Карен Тараян – Подданный царства растений. Сборник верлибров (страница 2)
ложится на белый наст,
четвероногие разбегаются в стороны,
точно стая сорок,
лают заливисто в серое небо…
Только встанешь к рулю,
и пустые нарты
мчат меня с ветерком
по бескрайнему полю —
белому, как нетронутый лист.
А вослед нартам несется снег.
Кувырком и вприпрыжку.
И не поспевает.
Запах сушёной лаванды
Иногда беспокойство
подступает к самому горлу.
Особенно когда мухи на окнах
и стол залит липким чаем.
Когда луна смотрит прямо в лицо,
и от этого духота еще нестерпимей.
Когда дырка на правом носке,
а по полу рассыпан сахар и ещё какие-то крошки.
Когда на шторах
танцуют тени сливовых веток,
а мимо проносятся полупустые платформы,
покосившиеся строения,
подъемные краны,
похожие на хребты исполинских существ.
Огоньки мерцают во тьме.
А муравей влез за пазуху и жалится.
И запах сушёной лаванды
хуже пыточного орудия.
И надо бы уснуть,
но, словно вперёдсмотрящий на мачте,
глядишься в ночь.
Беспросветную, колючую, вязкую.
И звёзды тебе не помощники.
И подушка хуже морского ежа.
Сын плотника
Как хорошо работать
качественным инструментом!
Радость и удовольствие.
Просто взгляни на них:
крепкий блестящий молоток
с прорезиненной ручкой,
вороненый саморез
подходящей длины,
стамеска, отточенная, как бритва,
новенькие тиски,
еще в заводском масле!
Как это волшебно,
когда инструмент
сам ложится в руку,
и ты направляешь его,
а он не сопротивляется,
а напротив —
как будто угадывает твои движения!
Мощный рубанок —
терпеливый остроязыкий интеллигент.
Увесистый топор —
рубаха-парень
со здоровенными кулаками.
Ножовка с каленым зубом —
умудренная опытом и годами дама.
«Запомни, сынок,
главное в нашем деле — 
