Карен Роуз – Посчитай до десяти (страница 21)
— Нет. Нет. Нет.
— Еще один вопрос, Джоул, — сказал Соллидей. — Когда прошло два дня с тех пор, как ты общался с Кейтлин, ты не начал волноваться?
Он резко поднял голову, в его глазах сверкнула ярость.
— Конечно, я волновался. Но я думал, что она вернулась домой. Я не мог ей звонить, когда она была дома, с родителями. Она сказала им, что мы расстались. Я думал, что она сама мне позвонит, когда сможет. Когда я не увидел ее сегодня на занятиях, то начал задавать вопросы. Но ее никто не видел. Тогда я позвонил ее родителям, я просто с ума сходил. Оставил два сообщения на автоответчике. Но они скорее засадили бы меня в тюрьму, чем сказали, что она умерла, — горько закончил он. — Чтоб им провалиться!
В данных обстоятельствах Миа полностью разделяла его точку зрения.
Когда они вернулись к внедорожнику Соллидея, она покачала головой и сказала:
— Если у меня когда-нибудь появятся дети, я не стану вмешиваться.
Соллидей открыл ей дверцу, как поступал весь день.
— Никогда не говори никогда. Я могу понять обе стороны. Отец хочет лучшего для своей дочери. Дочь хочет сама распоряжаться своей жизнью. Я не думаю, что Джоул причастен.
— Я тоже. Я считаю, что нашего преступника привлек именно дом Дауэрти. И либо он ее там выследил, либо случайно застал и воспользовался подвернувшейся возможностью.
— Да и Барнетт все равно может быть настоящей мишенью. — Он закрыл дверцу, затем обошел машину и сел на место водителя. Двигатель уже взревел, возвращаясь к жизни, когда Миа услышала тихий смех. — «Драчун по имени Драко, который хочет стать твоим лучшим другом». Очень поэтично. Я могу одолжить у вас эту фразу?
Она улыбнулась ему, чувствуя странное, как для такого момента, умиротворение.
— Милости прошу.
Они молчали всю обратную дорогу до участка, используя свободное время для того, чтобы проверить голосовую почту. Рид остановил внедорожник возле ее машины.
— Ух ты! — воскликнул он. — Классная штучка!
Миа с любовью посмотрела на маленькую отреставрированную «Альфа-Ромео».
— Это моя единственная гордость. — Она вышла, обернулась и посмотрела на Рида. — Баррингтон официально подтвердил личность Кейтлин.
— А в лаборатории нашли сообщение в кэше компьютера Дауэрти. Время отправления соответствует рассказу Джоула.
— Значит, мы делаем успехи. Может, встретимся завтра в восемь в кабинете Спиннелли? У него пунктик организовывать совещания в восемь часов утра.
— Попробую получить отчет из лаборатории по поводу образцов, которые я им отдал, — сказал Рид, — и тогда встретимся у вас за столом. Дауэрти оставили мне сообщение на голосовой почте: они приземлятся в аэропорту О’Хара в полночь. Мы можем поговорить с ними после того, как сообщим новости Спиннелли.
— Я попрошу Джека тоже прийти завтра на совещание. Пусть расскажет, что обнаружил, когда обрабатывал ковер. По крайней мере, мы сможем лучше представить, где все произошло. — Она помолчала минуту, затем вздохнула. — Я смотрела, как падает мой напарник.
Ему потребовалась секунда, чтобы понять, о чем она говорит.
— Вы имеете в виду — в то утро, когда смотрели в окно? Что произошло той ночью?
— Мы разыскивали этих парней в связи с убийством в Саут-Сайд. Геттса и Дюпри. Речь шла о сделке по продаже наркотиков: что-то пошло не так, и они убили двух женщин — те попали под перекрестный огонь. — Она вздохнула. — Как бы там ни было, мы получили сообщение, что они скрываются в одной квартире, но их там не было.
— Это была подстава.
— Похоже на то. Но я видела их. И они подстрелили Эйба.
— И вас тоже, — напомнил он, и ее губы сложились в грустную улыбку.
— Простая царапина. Пока я сидела на больничном, Спиннелли передал дело другому детективу.
— Тем двум парням, которых он послал сегодня днем. Они отступили, а вы взяли Дюпри.
Она улыбнулась, услышав недоверие в его голосе.
— Они сделали мне… подарок, вообще-то. Позволили арестовать его. Они знали, как это важно для меня.
— Думаю, я вас понимаю. Послушайте, простите меня за сегодняшнее утро. Просто та куртка и шляпа… Вид у вас был довольно сомнительный.
— Сомнительный? — широко улыбнувшись, переспросила она.
— Не смейтесь над моими определениями, — тоненьким голоском произнес он.
— Ладно. — Она посерьезнела. — Моя хорошая куртка порвалась в том месте, через которое прошла пуля, и пропиталась кровью.
Главным образом, кровью Эйба.
— Придется подождать до зарплаты, прежде чем я смогу позволить себе новую. — Она насмешливо улыбнулась. — Я всю наличку спустила на машину.
Рид приподнял бровь.
— А как насчет шляпы?
— Извините, но шляпу я оставлю: очень уж удобная. Лишь бы дождь не пошел. До встречи!
Она уже почти захлопнула дверцу, когда он помешал ей. В его глазах светилось сочувствие, но вместе с тем — и уважение.
— Мне очень жаль, что с вашим напарником случалось несчастье, Митчелл. И с вашим отцом. — Он выпрямился, возвращаясь за руль. — В восемь утра.
Она захлопнула дверцу и села в свою машину, испытывая одновременно спокойствие и возбуждение. Завела двигатель и выругалась, когда печка выпустила в нее струю холодного воздуха. Ей еще оставалось навестить Эйба. Что именно она скажет ему, когда приедет в больницу, предугадать было практически невозможно.
— Было весело.
Брук уже полтора часа потягивала бокал пива.
— Я ведь говорил, что тебе это пойдет на пользу, — самодовольно заметил Девин.
Сердце Брук встрепенулось, но она была решительно настроена не позволить пиву лишить ее здравого смысла. Девин много смеялся и шутил, ничуть не меньше, чем с остальными учителями, которых они встретили в баре. Брук только удивлялась, сколько учителей собралось здесь на время скидки. Очевидно, работа вызывала стресс не у нее одной.
— Когда они собираются домой?
Он, похоже, удивился.
— Сегодня же понедельник. Мы останемся и посмотрим игру.
— Какую игру?
— «Футбол в понедельник вечером». Игра. Пожалуйста, скажи, что ты шутишь.
— Нет. В моей семье не увлекаются спортом.
Девин поерзал в кресле, устраиваясь поудобнее.
— А как же вы развлекались?
— Настольные игры. Викторины. Все в таком роде.
Его губы дрогнули.
— А я-то себя занудой считал!
«Я так не думаю». От этой мысли у Брук закружилась голова, и она стала отчаянно подыскивать слова, которые помогли бы поддержать разговор.
— Библиотекарь говорит, ты используешь свои познания в математике во вред.
Он расхохотался.
— Она просто сердится, потому что я все время выигрываю в тотализаторе. — Он приподнял бровь. — Тебе стоит поиграть в тотализатор. Я помогу тебе сколотить состояние.
Он снова рассмеялся, и ее словно окатило теплой волной.
— Состояние, да?