат. И ради еды. Чем ниже твой уровень, тем круче еда, которую ты приносишь на матч. Это такое же соревнование, как собственно теннис. Может, и еще серьезнее.

Мэрили засмеялась было, но тут же умолкла, поняв, что смеется лишь она одна.

– Мой муж сейчас начнет возмущаться, где его еда. Он и тут при деле – ждет, когда кто-нибудь свалится в воду, чтоб его спасти, – сказала Джеки. – Да, еще вот что: из ваших знакомых никому кот не нужен? Я нашла котят, а муж вредничает – говорит, их нельзя оставить, хватит с меня бигля и рыжей кошки в полоску. – Она кивнула Мэрили. – Рада была познакомиться. Можете звонить в любое время, если у вас возникнут вопросы насчет физкультуры или вам нужен совет – хотя, если вы дружите с Линди, она вам поможет в любой ситуации. – Джеки вновь улыбнулась и пошла к выходу, проталкиваясь сквозь толпу, – по всей видимости, подумала Мэрили, здесь собралась вся начальная школа. Несколько женщин помахали ей, она улыбнулась и помахала в ответ, но не стала к ним подходить, опасаясь любых разговоров, особенно таких, в которых речь может зайти о блоге. Может быть, блогерша – кто-то из них, стоит ли давать ей новый материал?

– Мэрили! Я так рада, что ты пришла! – вскричала Хизер, явившись во всем своем светловолосом блеске, сверкая загорелыми руками и ногами, которые превосходно оттеняло белое платье, подчеркивая при этом великолепную грудь и стройную фигуру. Осознав, что сутулится, Мэрили скрестила руки и решила, что, несмотря на слова Джеки, начнет заниматься теннисом и согласится на любые унижения, если в результате будет выглядеть как Хизер Блэкфорд.

Яркие голубые глаза обвели взглядом всю фигуру Мэрили – от блузки без рукавов и шорт в складку до темно-синих кед. Повернув голову, Хизер сказала:

– Тебе я тоже рада, Линди. – Она одарила Дженну сияющей улыбкой. – Похоже, ты единственная, кто написал тест по математике без ошибок? Может быть, ты поможешь Бейли подготовиться к следующему?

Дженна подняла глаза, в которых читались надежда и ужас.

– Хорошая идея, – тихо сказала она и опустила глаза в пол; маленькая ручка скользнула в ладонь Линди.

Линди улыбнулась:

– Мы с Дженной пойдем переоденемся в купальники. Рюкзаки Лили и Колина отнесу в раздевалку у бассейна на случай, если они тоже захотят поплавать.

– Спасибо, Линди. И, раз уж речь зашла о них – пойду посмотрю, как там мои дети…

– Ты знакома с моим мужем Дэниелом? – вмешалась Хизер, вцепившись Мэрили в руку. Линди бросила на нее многозначительный взгляд и ушла.

– Кажется, нет.

Обернувшись, Мэрили увидела рядом с Хизер высокого светловолосого мужчину. Он был так же красив, подтянут и уверен в себе, как и его супруга – идеальный Кен для этой Барби. И все-таки в нем явно чувствовалась какая-то фальшь. Несмотря на теплое приветствие и открытый взгляд, что-то с ним было не так.

– Она тоже из Джорджии. – Хизер вновь просияла улыбкой. – Уверена, поэтому мы станем лучшими подружками.

– Из Джорджии, – повторил Дэниел, разглядывая Мэрили. Она старалась улыбаться, старалась глубоко дышать.

– У вас красивый дом.

Он повернул голову, будто только что понял, где находится. Будто не он все это оплатил.

– Спасибо. Хизер проделала неплохую работу, да?

Эти слова показались Мэрили искренним вопросом. Казалось, он ищет поддержки.

– Конечно. – Мэрили пыталась придумать, что еще сказать, но внезапно раздался детский крик, становясь все громче и громче.

– Это Лили, – сказала Мэрили раньше, чем осознала эту мысль. Умение чувствовать, когда ее ребенку плохо, – еще одна особенность, сопровождающая каждую мать с момента его рождения. На затылке вырастают глаза, развивается шестое чувство, и она понимает, когда случается страшное.

Мэрили помчалась мимо французских окон, занимавших всю стену. Люди расступались, когда она неслась по ступеням туда, откуда доносились крики, не до конца осознавая, что Дэниел бежит за ней.

Она остановилась у трамплина, увидев светлые волосы Лили. Хрупкая фигурка, скрюченная от боли, была легко различима на фоне черной плитки бассейна. Незнакомая женщина склонилась над ней, осторожно касалась голой ноги девочки.

– Лили, – позвала Мэрили, осторожно поднимаясь на трамплин.

– Мама! – Лили, крики которой перешли в тихие всхлипы к тому времени, как Мэрили добежала до бассейна, вновь разразилась рыданиями. – У меня нога застряла в трещине! Мне кажется, я ее сломала и теперь не гожусь ни для тенниса, ни для чирлидерства…