Карен Трэвисс – Имперские Коммандо : 1 : Пятьсот Первый (страница 44)

"ИСТОЧНИКИ СООБЩАЮТ ЧТО ЗА БИООРУЖИЕМ СТОИТ БЕГЛЫЙ ГИБАДАНСКИЙ УЧЕНЫЙ - ВИРУС МОГ БЫТЬ ИСПОЛЬЗОВАН ПРОТИВ ИМПЕРИИ."

- Её вирус, всё верно. - проговорил Джусик. - Смотри. Палпи её показывает.

Скирата с отсутствующим видом взглянул на экран.

- Какой он милашка, верно?

- С чего бы он решил про неё рассказывать? - спросил Джусик. - Ему нет нужды оправдываться перед собой, да и гибаданцев, которые захотели бы её крови осталось немного.

- Ну, эмигрантов по миру должно остаться немало. Он мог решить, что они начнут за ней охотиться и сэкономят ему время.

- А сам он уже получил от неё то, чего хотел.

- Хм... он не получил вирус, избирательно работающий по клонам, или продление жизни... и он не умеет проигрывать. - Скирата потер глаза. - Но как мы собираемся сконцентрировать её ум на исследованиях по старению, когда она только что увидела, как её мир спустили в унитаз при помощи одного из её рецептов?

У Скираты были свои приоритеты, и они явно не включали в себя траур по Гибаду. Джусик понимал, почему Кэл не принимал это близко к сердцу. Это был не первый мир, почувствовавший кулак Палпатина, и он не будет последним; важно было лишь то, чтобы следующим не был Мандалор. Но всё равно Джусик чувствовал где-то глубоко внутри неприятие мысли о том, чтобы залечь на дно, он хотел бы сделать хоть что-то, пусть даже он не знал что, даже если это и было бесполезно.

- Это риторический вопрос, Кэл'буир? - поинтересовался он.

- Нет. Мне нужно, чтобы она оставалась мотивированной; а лучшее, что я могу придумать, это напомнить ей, что мы можем оказаться единственным инструментом для её мести.

- Считаешь, она захочет отомстить?

- Она человек. Ты бы не захотел? Ах да, может ты-то и нет...

- От этого чувства было бы сложно избавиться, несмотря на мое воспитание.

Джусику пришлось свыкнуться с его темной, неприятной стороной. Она была у каждого. Отвергать её было опасным заблуждением. Любой, кто считал что от неё можно избавиться усилием воли и медитацией, просто лишался способности распознать злые умыслы, как они есть, и начинал придавать им извращенно-возвышенную пристойность.

Ты можешь убивать, не скатываясь на темную сторону, если не испытываешь ненависть или гнев. Этому учили меня Мастера. В самом деле? Расскажите это тем, кого убиваете.

Джусику нужно было узнать его нормальную, приемлемую, неизбежную, человеческую тьму, пожать ей руку и запомнить её лицо, чтобы он всегда мог узнать её в тенях. Он должен был увидеть обрыв - чтобы отойти от него.

- Что нам нужно, - проговорил Скирата, глядя куда-то за спину Джусику. - это чтобы Утан разработала вакцину от этого шаблова вируса, на случай, если Палпатин попытается использовать его против нас.

- Но это отвлечет её от работ по старению.

- А вирус убьет моих мальчиков задолго до того, как это сделает ускоренное старение. Так что нам надо найти способ сделать обе работы. Может быть, Мидж'ика сможет её уломать.

Джусик не знал, насколько Скирата - весьма эмоциональный тип, без сомнения - задумывается в нынешние времена о посторонних. Количество сочувствия, которое можно было испытать за свою жизнь, не выгорев при этом, было ограниченным, и Скирата уже взвалил на себя заботу о каждом беглом клоне, нуждавшемся в помощи. Нечестно было считать, что он был черств к Утан просто потому, что у него были иные приоритеты. И Джусик знал, что куда легче отстраненно жалеть множество незнакомцев, чем применять то же самое чувство к существам из плоти и крови, стоящим прямо перед тобой.

Я так привык к уверенности в том, что я прав. А был ли я прав?

Гиламар много лет был верным другом Скираты. Джусик старался найти приемлемый компромисс между эксплуатацией, и наилучшим использованием дружбы к обоюдной выгоде. Это было непросто.

- Она захочет врезать Палпатину. - Джусик знал, что с этой секунды он вступает в игру на равных со Скиратой. - Я чувствовал её беспомощность, а она к такому не привыкла. Она живет в мире, где она делает логичные вещи и получает в ответ результаты. Она привыкла быть хозяйкой судьбы. Даже в тюрьме.

Скирата поднял бровь.

- Я понял, о чем ты думаешь.

- Тебе никогда даже и не требовались Силовые таланты, Кэл'буир: я скверно играю в сабакк.

- Да, я буду использовать её так, как только смогу. И она знает, что её вытащили, чтобы что-то сделать - искупить вину, или же помешать Палпатину. Мне всё равно, что она почувствует, и мне не стыдно, что я использую её вину. Я мог бы даже промыть ей мозги.

- Я не спорю.

- А вот что ты обо мне подумаешь Бард'ика - мне не всё равно. И я выполню сделку, которую с ней заключил.

Джусику было не по себе узнать о таком влиянии на Скирату. Не так должно было быть; это сыну нужно одобрение его отца, и никак иначе, и сам Джусик чувствовал себя сыном, который ищет похвалы. Кэл'буир был для него эталоном преданности, настолько самоотверженной, что это перечеркивало всю его долгую криминальную историю. Сейчас, если он грабил или убивал - он это делал ради тех, кого он любил, и Джусик входил в их число.

Это не темная сторона, если ты не чувствуешь гнева или ненависти.

Старый и трудный выбор никуда не делся. Джусик понимал, что сам он использует те же самые оправдания, что и любой в его бывшем братстве джедаев. Различие было... шаб, не мог он это описать. Он просто чувствовал, что это что-то иное.

- Знаю, Кэл'буир. - сказал он. - Как ты думаешь, она проверяла его на людях?

- Ну, мы знаем что у неё не было шанса проверить его на клонах. А я даже и думать не хочу о том, чем ученые занимаются за закрытыми дверями. Мутит.

Джусик знал, что действие лекарств, бактерий и вирусов могло быть смоделировано на компьютерах, их биохимические реакции были предсказуемы, и поддавались расчету. Но он обнаружил, что ему не хочется думать о том, что вирус, предназначенный исключительно для убийства, уже был проверен на ком-то живом. Это было странное ощущение. Он внезапно осознал вес светового меча у себя на поясе, и подумал - как и когда какой-то джедай в древние времена выяснил, что энергетический луч может снести кому-то голову.

Ничьи руки не были совершенно чистыми. Всё, что мог сделать любой из живущих, это стараться поменьше измазаться в грязи,.

- Думаю, тебе стоит просто подойти к ней, попросить у неё вакцину и объяснить - зачем она. - наконец проговорил Джусик. - На разумные аргументы она откликнется.

Скирата кивнул. Затем он поднялся на ноги, уперевшись обеими руками в подлокотники.

- Надо поспать. - сказал он. - Говорят, что с возрастом спать хочется меньше, но меня сейчас тянет поваляться подольше.

Скирата не спал в нормальной постели с той ночи в городе Типока, когда он спас юных Нулевых от уничтожения. Должно быть, он сделает то же, что делал каждую ночь в последние одиннадцать или двенадцать лет: устроится в кресле ,закинув ноги на табурет или даже на полу, сунув под голову скатанное одеяло, словно он всё ещё на поле боя. Он про это не говорил, но все знали, почему он так делает. Это была привычка, ставшая ритуалом, его молчаливый обет, что он не будет знать покоя, пока его сыновья-клоны не получат обратно свои жизни. Джусик прошел вслед за ним в карайи и присмотрел, чтобы тот устроился с комфортом - насколько это могло за него сойти - в одном из мягких кресел.

У него была своя спальня как и у всех. Её занимали лишь его одежда и его любимая верпинская снайперская винтовка.

- Я поговорю с ней утром. - предложил Джусик. - И даже не буду выкручивать ей мозги.

- Этим займусь я. Я и она - мы поймем друг друга.

Джусик вспомнил комментарий, который Кэл'буир сделал пару лет назад. Он не помнил чем тот был вызван, но он глубоко врезался в память, и часто вспоминался ему: "Бард'ика, если тебе когда-нибудь понадобится отец, то я к твоим услугам." Да, Джусик часто нуждался в отце. Он попал к джедаям задолго до того возраста, когда он мог запомнить своего настоящего отца. Но теперь он был частью той культуры, где отец и отцовство имело отношение не к происхождению и родословной, но означало долгую и безграничную ответственность за младшего, зависящего от тебя. Он отчаянно хотел быть частью этой семьи, настоящей частью, официально и постоянно.

- Кэл'буир, - спросил Джусик. - у тебя найдется комната для ещё одного сына?

Пару секунд Скирата выглядел озадаченно, а затем он улыбнулся и протянул руку, чтобы пожать руку Джусика в стиле Мэндо - ладонью к локтю.

- Ни кир'тайл гай са'ад, Бард'ика. Я узнаю в тебе своего сына.

Мандалорианское усыновление было быстрым и прочным - всего несколько слов, чтобы признать кого-то как свое дитя и наследника, невзирая на его возраст. Учитывая эмоциональную нагрузку стоящую за этими словами, клятва выглядела почти что несоответствующей её значению.

- Буир. - проговорил Джусик. Отец. Все звали Скирату Кэл'буиром, в знак искреннего уважения, но для Джусика это слово теперь было навсегда иным, потому что оно внезапно стало настоящим и буквальным. Он, наконец, был чьим-то сыном; сыном кого-то, у кого было имя, кого он знал, и о ком он заботился. Для человека без прошлого это чувство цельности было неожиданно пьянящим. - Не знаю, где бы я сейчас был, если бы не ты.

Скирата отпустил его руку.

- Это сработало в обе стороны, Бард'ика. Вот это и делает нас семьей.