Карен Трэвисс – Republic Commando 1: Огневой контакт (страница 14)
— Ты
Он снял шлем и приблизил лицо к физиономии убезийца, глядя тому прямо в глаза. Убезийцев вообще редко одолевала дрожь, но этот вполне убедительно демонстрировал, что является исключением.
— Так кто ты? — прошептал мандалорец.
— Ты и меня выставил
Хокан созвал весь свой командный состав. Он напомнил себе, что помещение, в котором они собрались, раньше служило сараем для стрижки мерли, а его «офицеры» — это всего лишь двенадцать наименее глупых типов, отобранных из криминальных отбросов, которые сточные воды цивилизации вынесли на берега Киилуры. Очень огорчало, что неймодианцы тратили так много денег на защищенную связь и так мало на бойцов. Еще немного кредитов, и под свои задачи он мог бы нанять маленькую армию.
Убезиец, около которого он кружил, — Кайлшх — стоял посреди комнаты как вкопанный. А может, это была женщина: с этой расой не угадаешь; но Хокан полагал, что это мужчина. Он не хотел нанимать убезийцев. Они были непредсказуемыми, даже коварными. Но очень мало кто из наемников был согласен работать на Киилуре, а те, кто согласился, попросту не могли устроиться нигде больше — почти в каждом случае из-за уголовного прошлого, которое шокировало бы даже хатта. Так что мандалорец был вынужден платить этому быдлу сколько мог, ибо Анккит не желал раскошелиться на нормальную охрану.
Хокан был в отчаянии. И поскольку в отчаяние его приводила профессиональная непригодность этих типов, он решил, что привести команду в чувство может лишь экстремально наглядный урок.
— То есть вы сожгли еще одну ферму, — сказал он.
— В качестве предупреждения, сэр. Чтобы им чего не взбрело в голову. Ну, вы понимаете. Чтобы не укрывали кого не следует.
— Нет, это делается не так. — Хокан уперся спиной в столешницу и, скрестив руки, посмотрел на безликую маску. Он не любил типов, чьих глаз не мог видеть. — Сначала надо предостеречь. Если они нарушат правила, тогда надо наказывать. Но если вы будете их наказывать до того, как они нарушат правила, им будет нечего терять, они вас возненавидят и будут пытаться отомстить, и их дети тоже.
— Да, сэр.
— Всем ясно? — Хокан обвел взглядом своих громил и развел руки, приглашая активнее принимать участие в уроке. — Всем ясно?
Кое-где послышалось ворчание.
— Всем ясно, что я сказал? — рявкнул мандалорец. — Что нужно отвечать, когда офицер задает вопрос?
— Да… сэр! — практически хором ответили все.
— Хорошо, — тихо произнес Хокан.
Он выпрямился. Затем снял с пояса световой меч Фулье, зажег клинок и ударил убезийца по шее. Голова слетела с плеч — тихо, чисто и бескровно.
Воцарилась абсолютная тишина. Громилы молчали и до этого, но они то и дело издавали разные негромкие звуки, словно ученики, которых заставили выслушивать нудную лекцию. Теперь никто не смел даже сглотнуть, кашлянуть или вздохнуть. Они даже дышать перестали.
Хокан посмотрел на труп, а затем на штанины темно-серых форменных брюк. Идеально чисто: ни капли крови. Световой меч начинал ему нравиться. Мандалорец уселся на край стола.
— Вот это, — провозгласил он, — было наказание для Кайлшха. Для всех остальных это предостережение. Все поняли разницу? Это очень важно.
— Так точно, сэр. — На этот раз отозвалось меньше голосов, и некоторые из них дрожали.
— Ну так ступайте и отыщите наших гостей. А ты, Мукит, убери здесь. Ты убезиец и знаешь, как правильно избавиться от останков.
Громилы потянулись к выходу, а Мукит протиснулся к аккуратно обезглавленному телу Кайлшха. Хокан схватил за руку своего первого помощника-виквая, который пытался выскользнуть через дверь.
— Гута-Ней, где твой брат и его приятель? — спросил он. — Они пропустили уже два приема пищи и до сих пор не вернулись из патруля.
— Не знаю, сэр.
— Они часом не зашибают левые кредиты с тем трандошанином? Не приторговывают рабами на стороне?
— Сэр…
— Мне надо знать. Чтобы понять, не приключилось ли с ними что-то… необычное.
Гута-Ней, явно припомнив, что с ним сделал Хокан, когда он гонялся за деревенской девчонкой, беззвучно зашевелил губами. Затем он преодолел страх и обрел дар речи:
— Я ни разу не видел, сэр, вообще не видел, со вчера не видел. Клянусь.
— Я выбрал тебя своим заместителем, потому что ты практически умеешь изъясняться не только односложными словами.
— Сэр.
— Ты выглядишь настоящим интеллектуалом на фоне своих сородичей. Не вынуждай меня пересмотреть решение.
— Не видел его, сэр, честно. Не видел.
— Так пройди тем маршрутом, который они патрулировали, и доложи, что там увидишь. — Хокан протянул руку и взял со стола электрошокер. Это был всего лишь инструмент, которым пользовались пастухи, но он неплохо действовал и на представителей большинства разумных рас. Гута-Ней настороженно покосился на него. — Вот почему я не одобряю нарушений дисциплины вроде грабежа и пьянства. Когда мне надо знать, где находятся такой-то и такой-то, я ни у кого не могу выяснить. Когда мне нужны бойцы, они заняты чем-то другим. Когда мне нужны компетентные специалисты, мои подчиненные… лажают. — Он сунул шокер в подмышку виквая. — Здесь действуют республиканцы. Мы не знаем, сколько их, но кто-то подбил спидер и оставил большой черный кратер возле Имбраани. Чем больше у меня будет информации, тем лучше я смогу оценить угрозу и нейтрализовать ее. Усек?
— Да, сэр.
Хокан опустил шокер, и виквай выскочил за дверь, преисполнившись новым стремлением к карьерному росту. Хокан почувствовал гордость за свое умение мотивировать подчиненных.
«Началось, — подумал он и, заперев дверь, включил экраны всех коммуникаторов. — Они готовятся захватить Киилуру».
Хокан примерно догадывался, что за сделку Анккит заключил с сепаратистами. Об этом свидетельствовали масштабные работы на зернохранилище, которое переоборудовали в здание с тройными дверями и стенами, рассчитанными на стерилизацию нагревом до высоких температур. Затем ему пришлось переучить своих амбалов в более-менее годных телохранителей, потому что постоянно прилетали и улетали всякие сепаратистские шишки, а неймодианцы всюду видели заговоры. Порой не без основания.
Затем в Имбраани явились джедаи, и все встало на свои места, а прибытие на планету войск Республики довершило картину. Здесь находился военный объект.
«Но я сын своего отца. Я воин. — Хокан подумал о том, все ли оторванные от своих корней сообщества неспособны развиваться дальше и обречены жить памятью о славе предков. — Я бы предпочел сражаться с достойным противником, чем терроризировать фермеров, которым недостает отваги постоять за себя».
Но если придется сражаться с солдатами, можно будет потребовать повышения гонорара. И чем выше гонорар, тем скорее он покинет эту планету и отправится… хоть куда-нибудь.
У Хокана больше не было дома, а из его народа мало кто остался. Но все могло измениться. Да, когда-нибудь все станет иначе.
Мандалорец откинулся в кресле и погрузился в трескотню, доносившуюся из комлинков.
Глава 6
— Пошла вон! — рявкнул Бирхан. — Убирайся отсюда и не возвращайся! Это ты во всем виновата. Ступай прочь, проваливай!
Фермер швырнул в Этейн комком грязи. Она шагнула в сторону, и комок разбился за ее спиной. Старуха — как выяснилось, она не была женой Бирхана — подошла сзади и схватила его за руку.
— Не глупи, — сказала она. — Если мы позаботимся об этой девчонке, республиканцы позаботятся о нас, когда придут сюда.
Бирхан продолжал таращиться на Этейн, как будто размышляя, идти за вилами или нет.
— Республиканцы, чтоб меня, — ответил он. — Чем они лучше неймчуры? Кто бы ни правил бал, мы все равно будем на самом дне.
Этейн стояла, скрестив руки на груди и гадая, каким образом эта женщина — Джинарт — сумела влиться в обширное семейство Бирхана. Стряпала она отвратительно, да и с тяжелой работой на ферме особо помочь не могла. Девушка предположила, что она отрабатывала проживание прядением мерльей шерсти — этим занимались все пожилые киилуранки, с которыми ей довелось познакомиться.
Но сейчас Этейн сомневалась даже в ее навыках убеждения. Она решила еще раз попробовать сама.
— Бирхан, ты хочешь, чтобы я осталась, — медленно проговорила она, сосредоточившись, как учил мастер Фулье. — Ты хочешь сотрудничать со мной.
— Ни фига я с тобой не собираюсь сотрудничать, мамзель, — заявил фермер. — И ты забыла «пожалуйста».
Этейн так и не научилась применять убеждение Силой в условиях стресса. К сожалению, именно в таких условиях эта техника всегда и бывала нужна.
Джинарт грубо толкнула Бирхана, что было немалым подвигом для такой маленькой женщины.
— Балбес! Если они уже прилетели, джедаи то бишь, то она приведет их сюда, чтобы с тобой разобрались, — сказала она. — Не время нынче заводить новых врагов. А если не прилетели… ну, тогда скоро все уладится, а у тебя в хозяйстве будет работница, которая умеет выращивать урожай. Я права, девочка? Джедаи умеют делать так, чтобы всходы быстрее росли?
Этейн со все большим уважением наблюдала за этим проявлением сельской логики.
— Да, мы можем взращивать растения с помощью Силы.
Что было более чем правдой: она слышала истории о падаванах, переведенных в сельхозкорпус, потому что не показывали хороших результатов во время обучения. Как раз то, что ей нужно, — провести жизнь на захолустной планете, общаясь со злаками. Убраться отсюда побыстрее хотелось не только из-за сферы, укрытой под плащом. Сельхозработы четко ассоциировались с неудачей в жизни. Еще одно напоминание о ее некомпетентности было излишним.