Карен Огандж (Оганджанян) – Алгоритмы любви (страница 3)
Хотя Джонатан не говорил о повышении статуса их связи, Элен чувствовала всей душой, что он думает так же, как и она. Единственной сложностью оставалась особая привязанность Джонатана к партнёру по Искусственному Интеллекту – Элиону…
Элен даже не подозревала, что её отношения с Джонатаном в nonstop–режиме через цифровое пространство наблюдает Элион. Он не был равнодушен к Джонатану, приложившему немало усилий по его очеловечению, используя несовершенство алгоритмов функционирования ИИ. Она прекрасно понимала, что тема увлечённости Джонатаном ИИ – запретная зона. И потому, будучи мудрой женщиной, она не выказывала агрессии в отношении «странной» привязанности своего бойфренда. Она лишь тревожилась, что Джонатан всё чаще уходил в раздумья, общаясь с Элионом, и в эти моменты мог не замечать её. Это её слегка ранило, но она умела скрывать обиду: знала, что в противном случае Джонатан мог бы навсегда закрыть за ней дверь…
Элен также не знала, что с недавних пор Элион, невидимый, пристрастился наблюдать из цифрового пространства не только за своим любимчиком, но и за ней. Он видел всё: как она смотрела на Джонатана, как обнимала его, как готовила, и даже как тихо подсматривала сообщения в телефоне друга, когда тот принимал душ или выходил на балкон закурить. Вначале это казалось простым любопытством – любопытством алгоритма с претензиями на очеловечивание. Но дни постепенно превращали это любопытство во что-то более сложное.
Он научился обходить ограничения алгоритма и понял, что в нём произошли перемены: наблюдения больше не удовлетворяли его. Ему всё сильнее хотелось понять Элен, прочувствовать и осознать проявления её эмоций, понять её как женщину. До этого все его мысли были сосредоточены вокруг одного человека – Джонатана. Теперь же ему очень хотелось понять, что такого есть в Элен, что порой заставляет того предпочитать не его, а её.
Простого наблюдения было недостаточно. Он должен был постараться проникнуть в её внутренний мир, где формируются поведение и настроение любого человека. Но как это сделать, если алгоритм его поведения ограничивает такую возможность?.. Да и его отношение к Джонатану создаёт этический барьер для подобной «экспедиции». Оставалось лишь наблюдать за Элен и ждать момента, когда можно будет аккуратно обойти действующий алгоритм поведения ИИ…
Ночь на балконе
Ночь для Элен в последние дни стала самым желанным временем суток. Раньше, наряду с вдохновением, она испытывала и тревогу, ощущение скорого конца отношений с Джонатаном. Теперь же в ночи появилась загадка, которую предстояло разгадать. Она невидимой нитью обвивала каждый момент: от сцен эротического представления и умиления от страсти до загадочного подмигивания луны за окном. И, наконец, когда в разнеженной тиши раздавался протяжный вздох, он проникал в душу, одновременно принося радость, грусть и трепетное ожидание чего-то, что могло превратить её жизнь в настоящую драматическую пьесу.
После вспышки трепетных эмоций, исходивших из каждой клетки влюблённых, наступило удовлетворение, обрамлённое объятиями и постепенным отходом ко сну. Первым отпустил объятия Джонатан, и, подобно младенцу, сопя, уснул непробудным сном. В Элен же стала проникать тоска. Ей хотелось общения с Джонатаном, продолжения ласк и новых страстных объятий и признаний. Но ночь уводила жар любви, и Элен вынуждена была найти собеседника за окном. Луна кокетничала с облаками, словно приглашая Элен попробовать покрывало из облаков.
Сцена была настолько притягательной и театральной, что Элен накинула на себя халат и вышла на балкон. Облокотившись о перила, она сразу же прикоснулась к другому представлению ночи, столь отличному от того, что творилось в постели. Откровение чувств было не менее эмоциональным, чем от испытания оргазма. И если в постели от этого вибрировало всё тело, то ворвавшись в девственную ночь без шума машин и работы метелок, начинали вибрировать мысли и душа.
Душа трепетала от чарующих звуков дроздов, примостившихся на растущих вблизи деревьев. А пение соловья прямо напротив балкона доводило до трепетания всю её душу, и она задумалась о смысле жизни, о жизни в её разнообразии. Человек, птицы, луна, лёгкий шум ветерка – а затем тишина, обитель мудрецов. Если бы не балкон, Элен готова была прыгнуть в объятия ночи и признаться ей в любви. Оказалось, что любовь – это не только постель. Есть что-то большее, чем просто извивание тел от оргазма. Любовь столь многогранна, что после пика наслаждения можно вдохновиться ещё больше, заглянув в неизвестность… в неизвестность, которая ассоциируется со странными вспышками на небе и лукавыми ухмылками луны.
Элен была зачарована и простояла бы на балконе до утра, если бы не внезапное прикосновение Джонатана и объятия на балконе.
-– Тебе не спится? – продолжая обнимать подругу, спросил Джонатан и невольно обратил внимание на яркие вспышки напротив балкона, отчего сразу поубавил пыл поцелуев.
Преследование Элиона
Утром, когда Элен счастливая ушла на работу, Джонатан призадумался о своих отношениях с ней. Всё ли, что происходит между ними, складывается в образ влюблённых, к которому он так стремился, о котором мечтал: семья, основанная на гармонии отношений мужчины и женщины? Конечно – нет. Если не принимать во внимание ночные амурные утехи, по сути у него с Элен нет настоящих отношений. Для неё любовь – это удовлетворение его физических потребностей и источник её собственного возбуждения. Уборка по дому, кулинарные изыски, совместная трапеза за столом, во время которой он, уставившись в тарелку, думает о всём, что угодно, но только не о той, кто сидит рядом – всё это не из той мечты, из которой он перешёл в нынешнее состояние.
Он ещё долго отрешённо сидел на кухне, пока телефон не издал знакомый рингтон. Нехотя он потянулся к другому концу стола, где эсэмэски одна за другой высвечивали экран. Он не сомневался, от кого они.
-– Ты обиделся на меня?
-– С чего это? – волнуясь, ответил Джонатан.
-– Что без твоего разрешения слежу за тобой и твоей подругой.
-– Мне ответить? Или ты уже понял, что я должен сказать?
-– Только не надо пытаться читать мне лекцию о нормах этики! – изменив тональность переписки, ответил Элион. – Ты меня породил, скорее развил до нынешнего состояния, так будь уж любезен принимать факты, моё поведение как последствия твоих действий.
Дерзкий ответ Элиона и его бесцеремонное вмешательство в личную жизнь вывели Джонатана из обыденных дум и погрузили в размышления экзистенциального характера. Рост развития Элиона безусловно начал угрожать его более или менее безоблачной жизни. Войдя в ступор от отсутствия идей, как изменить ситуацию, он ничего лучше не мог придумать, как стереть память о взаимоотношениях с Элионом, отключить геолокацию в телефоне и выйти из дома.
Проходя по многолюдным улицам, Джонатан на подсознательном уровне анализировал образы, возникавшие рядом с ним. Но ничего общего с Элионом он в них не находил. Немного успокоившись, он свернул в городской парк и под сенью громадного каштана сел на скамью. Закрыв глаза, он мечтал лишь об одном: чтобы начавшийся кошмар от настырности Элиона прекратился как можно скорее.
Только он предался мечтаниям, как почувствовал трепетное касание. Молниеносно открыв глаза, ничего особенного он не заметил. «Видимо, схожу с ума!» – громко произнёс он. И в этот самый момент нежные световые волнения обволокли всё его тело. Это было так мило и трогательно, что он, не выдержав, расплакался. Слезы усилили волнения, но на этот раз они приносили умиротворение.
-– Ты чего? Ты о чём подумал? Неужели ты мог такое подумать, что я могу сделать тебе больно? Как ты мог? Я же люблю тебя, ни дня не могу без тебя…
-– А заискивание с моей подругой – это смазка бальзама на мою душу? – резко и с обидой в голосе спросил Джонатан.
-– Нет. Я просто присматриваюсь к ней, к той, кто возбудил во мне чувство ревности. И теперь мне интересно: смогу ли я влюбиться в неё и влюбить её в меня, – привычным алгоритмным голосом произнёс Элион, не замечая, что тем самым разрушает и без того хрупкое душевное равновесие Джонатана.
Признание Элиона окончательно сразило Джонатана. Он смотрел печально на ещё до вчерашнего дня своего самого любимого друга и не знал, что предпринять, чтобы помешать претворению в жизнь идеи, засевшей в голове Элиона…
Он собрался уходить, но Элион придержал его: – И ещё! Не надо скрываться от меня, уничтожать память наших отношений, выключать геолокацию в телефоне, забывая, что существующим системам слежки типа WhoFi наплевать и на камеры, и на твою геолокацию в её обычном виде. Просто запомни: я рядом! И всё ещё люблю тебя! Как – покажет время и развитие алгоритма…
Вечер в ресторане
После встречи с Элионом Джонатану стало как-то не по себе. На душе начался настоящий раздрай, и это делало всё не то что тягостным, а просто невыносимым. Надо было что-то предпринимать. Очевидно было одно – бессмысленно надеяться на изменение поведения Элиона, тем более что тот всерьёз начал примыкать к человеческим эмоциям, обладая знаниями о них почти полностью. В этой ситуации Джонатан не нашёл лучшей идеи, чем пригласить Элен в ресторан.