Карен Макманус – Хорошие девочки тоже лгут (страница 13)

– Дедушка – это отдельная история. – Огастес вытягивает ноги. – Терпеть не могу старого чудака. Однако следует признать – он чертовски проницателен. При первой же встрече просканирует тебе весь мозг и, если найдет какой-то изъян, использует его против тебя с изощренностью, недоступной простым смертным. – Он прикрывает рукой глаза от солнца и поднимает на меня взгляд. – Для тебя это проблема, Лиам?

– Нет. – Я с трудом удерживаюсь, чтобы нервно не сглотнуть.

– А для твоего отца?

Я не сразу решаюсь ответить. Сказать правду? Проявить заботу об Аннализе… На ум внезапно приходят Кэт и Джейми. Вдруг, разоблачив Люка, Росс Сазерленд решит хорошенько покопаться в его прошлом? У отца Аннализы наверняка множество ресурсов. Кто знает, какие записи могли сохраниться с тех времен…

Поняв, что слишком медлю с ответом, я поспешно выпаливаю:

– Нет.

Огастес кривит губы, почти наверняка раскусив мою ложь.

– Ну, тогда вам обоим не о чем беспокоиться, – замечает он.

Глава 11

Кэт

Начинается всегда с песка.

Который сверкает на солнце. В нем мягко утопают яркие игрушки, маня поиграть. Но прежде чем я успеваю взять совочек или ведерко, песок начинает двигаться. Что-то, скрытое под ним, рвется на поверхность, издавая шипящие, скорбные, призрачные звуки. Похоже, в этой песочнице обитают привидения. Я начинаю отступать.

Тут раздаются крики. Вопли. Доносится глухой стук. Я хочу уйти, но не могу. Я в ловушке. Вокруг темно. Я начинаю хныкать и…

– Господи, – слышится чей-то хрип. Потом характерный звук рвоты.

Я резко сажусь на диване, вся в поту, безнадежно запутавшаяся в тонком колючем одеяле. Лишь спустя несколько секунд прихожу в себя и понимаю, что все хорошо. Я в Биксби. Никто не кричит. А звук…

Маму выворачивает наизнанку в ванной.

– Джейми? – Я откидываю одеяло и неуверенно поднимаюсь на ноги. После такого всегда кружится голова. Впрочем, кошмары давно не возвращались, и я уже надеялась, что распрощалась с ними навсегда. – С тобой все нормально?

Ответом мне служит очередной приступ рвоты.

– Принесу воды. – Я бегу на кухню.

Часы на микроволновке показывают одиннадцать утра – я-то планировала встать гораздо раньше. На кухонной столешнице стоит нетронутая кружка с кофе – явно для меня, поскольку Джейми его не пьет. На сушилке рядом с раковиной примостилась тарелка с хлопьями.

Я наливаю полный стакан и иду в ванную. Джейми до сих пор одета в спортивные штаны, футболку и толстовку с изображением утконоса Перри – в этой одежде она и спала. Распущенные темные волосы свисают по обе стороны лица. Взяв резинку с края раковины, я убираю их назад.

– Во сколько тебе нужно быть на работе?

– В полдень, – стонет Джейми.

Через час. Уже неплохо. Значит, время есть. Может, ей просто нужно восполнить потерю жидкости.

– Вот. – Я подношу стакан к ее губам. – Выпей.

– Не могу.

– Маленький глоточек…

Наконец Джейми чуть-чуть отпивает из стакана, потом делает еще пару глотков. Дальше на все мои попытки убеждения просто качает головой.

– Тогда пойдем в кровать. – Я опускаюсь на корточки рядом с мамой, закидываю ее руку себе на плечи и помогаю подняться. – Может, ты что-то не то съела?

– Я ела только мюсли.

– Температура есть?

– Вроде нет. Не знаю, стоит ли ложиться. – Она опускает голову. – Вдруг меня опять начнет рвать.

– Еще как стоит, – убеждаю я, слегка пошатываясь под ее весом. С каждым шагом мама все больше наваливается на меня. – Найду тебе ведро.

Тащу ее в спальню и помогаю забраться под одеяло, потом ставлю рядом с кроватью пустую корзину для мусора. Вернувшись в забрызганную рвотой ванную, нахожу под раковиной чистящие средства и до блеска все отмываю. Затем долго стою под душем и выливаю на себя столько шампуня и геля для душа «Молтон Браун», что почти полностью расслабляюсь.

Когда я, почистив зубы и завернувшись в толстое белое полотенце, выхожу в спальню, уже половина двенадцатого.

– Джейми? – неуверенно зову я.

Ответа нет. Мама спит.

Я застываю посреди комнаты, уперев руки в бока, и мечтаю, чтобы часы на комоде пошли вспять. Вчера вечером вроде бы все наладилось. Сперва, узнав, что Люк встречается с женщиной, чье ожерелье она должна украсть, Джейми совсем взбесилась, но потом позвонила Джем и успокоила ее.

Мама общалась с ней по громкой связи, и я, молча сидя рядом, слышала весь разговор.

– Не волнуйся. Получив твое сообщение, я поручила Люка команде, – сказала Джем. «Командой» она именовала свой оперативно-аналитический отдел, способный раскопать даже малейшие частицы грязи в чьей-либо безупречной репутации. – Кстати говоря, после вашего расставания твой бывший вел интересную жизнь. Так что он не посмеет создавать тебе проблемы. В противном случае мы его похороним.

– Хорошо. – Джейми бросила на меня неуверенный взгляд. Ей явно хотелось рассказать Джем, что Люк встречается с Аннализой, но тогда пришлось бы объяснить, откуда она это знает. И признаться, что я здесь, а мама до сих пор старательно избегала этой темы. – А если… м-м-м… он как-то связан с семьей Сазерлендов?

– Чем ближе он к ним, тем меньше захочет, чтобы его прошлое выплыло наружу, – успокоила Джем.

Я кивнула, поскольку Лиам сказал мне то же самое.

В конце концов Джейми успокоилась. Ей стало намного легче. И я почти отбросила чувство вины из-за того, что выпытывала информацию у Лиама. Впрочем, ему самому явно не терпелось выговориться, мне не пришлось сильно его подбадривать. Однако я еще мучаюсь угрызениями совести. Милый Лиам, ничуть не похожий на Люка Руни, считает меня своей сестрой. Признаться, это тронуло, хотя я никогда не отличалась мягкосердечием. Однажды я заглажу перед ним вину, потому что в самом деле чувствую связь между нами. Жаль, что мы не встретились при более благоприятных обстоятельствах.

Уже ясно, что Джейми никак не сможет выйти на смену. И все бы ничего, ей главное попасть вечером на праздник, но если мама не появится на работе к обеду, до ужина ее уже уволят. Хотя я не знаю, как устроена эта система, вряд ли начальство просто закроет глаза, если работник не приступит к обязанностям в столь важные выходные. Ее могут даже отправить домой. Как бы там ни было, все тщательно продуманные планы Джем пошли прахом.

Тянусь за телефоном. Придется позвонить ей и признаться, что я здесь, Джейми заболела, а Люк встречается с владелицей ожерелья. Но мне вдруг чудится ее голос, отчетливый, как будто Джем стоит в этой комнате.

«Всегда нужно иметь план „Б“. Что ты можешь предпринять?»

А если еще не все потеряно? Люди до сих пор принимают Джейми за подростка. Вон даже Лиам сказал, что мы очень похожи. Размер у нас одинаковый. Я могу надеть ее униформу, зачесать волосы назад, как она вчера, и…

В приливе вдохновения я поднимаю с пола сумку и вытаскиваю очки Софи, оставшиеся у меня после поездки с Джем в «Беннингтон энд Мэйн». Идеальный завершающий штрих. Если кто-то и решит, что я выгляжу иначе, то спишет все на очки.

Проблем быть не должно. Я умею обслуживать столики, поскольку все прошлое лето проработала официанткой. Только нужно понять, где мне отметиться, а для этого придется следовать за теми, кто живет в помещениях для персонала.

Если слишком долго раздумывать, я начну отговаривать себя, так что…

– Ладно, – обращаюсь я к спящей Джейми и кладу очки Софи на туалетный столик. – Я справлюсь. Легко. А ты отдыхай. Выйдешь на работу вечером.

Косметичка Джейми лежит в ванной на краю раковины. Беру ее и, устроившись перед туалетным столиком, наношу на лицо все, чем пользуется Джейми, если хочет выглядеть более солидно: сверхтонкую жидкую подводку для глаз, помаду телесного цвета и немного больше, чем нужно, тонального крема. Собрав волосы в привычный для нее небрежный пучок, надеваю униформу, которую ей выдали вчера. Разглаживаю воротничок и, оглядев себя в зеркале, удовлетворенно киваю.

– Отлично, – сообщаю маме. – Даже я могла бы нас перепутать.

Джейми шевелится во сне.

Когда я надеваю очки Софи, сердце сжимается от страха, снова накатывает неуверенность. Эта смена продлится всего пару часов. Надеюсь, мама проспит все это время. А если потом ей не станет лучше? Что ж, хотя бы оставлю ей воды и тайленол.

Я приношу с кухни стакан воды, затем вываливаю на туалетный столик все, что осталось в косметичке Джейми. Не найдя лекарств, достаю из шкафа ее чемодан и расстегиваю молнию. Как обычно, мама набрала вещей с запасом на случай всяких непредвиденных обстоятельств, хотя все выходные ей полагалось носить униформу.

К сожалению, про тайленол она забыла. Разве что таблетки в рюкзаке, который… Кстати, где он?

Несмотря на компактные размеры квартиры, я ищу рюкзак на удивление долго. И лишь опустившись на четвереньки в гостиной, замечаю его под диваном.

– Точно, – бормочу я, вытаскивая оттуда рюкзак. – Безопасность.

Ведь внутри лежит поддельное ожерелье с рубинами, а первое правило Джем гласит: «Береги товар».

Выйдя с рюкзаком на освещенное солнцем место посреди комнаты, начинаю рыться в карманах, и когда добираюсь до последнего, сердце замирает в груди. Он слишком маленький для пузырька с таблетками. Я все равно просовываю пальцы внутрь. Вдруг там завалялся какой-нибудь дорожный набор? Натыкаюсь на что-то твердое и гладкое. И странно знакомое.

Но ведь этого не может быть.

Задержав дыхание, я достаю кольцо с бриллиантовой лозой, украденное в «Беннингтон энд Мэйн». Бриллианты ловят льющийся из окон свет и вспыхивают огнем – как будто меня приветствует старый друг. Не в силах удержаться, я надеваю кольцо на палец.