Карен Линч – Ладья (страница 67)

— Обед может быть свиданием.

Она открыла журнал и указала на фотографию, где мы с Принцем Рисом покидаем вьетнамский ресторан в окружении его стражей. Была также фотография, сделанная со спины, когда я входила в книжный магазин. Лица не было видно ни на одном снимке.

— Согласно статье, у тебя был долгий романтический обед, а потом вы вместе пошли покупать книги.

Я бы одарила её хмурым взглядом, если бы мне не надо было следить за дорогой.

— Журнал «Современный Фейри»? Серьёзно, Ви? Это просто-напросто жёлтая пресса со сплетнями о знаменитостях.

— Но это же ты на снимках, — заспорила она.

Я крепче сжала руль.

— Ты, в самом деле, можешь сказать, что это я?

— Разумеется. Я где угодно тебя узнаю.

— Ты узнаешь, а что насчёт всех остальных?

Зашуршала бумага. Она изучала фотографии.

— Ну… твоего лица тут не видно, так что вероятно никто не сможет узнать. Все задаются вопросом, кто та таинственная женщина, а Принц не выдает её… точнее… имени.

Мои плечи расслабились.

— Хорошо. И для справки, у нас не было романтического обеда и никаких походов по магазинам. Мы сидели друг напротив друга в кабинке, а два охранника стояли рядом. Затем я спряталась в книжном магазине, и мне пришлось украдкой сбегать через чёрный ход от папарацци.

— Ох, — она сдулась как проколотый шарик. — Когда ты преподносишь это так…

Я осмотрелась, перестраиваясь на другую полосу.

— Именно. А теперь хочешь узнать, как было всё на самом деле?

— А ты как думаешь?

Улыбнувшись, я рассказала я о появлении Принца Риса и нашем обеде, который вовсе не был романтическим.

— Он оказывается довольно приземлённый, когда узнаешь его. У меня сложилось впечатление, что он предпочтёт путешествовать, а не жить при дворе.

— Ты ещё с ним будешь встречаться? — рьяно поинтересовалась она.

— Нет.

— Почему нет?

Я мельком взглянула на неё.

— Как, по-твоему, я объясню своим родителям дружбу с Благим Принцем? Принц Рис может и не вовлечён в то, что произошло с ними, но он слишком близок к этому.

— Сомневаюсь, — на целую минуту она призадумалась. — Ты понимаешь насколько безумно то, что ты знакома с Принцами и с Неблагого, и Благого Дворов? Несколько месяцев назад ты даже не могла опознать кого-то из них.

— Много безумных событий произошло в моей жизни с ноября. Да и ты сама не смогла бы точно сказать, кем был Лукас.

Она уронила журнал на колени.

— Я догадывалась о нём. Тебе не кажется странным, что никто, похоже, не знает, кто он на самом деле? Подумать только, и никто не разболтал эту тайну.

— Может быть, это некое фейское правило, по которому они не выдают тайну их личностей.

— Можешь спросить у него, раз уж вы теперь снова в дружеских отношениях, — предложила она.

— Может, и спрошу, — рассеянно ответила я, проверяя поток машин в боковое зеркало.

За нами ехал белый «Линкольн Навигатор», и я была более чем уверена, что видела его, когда мы выезжали из аэропорта. И я уже несколько раз сворачивала по пути. Каковы были шансы, что всё та же машина следует за нами по тому же маршруту?

— Что-то не так? — спросила Виолетта.

— Может я уже параноичка, но мне кажется, что этот «Линкольн» преследует нас.

— Что? — она развернулась и посмотрела в заднее окно раньше, чем я успела попросить её не делать этого. — Откуда ты знаешь?

— Я не знаю, но они едут за нами всю дорогу домой.

Я снова посмотрела на внедорожник. Если они сидели у нас на хвосте, то явно понятия не имели, как следить за кем-то. Или им было совершенно наплевать, что их увидят. От второй мысли во мне зародился страх.

Она ахнула.

— А вдруг это папарацци. Что если они узнали кто та самая таинственная женщина Принца Риса?

Она откинула козырёк с зеркалом и стала приводить в порядок волосы.

— Ты что делаешь?

— Если это папарацци, я хочу выглядеть хорошо на фотографиях, — сказала она и начала копаться в сумочке, ища губную помаду.

Я покачала головой.

— Это не папарацци, Ви.

— Откуда знаешь?

— Ты провела несколько недель в Голливуде. Скажи мне, как много папарацци ездят по округе в «Линкольнах Навигаторах»?

— Чёрт.

Она опустилась ниже в кресле, словно по нам сейчас начнут стрелять. Если бы я не переживала о том, что за нами хвост, я бы рассмеялась.

— Что мы будем делать? — прошипела она.

Я осмотрелась по сторонам и заметила впереди перекрёсток.

— Держись. Хочу кое-что попробовать.

— Что, ты серьезно «держись» или образно?

— И то, и то, — сказала я сквозь стиснутые зубы, быстро перестроившись вправо в последнюю секунду.

Машина, которую я подрезала, разразилась гудками, но я едва услышала гул поверх криков Виолетты, свернув на дублёр. Я не стала тормозить, чтобы посмотреть смог ли «Линкольн» последовать за мной. С колотящимся сердцем я продолжила езду и молилась, что просто ошиблась насчёт хвоста.

— Их нет? — дрожащим голосом спросила Виолетта.

Я проверила боковые зеркала.

— Мы оторвались.

Она села ровнее.

— Хотя бы раз мы можем провести нормальный день вместе?

— Я охотник, а ты восходящая звезда кино. Думаю, для нас это новая нормальность.

— Ну, когда ты так преподносишь, — сказала она, захихикав.

Её смех никак не смягчил беспокойство в моей душе. Я попыталась сказать себе, что просто ошиблась насчёт внедорожника, но слишком многое произошло за последние несколько месяцев, чтобы верить в случайности.

Оставшуюся часть пути мы провели, разговаривая о поездке Виолетты в Лос-Анджелес и некоторых актёрах, с которыми она встретилась на мероприятиях. Её агент работала сверхурочно, чтобы выжать из её маленькой роли в этом фильме всё, чего она стоила.

— Зайдёшь? — спросила она, когда мы остановились у её особняка.