Карен Макманус – Один из нас – следующий (страница 10)

– Это не причина.

– Знаю. Все равно. В смысле, все равно прошу прощения. Я бы никогда… просто Джулс устроила вечеринку за день до сочельника… и Дерек… – Сестра вздрагивает, но я продолжаю: – Э-э… он знаком с кузиной Джулс, и они хотели играть вместе. Оба саксофонисты. – Я лепечу еще что-то, а Эмма с растущей мукой смотрит прямо мне в глаза. – Я пришла потусоваться к Джулс, а он оказался… там.

– Он оказался там, – монотонно и без выражения повторяет Эмма. – Вот и вся твоя причина? Совпали в пространстве и времени?

Я открываю рот и снова закрываю. Невозможно подобрать приличный ответ. Ни для сестры, ни для себя самой. Я пыталась решить эту задачу почти два месяца.

Потому что я была пьяна. Да, верно, но это всего лишь отговорка. Алкоголь не заставит меня совершать глупости, которых я не натворила бы на трезвую голову. Разве что даст дополнительный толчок.

Потому что ты с ним рассталась. Да, за целых три недели до Рождества. Эмма и Дерек познакомились на конкурсе «Модель ООН» прошлым летом и встречались пять месяцев, а потом расстались по его инициативе. Я не знаю, что именно произошло. Эмма никогда мне не рассказывала, так же как и вообще об их отношениях. Я сама догадалась – в нашем безобразно тесном жилище трудно что-то утаить, – потому что сестра долго и тщательно готовилась к свиданиям. Может, со временем они смогли бы помириться. Однако я пресекла эту возможность на корню.

Потому что он мне понравился. Тьфу! Вишенка на торте, испеченном из моих отговорок. Впрочем, не особо и понравился.

Потому что я хотела причинить тебе боль. Не сознательно, однако… Порой мне кажется, что, делая такое признание, я незаметно подбираюсь к неудобной правде. Со дня папиной смерти я пытаюсь привлечь внимание сестры, а она меня чаще всего в упор не видит. Может, какая-то безумная извилина в моем мозгу хочет заставить ее заметить меня? В таком случае, миссия выполнена.

Эмма сверлит меня взглядом.

– Ты ведь знаешь, он был моим первым. Моим единственным.

Не знаю! Она никогда со мной не делилась. Хотя я догадывалась. И раз уж Дерек занимал такое место в ее жизни, дела обстоят еще хуже. Я с новой силой чувствую укор совести.

– Я виновата, Эмма. Честно. И готова на все, чтобы помириться с тобой. Клянусь чем угодно, я никому не рассказывала, даже Джулс. Возможно, Дерек…

– Прекрати упоминать его имя! – кричит Эмма так пронзительно, что я от испуга теряю дар речи. – Слышать не хочу. Ненавижу его, ненавижу тебя. Никогда в жизни больше не буду разговаривать ни с ним, ни с тобой!

Из ее глаз брызжут слезы, и на секунду я перестаю дышать. Эмма почти никогда не плачет; в последний раз это случилось на похоронах отца.

– Эмма, пожалуйста, давай…

– Я все сказала, Фиби! Оставь меня одну! – Эмма проносится мимо, хлопнув дверью спальни так, что она чуть не слетает с петель. Оуэн высовывает нос из своей комнаты, однако не успевает и рта открыть – я хватаю ключи и очертя голову выбегаю из квартиры.

Перед глазами все расплывается. В холле кто-то машет мне рукой, и приходится несколько раз моргнуть, чтобы понять, кто это.

– Привет, – говорит Эдди Прентис. – Я как раз к вам. Твоя мама дома? – Она резко осекается, на кукольном, как у эльфа, лице проступает беспокойство. – Что с тобой?

– Все хорошо. Аллергия. – Я вытираю глаза. Эдди мой ответ не убеждает, и я начинаю тараторить: – Мама на работе, вернется примерно через час. У тебя что-то срочное? Я могу ей позвонить.

– О нет, не стоит. Я организую девичник Эштон, хотелось бы обсудить кое-какие идеи насчет ресторана. Отправлю ей сообщение.

Она улыбается, и комок в моем горле постепенно тает. Эдди одним своим видом дарит мне надежду. Хотя жизнь девушки пошла наперекосяк после того, как блог Саймона сделал всеобщим достоянием ее фатальную ошибку, она смогла собрать себя из осколков и начать жизнь с чистого листа. Настоящая королева второго шанса, а мне сейчас крайне необходимо поверить – второй шанс существует и для меня.

– Какой ресторан ты хочешь выбрать для девичника?

– Что-нибудь без лишнего шума. – Эдди задорно улыбается. – Наверное, не стоит злоупотреблять термином «девичник». Это влечет за собой определенный образ, ты согласна? На деле девчонки просто хотят оттянуться. Нужно подобрать местечко, где и мне понравится.

Я с трудом подавляю внезапный порыв пригласить Эдди с собой, хотя понятия не имею, куда иду. Забиться бы в какую-нибудь щель, пересидеть… Но прежде чем мне удается подобрать слова, Эдди оглядывается на свою дверь и произносит:

– Ладно, я пойду. У подружки невесты куча обязанностей. Нужно еще заказать упаковку для подарков гостям.

– А что за подарки?

– Миндаль в сахаре. Оригинально, просто жуть. Зато любимая сладость и Эштон, и Эли.

– Хочешь, помогу раскладывать? Я теперь почти эксперт по свадебным подаркам. Мама постоянно приносит их домой опробовать на нас.

Эдди радостно улыбается.

– Это было бы чудесно! Я дам тебе знать. – Она поворачивается к своей двери, махнув рукой на прощание. – Приятно повеселиться. На улице такая красота!

– Постараюсь.

Хорошее настроение, вызванное разговором с Эдди, улетучивается так же быстро, как пришло. Я спускаюсь на лифте, а в голове крутятся слова Эммы: Ненавижу его, ненавижу тебя. Никогда в жизни больше не буду разговаривать ни с ним, ни с тобой! У Эдди с Эштон раньше тоже случались размолвки, но могу поспорить – такого разговора у них никогда не было.

Лифт открывается, я пересекаю облицованный искусственным мрамором вестибюль и толкаю тяжелые стеклянные двери. Улица залита ослепительным светом. Солнечные очки остались дома, и всю дорогу до парка мне приходится прикрывать глаза ладонью. Парк совсем небольшой, примерно с квартал, и пользуется популярностью среди продвинутых молодых родителей – из-за наличия детских площадок с тренажерами для малышни и близости магазина органической еды «Хол фудс». Миновав арочные ворота и двух играющих в мяч мальчишек, я отыскиваю свободную скамейку в относительно тихом тенистом уголке.

Как ни тяжело, нужно наконец заняться телефоном. Сегодня я получила десятки сообщений, но, не обнаружив среди них ни одного от Эммы, остальные не стала даже просматривать. В сотый раз за день себя упрекаю – ну почему не догадалась, что этот очередной последователь Саймона не шутит!

Сообщения от тех, кого едва знаю, я игнорирую. А вот послания от Джулс выхватываю в первую очередь:

Могла бы и поделиться со мной!

Я не осуждаю.

Хочу сказать, это нечестно с твоей стороны, но все мы совершаем ошибки.

У меня падает сердце. Джулс сегодня была великолепна: играла роль щита между мной и остальными. Однако, очевидно, подругу задело, что она узнала о Дереке одновременно со всей школой. У нас с Джулс обычно нет секретов друг от друга, только в этом проступке я не решилась признаться.

Последнее сообщение: Меня отвезет домой Моника. Ты с нами? Эх, заглянуть бы в телефон пораньше, прежде чем топать две мили от школы до квартиры… Стоп. Моника? С каких это пор она и Джулс спелись? Перед глазами тут же проносятся сегодняшний ланч и показное возмущение Моники выходкой Шона. Такое чувство, что она воспользовалась случаем и решила вылить на меня побольше грязи.

Вот еще сообщение с незнакомого номера. В моих контактах его точно нет. Привет, это Мейв. Ты как? Извини, если что, просто решила спросить, на всякий случай. Мы с Мейв никогда раньше не переписывались. Приятно, что она беспокоится. А ее сегодняшнее выступление против Шона… Но я в самом деле не знаю, что ответить. Мне очень паршиво, да вот только Мейв, с ее идеальными родителями, идеальной сестрой и бывшим бойфрендом, а ныне лучшим другом – потому что даже те, кого она бросает, не злятся на нее, – ничем тут не поможет.

Брэндон: Зайдешь? Родителей нет дома;)

Мое лицо вспыхивает, в виски словно впиваются иглы. «Я не могу тебе доверять!» – рявкаю я ни в чем не повинному экрану телефона. А ведь доверяла, прекрасно понимая, что значу для Брэндона меньше, чем пара новых футбольных бутс. Насмехаться надо мной во время ланча – что ж, это совершенно в его характере. Следовало хорошенько подумать, прежде чем спать с ним.

В отличие от Эммы я часто меняла бойфрендов. Не со всеми из них спала, но, если уж до того доходило, не отказывала себе в удовольствии. Секс всегда приносил позитив в мою жизнь – до прошедшего декабря, когда я заперлась с Дереком в бельевой у Джулс. Сразу после Дерека я переметнулась к Брэндону, а ведь развешанные повсюду гигантские красные флажки предупреждали – беги прочь, немедленно! Может, совершив фатальную ошибку с Дереком, я решила, что не заслуживаю ничего лучшего?

Ну уж нет! Разовая оплошность не должна обрекать на совместное будущее с Брэндоном Уэбером. И я удаляю его сообщение, а затем и самого Брэндона из списка контактов.

Удовлетворения хватает на полсекунды. Пока не появляется текст от Невидимки:

Ну что, повеселились? Как насчет…

Превьюшка обрывает текст. Меня охватывает искушение удалить его, не читая. Впрочем, если этот извращенец опять пишет обо мне, я так или иначе узнаю. Лучше открыть сразу.

Ну что, повеселились? Как насчет следующего раунда? Ниже полсотни комментов от старшеклассников «Бэйвью-Хай», все умоляют о продолжении. Вот засранцы! Я прокручиваю комменты, пока не натыкаюсь на последнее сообщение Невидимки: